Ведьма - катастрофа и дракон с гномом - Алрия Гримвуд

В этот момент автобус с громким хлопком и шипением остановился. Свет внутри погас. Из кабины водителя послышалось задумчивое: «Вот чёрт».

— Кажется, вытекающие последствия нас настигли, — мрачно констатировал бородач.

Водитель, оказавшийся тощим типом в засаленной кепке, объявил:

— Движок приказал долго жить. Ремонт — часа два. Можете размяться.

Пассажиры — их было человек двадцать — неохотно покидали салон. Друзилла и её сосед вышли последними. Они оказались на обочине у самого края хмурого леса. Было сыро, холодно и очень неуютно.

— Прекрасно, — проворчал бородач. — Идеальное место для того, чтобы нас съели какие-нибудь местные твари. Или чтобы мы съели друг друга от скуки.

— Вы всегда такой оптимистичный? — поинтересовалась Друзилла.

— Это не пессимизм, это реализм, — парировал он. — Опыт подсказывает, что если что-то может пойти не так, оно пойдёт не так. Особенно если рядом есть кто-то с... — он осекся.

— С чем? — насторожилась Друзилла.

— С яркой аурой, — дипломатично закончил он.

Чтобы развеять напряжение, Друзилла решила проявить инициативу.

— Может, разведём костёр? Хоть согреемся.

Она собрала несколько сухих веток и сложила их в кучу. Затем сосредоточилась, пытаясь вызвать хотя бы маленькую искру. Вместо этого из её пальцев вырвался сноп ярких розовых искр, и ветки мгновенно превратились в горстку конфетти, которое грустно посыпалось на землю.

— Поздравляю, — безразличным тоном произнёс бородач. — Вы устроили парад. Теперь мы можем замерзать с блёстками.

— Я пыталась! — взорвалась Друзилла.

— В следующий раз, когда вы будете «пытаться», предупредите, чтобы я отошёл на безопасное расстояние.

В этот момент из-за пазухи бородача раздался тихий, но отчётливый скрип. Оба замолчали. Скрип повторился. Мужчина с видом глубокой покорности судьбе полез рукой за шиворот и вытащил треснутого садового гнома в синей шапочке.

Друзилла уставилась на гнома, потом на бородача.

— Вы носите с собой садовых гномов?

— Это талисман, — пробормотал он, стараясь не смотреть ей в глаза.

— А почему он скрипит?

— У него сложный характер.

Гном в его руках снова скрипнул, и его голова повернулась на несколько градусов, уставившись на Друзиллу пустыми глазами.

— Он живой? — прошептала она.

— Нет! — слишком быстро ответил бородач. — Это атмосферное давление. Или древесина усыхает.

Внезапно гном выскользнул из его рук, упал на землю и, к ужасу обоих, сделал несколько неуверенных шажков по направлению к лесу.

Хватит! — прошипел бородач, хватая гнома. — Не позорь меня!

Друзилла смотрела на эту сцену с открытым ртом. Внезапное понимание осенило её.

— О Боги... Вы... вы тоже как я?

Он замер, сжимая в руке непоседливого гнома. Его плечи обвисли.

— Что вы имеете в виду? — спросил он устало.

— Ваш гном. Мои взрывающиеся заклинания. Мы оба не такие. Мы оба бежим.

Он медленно кивнул, не поднимая глаз.

— Меня зовут Аберрант, — тихо сказал он. — И да. Я не вписываюсь в ожидания моей семьи.

— Друзилла, — ответила она. — И я... Но зато я слишком хорошо вписываюсь в ожидания катастрофы.

Они стояли друг напротив друга на пустынной дороге, и впервые между ними исчезло напряжение. Его сменило странное чувство взаимного признания.

— Итак, — первым нарушил молчание Аберрант. — Вы — ведьма-катастрофа.

— А вы — дракон... с гномом, — кивнула Друзилла.

Они посмотрели на гнома, который снова начал поскрипывать, явно выражая протест против такого грубого обращения.

— Знаете, — сказала Друзилла, — при всём уважении к вашему... хм… талисману, мне кажется, нам нужно найти другой способ разжечь костёр.

Водитель, как и обещал, починил автобус через два часа. Когда они снова тронулись в путь, Друзилла и Аберрант сидели рядом в новом, молчаливом согласии. Они были двумя неудачниками, застрявшими в одном автобусе, но теперь они знали, что в своём неудачничестве они не одиноки.

Автобус снова нырнул в туман, но на этот раз перспектива казалась не такой уж пугающей. По крайней мере, теперь у них был общий враг — скука, и общий союзник — скрипучий гном с непредсказуемым характером.

Глава 3. В котором появляется живая сумка, исчезают носки и приходится ночевать в подозрительной гостинице

Автобус ехал ещё часа три, прежде чем окончательно сдался. На этот раз он просто вздохнул, как уставшее животное, и замер посреди абсолютной глуши. Водитель вышел, пнул колесо, потом посмотрел на пассажиров с философским спокойствием.

— Всё, детки. Дальше — пешком или автостопом. До Перекрёстка Трёх Лун — километров десять.

— А почему мы не можем починить? — спросила пожилая женщина с котом в корзине.

— Потому что у него отвалилась магическая турбина, — развёл руками водитель. — А новая стоит как три таких автобуса. Проще пешком дойти.

Пассажиры нехотя начали собирать вещи. Друзилла и Аберрант молча наблюдали за этим.

— Ну что, — сказал Аберрант. — Похоже, наш «стратегический манёвр» включает в себя пеший марш-бросок.

— Могло быть и хуже, — пожала плечами Друзилла. — Автобус мог бы превратиться в карамельное яблоко. Со мной такое однажды случилось с учебником по трансфигурации.

Они вышли на дорогу. Остальные пассажиры быстро рассредоточились, видимо, зная куда идти. Вскоре на пустынной лесной дороге остались только они двое.

— Итак, — Аберрант взвалил свой походный мешок на плечо. — Десять километров. При нашем везении, мы либо заблудимся, либо наткнёмся на разбойников, либо выяснится, что у нашего гнома есть родственники в этих лесах.

— Он не наш гном! — возмутилась Друзилла, поправляя свою сумку. — И кстати, если уж на то пошло, это вы его с собой таскаете!

— Он меня морально поддерживает! — парировал Аберрант.

В этот момент из его мешка донёсся обиженный скрип.

Шли они в основном молча. Лес был густой, тихий и на удивление нормальный — никакие деревья с ними не разговаривали, птицы не пели матерные песни. Это даже немного разочаровывало.

Через пару часов Друзилла начала отставать.

— Я не могу, — простонала она, останавливаясь. — У меня в ботинке камень. Или, возможно, оживший камень. С моей-то удачей.

Аберрант обернулся и с некоторым раздражением посмотрел на неё.

— Мы прошли всего лишь четыре километра. Вам нужно тренировать выносливость.

— А вам нужно тренировать сочувствие! — огрызнулась она, присаживаясь на пенёк, чтобы снять ботинок.

Пока она трясла ботинок, Аберрант заметил, что ремешок на её сумке развязался.

— Ваша сумка, — указал он. — Если не завяжете, всё вывалится.

Друзилла послушалась и потянула за ремешок. В этот момент её пальцы выдали привычный сбой — лёгкую розовую искру. И сумка вздохнула.

— О нет, — прошептала Друзилла. — Только не это.

— Что "не это"? — насторожился Аберрант.

Сумка дёрнулась, затем её молния сама собой медленно поползла вниз. Из открывшегося пространства показался... язык. Длинный, матерчатый язык, который лениво облизнул внешнюю сторону сумки.

— Боги, — Аберрант отшатнулся. — Вы оживили свою сумку?

— Я не