Ты сможешь это выдержать? - С. К. Арлетт
— Виктор должен был ответить ещё на несколько вопросов. Мы организовали приватный допрос. В разгар разговора сработала пожарная сигнализация. Виктор попытался бежать и сделал рывок. Я выстрелил, чтобы пресечь побег, но он взял верх. Пришлось стрелять повторно — в порядке самообороны.
Вопросы сыплются как из пулемёта.
— Были свидетели?
— Нет, это была приватная сессия, — держу ровную интонацию.
— Почему не соблюли протокол?
— Это было решение на месте. Виктор проходил по более крупному делу, и я счёл, что приватная обстановка безопаснее для всех.
— Считаете, вы действовали корректно при данных обстоятельствах?
— Я сделал то, что должен был, чтобы защитить себя и других.
Камеры лупят, ловят каждое слово, каждое движение лица. Права на ошибку нет.
* * *
…Я притворяюсь отрубившимся, хотя голова — свинцовая от того, что Изель подмешала. Я понял, что не так, с первого глотка. Да, Изель затмевает мне голову, но профайлер во мне жив. Горечь на послевкусии выдала таблетку, как бы аккуратно она ни действовала.
Как только слышу, как моя машина уезжает со двора, заставляю себя подняться с дивана — мышцы ноют, по телу гуляет дурман. Ноги ватные, комната плывёт, но я хватаюсь за раковину на кухне. Вода. Я глушу стакан за стаканом, будто это антидот. Сонливость не проходит, но голова проясняется — ровно настолько, чтобы держать глаза открытыми. Ровно настолько, чтобы поехать за ней.
Я вызываю такси, игнорируя, как тяжелеют пальцы на экране. За руль мне нельзя — но и упускать её из виду нельзя. Я отслеживаю её телефон; маленькая точка ползёт к изолятору.
Виктор. Должен был догадаться. Она планировала это давно, да? Стараюсь не думать, как давно. Важнее успеть до того, как она сделает то, о чём будет жалеть. Чёрта с два я позволю ей угробить свою жизнь.
Такси высаживает меня; я иду следом, держась на расстоянии. Изель проходит безопасность; я остаюсь позади, наблюдаю, как она уходит к камерам. Я держусь на честном слове, но протискиваюсь дальше, остаюсь вне поля зрения. Уже поворачиваю к коридору, ведущему к камерам, как замечаю: у двери стоит кто-то — Мартин.
Он меня не видит — слишком занят своими нервами и часами. Я касаюсь его плеча — он разворачивается так резко, что кровь отливает от лица, когда узнаёт меня.
— Самозванство при исполнении — преступление, — говорю ровно, хотя сам едва держусь на ногах. Оцениваю его «костюм» взглядом. Как вообще Изель решила, что он сойдёт за меня?
— А настолько хреновая имитация — вообще тянет на тяжкую.
Мартин выпрямляется, пытается изображать жёсткость, но страх в глазах читается. Он расправляет плечи, как перед дракой, но мы оба знаем, чем она кончится.
— Изель внутри. И я не дам тебе всё ей испортить.
Я закатываю глаза:
— Не потребуется. Изель не должна знать, что я здесь. Понял?
На секунду кажется, он возразит, но он лишь кивает. Отступает, хоть и нехотя, упрямство в глазах никуда не делось — будто ждёт, когда я налажаю.
Я уже шагаю прочь, как он окликает:
— И что ты делаешь?
Я смотрю через плечо:
— Подстраховываю свою девушку.
Мартин неплох, спору нет. Но он не настолько хорош, чтобы знать о двустороннем стекле у камер содержания. Снаружи — матовая «молочная» панель. Из комнаты наблюдения — видно всё.
Достаю удостоверение, провожу по сканеру, просачиваюсь в наблюдательную. Внутри — Изель с Виктором.
Она стоит перед ним — ярость на тонком поводке. Она готова. Более чем. Она уже не та сломанная девочка, которой он играл. Она — сила. То, как она не моргает, не даёт ему пролезть ей в голову; то, как держится прямо — именно то, на что я надеялся.
Когда она бьёт первой, я чувствую удар костяшками в своих костях. Она не сдерживается — не сегодня. Когда Виктор отвечает, меня сводит — рука уже на ручке, готов разнести дверь. Но замираю. В её глазах — бой. Она не сдаётся. Не отдаёт ему победу.
Но когда он валит её на пол и пальцы смыкаются на её горле — что-то во мне лопается. Я уже продавливаю дверь, готов влететь и закончить его. Видеть, как она захлёбывается под его весом, — кошмар, который едва выношу. Я начинаю врываться — и тут она шевелится. Находит опору, переворачивает его, берёт контроль. И на миг я в немом восторге. Она не просто отбивается — она побеждает. Девчонка, которую когда-то нужно было защищать, делает то, чего не смог я. Она мстит — за всех, за всё. И когда она стреляет, когда ставит точку, я не могу не гордиться — до чёртиков.
Горжусь, потому что она наконец держит судьбу в собственных руках после лет, что её ломали. Горжусь, потому что она остановила монстра. Горжусь, потому что она — не жертва.
Всё. Она выиграла. И я не любил её сильнее, чем в этот миг.
Когда она выходит, оставив пистолет на столе, я выскальзываю из наблюдательной.
Думать не нужно — тело действует само. Перешагиваю через труп Виктора, приседаю к побоищу. К счастью, все выстрелы Изель — навылет. Так проще. Я вытаскиваю перчатки, натягиваю и собираю гильзы — одну за другой, не оставляя хвостов. Последнее, что мне нужно, — чтобы хоть что-то связало её с этим.
Нащупываю в куртке своё табельное. Отлично. Становлюсь на колено, выбираю угол и даю последний выстрел — в грудь. Пуля остаётся внутри. Это — ключевая. Ни одна баллистика не выведет на Изель. Финальный выстрел — мой.
Подхожу к столу, забираю её пистолет, вытираю и оставляю вместо него своё табельное.
Наклоняюсь к мёртвому, шепчу в ухо:
— Гори в аду, ублюдок.
И так же тихо выхожу — чтобы Изель не узнала, что я был рядом.
* * *
…Вопрос репортёра выдёргивает меня в настоящее:
— Итак, вы признаёте, что убили Виктора Монклера?
Я вдыхаю, глядя в море лиц:
— Да, признаю. Я застрелил Виктора Монклера в порядке самообороны.
— Ваше руководство знало об этом?
Я смотрю на Вильсона. Лгать нельзя — он сдаст меня. Я ждал этого вопроса и не приготовил ответ. Я открываю рот — и Вильсон опережает:
— Да, мы были уведомлены, — говорит он, выходя вперёд. Я уступаю ему шаг. — Старший спецагент Рейнольдс всегда действует тщательно и методично. Он проинформировал нас о ситуации. В момент высокого давления он принял трудное, но необходимое решение для защиты жизней.
Что за… Зачем он лжёт? Он продолжает, отвечает ещё на несколько вопросов, рисуя меня компетентным и
