Ведьма - катастрофа и дракон с гномом - Алрия Гримвуд
— Они были такими беззащитными. С трещинами, отбитыми ушами. Никому не нужными. — Он помолчал. — Как будто кто-то специально создал их такими, чтобы проверить — найдётся ли тот, кто разглядит в этом уродстве красоту.
Друзилла прислушалась к тихому шуршанию в углу — её сумка ворочалась во сне.
— А у меня всё получалось слишком живо, — прошептала она. — Даже простейшее заклинание света стремилось стать чем-то большим. В Академии говорили: «Друзилла, магия должна служить, а не жить своей жизнью». А я не понимала — разве одно другому мешает?
— Мои сородичи считают, что мешает, — в голосе Аберранта послышалась знакомая ей горькая ирония. — Порядок должен быть порядком. Камень — камнем. Дракон — драконом.
— А если камень хочет петь? — неожиданно для себя спросила Друзилла.
— Тогда он найдёт вас, — тихо ответил Аберрант. — Как эти коты нашли меня.
Неожиданно для себя самих они разговорились. Друзилла рассказала про инцидент с ожившим учебником по зельеварению, который сбежал из библиотеки и начал учить другие книги неподобающим заклинаниям. Аберрант — про то, как однажды под видом страшного дракона-отшельника проработал садовником у одного графа, потому что там были редкие сорта пионов.
Они не заметили, как уснули — он на ледяном полу, она в розовой кровати, — пока их не разбудил утренний свет и настойчивый стук в дверь.
— Завтрак! — пообещал голос Олдрина. — Ждём-с!
Аберрант поднялся с пола, издав звуки, больше подобающие разваливающемуся амбару, чем могущественному дракону.
— Я чувствую себя так, будто меня переехал самый автобус. Только дважды.
Пока Аберрант пытался разогнуть спину, Друзилла решила проявить инициативу и «прибраться». Она заметила его торбу в углу, из которой торчал тряпичный свёрток. Решив быть полезной, она развернула его.
Пара фарфоровых кошек — крошечный котёнок с бантиком и упитанный полосатый кот — выкатились ей на ладонь.
— Ой, какие прелестные! — воскликнула она.
И тут её собственная магия среагировала на её искренний, но неосторожный восторг. Из её пальцев брызнули крошечные розовые искры и осели на фарфоре.
Котёнок дёрнул хвостом. Полосатый кот медленно повернул голову и уставился на Друзиллу пустыми глазницами.
— Нет, — прошептала она. — Нет-нет-нет...
Но было поздно. Котёнок с бантиком звонко мяукнул и прыгнул с её ладони на пол. Полосатый кот, потянувшись с таким скрипом, будто его суставы были из настоящего фарфора, лениво последовал за ним.
Аберрант, услышав мяуканье, обернулся.
— Что вы наделали, Друзилла?
— Я... я просто посмотрела на них! — оправдывалась она, пока два фарфоровых кота начинали с любопытством обнюхивать ножку стула.
— Милые? — его голос взлетел на октаву. — _Друзилла, они фарфоровые! Они не должны нюхать! Они должны стоять на полке и пылиться!
В этот момент котёнок с бантиком запрыгнул на розовый половичок и начал точить об него когти. Раздался ужасающий скрежет.
— ОН ДЕРЕТ РОЗОВЫЙ ПОЛОВИЧОК! — завопил Аберрант.
— Может, они просто так осваиваются? — слабо предположила Друзилла.
Полосатый кот в ответ запрыгнул на стол и с грохотом сбросил на пол вазу с розами. Осваивались они с размахом.
Завтрак у миссис Хиггинс прошёл в напряжённой атмосфере. Аберрант сидел, сгорбившись, и мысленно прикидывал, во сколько ему обойдётся ремонт розовых обоев и замена разбитой вазы. Друзилла пыталась выглядеть невинно, что удавалось ей с переменным успехом — её пальцы то и дело высекали мелкие розовые искры, когда она тянулась за солонкой.
— Ну как вам наша Тихáя Гавань? — спросила миссис Хиггинс, с материнской заботой подкладывая Аберранту дополнительную порцию яичницы. — Не скучаете по большому городу?
— Очень... оживлённо, — выдавил Аберрант, с тоской глядя на свою тарелку. — Прямо как в эпицентре вулканической активности. Только с более агрессивным декором.
— О, это цветы только распустились! — миссис Хиггинс радостно улыбнулась, приняв его слова за комплимент. — А у вас очень милая кошечка... Сегодня утром я видела, как она пыталась поймать солнечного зайчика на моём заборе. Такая резвая!
Друзилла подавила смешок, превратив его в подозрительный кашель.
— Вообще-то их две. Они... э-э... осваиваются, — пролепетала она, чувствуя, как горит лицо.
— А вы, дорогая, не хотели бы записаться в наш клуб рукоделия? — миссис Хиггинс повернулась к Друзилле. — Мы вяжем носочки для бездомных фей. Правда, в прошлый раз у нас получились носки для бездомного тролля. Но он был очень тронут!
В этот момент из-под стола донёсся одобрительный скрип. Аберрант с ужасом осознал, что его гном, судя по всему, уже успел подружиться с местными домовыми.
— Мы обязательно подумаем, — поспешно сказала Друзилла, замечая, как у Аберранта дёрнулся глаз. — Просто сначала нам нужно немного обустроиться.
— Конечно, конечно! — миссис Хиггинс многозначительно подмигнула. — Молодожёнам всегда нужно время уединиться. Мой покойный муж Мортимер в первые месяцы нашей брачной жизни даже заклинание молчания в спальне повесил! Правда, оно оказалось бракованным и вместо тишины транслировало драконьи баллады... Но это уже совсем другая история!
Аберрант молча отпил чаю, с тоской думая о том, что даже бракованное заклинание молчания звучало бы сейчас как божественная симфония по сравнению с их текущей жизнью.
Когда они вернулись в «Гнездышко», их ждал новый сюрприз. Фарфоровые кошки устроили гонки по коридору. Скорость у них была, конечно, не гоночная, но упорство — железное.
— Всё, — мрачно констатировал Аберрант. — Мы обречены. Нас либо вышвырнут из города, либо эти существа разнесут наш дом.
— Может, они устанут? — робко предложила Друзилла.
В ответ котёнок с бантиком запрыгнул на карниз и уронил на пол один из розовых горшков.
Аберрант простонал.
— Я начинаю скучать по своему клану. Там опасности были предсказуемыми. Обычно это были мечи и огонь. А не ожившие безделушки.
К вечеру шум наконец стих. Осторожно выглянув, они обнаружили двух котов, заснувших на розовом половичке.
— Ну что ж, — вздохнула Друзилла. — Похоже, у нас появились домашние питомцы.
— Не домашние питомцы, — поправил её Аберрант. — А стихийное бедствие в миниатюре.
Он посмотрел на Друзиллу, которая пыталась оттереть следы розовой краски.
— Знаете, Друзилла, — сказал он с внезапной усталостью. — С вами определённо не соскучишься.
— Взаимно, Аберрант, — ответила она, с трудом сдерживая улыбку. — Взаимно.
Глава 9. В которой визит к бариста становится испытанием, а случайное пожелание приводит к курьезным последствиям
На следующее утро Аберрант проснулся с твёрдым убеждением, что его позвоночник был тайно заменен на набор ржавых гвоздей. Каждый мускул
