Ведьма - катастрофа и дракон с гномом - Алрия Гримвуд

— Эксперт по народным традициям, — поправил тощий субъект, забавно выпячивая грудь.

Магистр Понтий окинул мастерскую оценивающим взглядом, явно находя её недостойной своего визита.

— Так вот она, знаменитая мастерская, — произнёс он, и его голос капал, как мёд, но мёд был слегка испорченным. — Мы слышали о ваших удивительных талантах. Торговая Палата заинтересована в сотрудничестве. Мы могли бы помочь с продвижением вашего... хм… бренда. На столичном уровне, разумеется.

— Разумеется, — подхватил эксперт. — За скромный процент от прибыли. И, для начала, мы бы хотели протестировать наш продукт. — Он достал из корзинки пирожок и протянул его Друзилле. — Не соблаговолите ли?

Пирожок выглядел совершенно обычным. Слишком обычным. И абсолютно ничем не пах.

Аберрант и Друзилла переглянулись. Их амулеты-стабилизаторы, лежавшие под одеждой, вдруг издали лёгкое, тревожное жужжание.

В кармане Аберранта раздался резкий, предупреждающий скрип.

— Гном категорически против, — тут же перевёл Аберрант. — Говорит: «Чувствуется подвох. Очень искусная маскировка. Пирожок мертвее дохлого комара. Не есть».

— Подождите, — сказала Друзилла, не беря пирожок. — А какой это пирожок? Он волшебный?

Эксперт неестественно рассмеялся.

— Что вы, что вы! Обычный, качественный, столичный продукт! Никакой ереси!

В этот момент с полки спрыгнул Бесстыжий Серафим. Он грациозно подошёл к эксперту, обнюхал пирожок и фыркнул с таким презрением, что тот чуть не уронил корзинку.

— Подделка, — объявил кот. — Без души. Без изюминки. Без намёка на индивидуальность. Пахнет завистью и жадностью. Выносите этот суррогат. Он оскорбляет мои рецепторы.

Магистр Понтий нахмурился.

— Мои предложения не принято критиковать.

— В этом и есть ваша ошибка, — сказал Аберрант, делая шаг вперёд. — Вы всё пытаетесь оценить, купить, подчинить. А здесь всё живое. Даже коты, пироги, пирожки. И вывески. — Он кивнул в сторону двери, где Барнаби яростно скрипел: «Верно! И я требую апгрейд! Хочу позолоты!».

Ситуация накалялась. Внезапно Друзилла взмахнула рукой, и пирожок в руках эксперта вдруг ожил. Но заговорил он не своим голосом, а каким-то механическим, заученным:

— Цель визита: получение образцов аур. Средство: пирожок-ловушка с подавителем магии. При сопротивлении: применение силы. Конец сообщения.

В мастерской воцарилась мёртвая тишина. Магистр Понтий побледнел. Его эксперт задрожал.

— Это... это недоразумение... - начал он.

— Вон, — тихо, но так, что задрожали стёкла в окнах, сказал Аберрант. — И передайте вашему начальству. Следующего «торгового представителя» мы превратим в садовое украшение. У нас как раз не хватает.

Когда незваные гости ретировались, Теодорикус, всё это время прятавшийся в кладовке, вылез наружу.

— Вы видите? — прошептал он. — Они уже здесь! Они не остановятся!

— Я вижу, — мрачно сказал Аберрант, разглядывая «Вихревой поглотитель». — Значит, война продолжается. Но теперь мы знаем их планы. И у нас есть... - он окинул взглядом мастерскую: котов, призрака, вывеску, гнома в кармане и перепуганного архивариуса, -...самая странная и самая надёжная команда на свете.

Из кармана донёсся короткий, одобрительный скрип.

— Гном говорит: «Стратегия ясна. Оборонительная позиция. Укреплять тылы. И купить ему новый колпак. Старый протёрся».

— Ура! — пискнул Стеснюля из-под дивана. — Мы команда!

— Команда, — фыркнул Бесстыжий Серафим. — Словно стадо обезумевших белок. Но, приходится признать, моё стадо. Так что, если кто-то собирается вас поглотить, им придётся иметь дело со мной. После того, как я высплюсь. И получу свои сливки.

Их крепость была осаждена со всех сторон. Но в этой крепости были не просто стены. В ней была жизнь. Самая безумная, непредсказуемая и прекрасная на свете. И они были готовы её защищать. Все вместе. Даже тот, кто мог только скрипеть. Особенно тот, кто мог только скрипеть.

Глава 39. В которой планы строятся за чаем, а любовь побеждает законы магии

После изгнания «торговых представителей» в мастерской воцарилась напряжённая тишина, нарушаемая лишь довольным почавкиванием Бесстыжего Серафима, уплетавшего свои заслуженные сливки, и озабоченным скрипом Барнаби: «И чего они примолкли? Будто я не видел, как тот пузатый от страха пятками засверкал! Хоть бы поблагодарили!».

Аберрант первым нарушил молчание, обращаясь к перепуганному архивариусу:

— Теодорикус, вы останетесь?

Тот, всё ещё дрожа, кивнул:

— М-магистр Корвус сказал, что если что-то пойдёт не так, мне лучше остаться здесь. Если вы, конечно, не против...

— Против? — фыркнула Лина, уже доставая свой вечный блокнот. — Мы только за! У нас теперь будет собственный архивариус! Это поднимет статус мастерской на невероятную высоту! Мы можем запустить услугу «Магическая экспертиза ваших семейных реликвий»!

— Лина, — беззвучно простонал Аберрант. — Не сейчас.

Призрак Альжернон, тем временем, уже изучал чертежи «Проекта Химера» с таким видом, будто обнаружил вопиющее нарушение симметрии во вселенском масштабе.

— Безобразие! — воскликнул он, тыча эфемерным пальцем в схему. — Какая убогая компоновка! Резонансные катушки расположены без учёта гармонических пропорций! Это же вызовет не стабильность, а банальный грохот! Я бы на их месте умер от стыда, а не от зелья!

— То есть их устройство не сработает? — уточнила Друзилла.

— Сработает, — мрачно сказал Аберрант, разглядывая «Вихревой поглотитель». — Но, судя по всему, не так, как они хотят. Оно будет не соединять, а взрывать. Альбус так жаждет получить нашу силу, что не замечает очевидных изъянов.

Из кармана Аберранта раздался настойчивый скрип.

— Гном говорит: «Необходима контрстратегия. Предлагаю использовать их же оружие против них. Модифицировать поглотитель. Сделать его обратным».

Все уставились на карман Аберранта.

— Обратным? — переспросил Аберрант, прислушиваясь. — То есть... чтобы он не забирал силу, а отдавал?

Короткий утвердительный скрип был красноречивее любых слов.

— Блестяще! — воскликнула Друзилла. — Мы можем превратить их ловушку в источник силы! Но как?

— Элементарно, — прокомментировал с полки Бесстыжий Серафим, вылизывая лапу. — Вас же двое. Один — порядок, другая — хаос. Вместе вы — идеальные инженеры-саботажники. Просто сделайте с этой штуковиной то, что вы делаете со всем остальным. «Улучшьте» её.

Идея витала в воздухе. Аберрант и Друзилла переглянулись, и в их гладах вспыхнул знакомый огонёк — огонёк азарта и творчества.

Вечером, когда мастерская опустела (Лина увела Теодорикуса показывать его новую комнату — бывшую кладовку, которую призрак Альжернон уже привёл в идеальный порядок), Аберрант и Друзилла остались одни. Вернее, почти одни — в углу тихо посапывали коты, а из кармана Аберранта доносился ровный скрипящий звук, означавший, что гном предаётся размышлениям.

Они сидели на потертом диване, и между ними лежал разобранный «Вихревой поглотитель». Руны на его поверхности светились зловещим фиолетовым светом.

— Знаешь, — тихо сказал Аберрант, глядя на устройство, а не на Друзиллу. — Когда я держу эту штуку, я чувствую пустоту. Она создана, чтобы забирать. Без согласия.

— Как и всё, что делает Гильдия, — ответила Друзилла. Её пальцы бессознательно выписывали в воздухе узоры,