Диагноз: Выживание - Наиль Эдуардович Выборнов

Диагноз: Выживание

Глава 1

Я осмотрелся по сторонам. Вроде никого нет. И это хорошо, потому что в нынешние времена любой встреченный человек может убить тебя за пачку печенья. Или за бутылку воды. Таковы уж современные реалии.

Но улицу пересекать было страшно. Откровенно говоря страшно. Потому что всякое может случиться. Потому что уже не раз, перебегая через дорожное полотно мне приходилось слышать откуда-то сбоку железное «Стоять». Или визгливое «Эй, ты куда пошел?». И оба этих выкрика не обещали тому, кто их услышал, ничего хорошего.

Я вдохнул, выдохнул. Вдохнул еще раз, после чего наконец рванулся вперед с места, что было сил. Нет, тишина. Короткая перебежка, и я оказался около развороченной двери. Аптека. Туда нам сегодня надо.

Странная аптека на самом деле — обычно они с зелеными вывесками, а эта с фиолетовой. Но таких по городу много, и это неплохо. Потому что так гораздо больше шансов раздобыть нужные вещи.

Рванул на себя дверь и через секунду уже закрылся внутри. Электричество не работало, естественно, как и по всему городу кроме обителей тех счастливчиков, которые завели себе генераторы, имели достаточно топлива и не боялись ими пользоваться.

Осмотрелся. Даже фонаря доставать не буду. Страшно. Очень страшно, так, что поджилки трясутся. Но нужны лекарства. Альтернатива гораздо страшнее.

Стеллаж опрокинут, вокруг валяются разноцветные коробочки с БАДами. Ладно, будет время — покопаюсь там внимательнее, даже среди этого мусора можно отыскать что-нибудь полезное.

Но сперва направо. Там куча битого стекла и засохшие пятна. Детское питание когда-то тут стояло, причем много его. Сейчас все разобрали, а то, что не взяли, то разбили и потоптали. Если детям можно, то и взрослым не возбраняется ведь, верно?

Вот это надо посмотреть. Потому что у меня со вчерашнего дня во рту не было ни маковой росинки, да и тогда пригоршня найденных на земле мелких кислых яблок — это тоже не еда.

Пригнувшись, я подошел к стеллажу и принялся внимательно осматривать содержимое. Стекло, стекло, крышки валяются. Черт, как же тут воняло в начале, наверное, а? Ладно.

Наклонился, посмотрел под стеллаж и увидел жестяную баночку, маленькую совсем. Стараясь не порезаться, запустил под него руку и извлек наружу. На баночке был нарисован улыбающийся ребенок. Под ним надпись — «Тема — петушок». Да, обидно было наверное этому самому Теме, что над ним вот так вот издеваются.

Но ладно, это уже неплохо. Сто граммов гомогенизированного пюре из курятины. И наверное даже неплохого, потому что сделано для детей, а там ГОСТы обычно соблюдались. Источник белка и прочего.

Правда есть это можно только с очень большой голодухи, примерно в таком же состоянии, как у меня. Если намазать на хлеб, да еще и солью посыпать… Да только вот хлеба я не видел уже год, с тех пор, как эта вся ебатория началась.

Срок годности? Нормальный, месяц еще. Я засунул банку в карман куртки, после чего осмотрелся еще раз. Да, вот — упаковка с пюре, только пластиковая. Фруктовый салатик. Ну тоже неплохо, вот и десерт.

Тоже отправил в карман, а потом, крадучись, двинулся в заднюю комнату, ступая по разбросанным повсюду упаковкам. Вот ведь народ, что не забрали, так просто бросили и потоптали. Хотя… Вот пачка влажных салфеток лежит, маленькая, двадцать штук. Но руки перед едой вытереть или задницу подтереть.

За кассами находился прилавок с лекарствами, и вот там не осталось вообще ничего. Сами кассы тоже оказались выворочены, ящики под ними — открыты. Пятно вон на полу — наверное банку йода или зеленки разбили.

Потом посмотрю, сейчас надо главное взять. Иначе придется другую аптеку искать, потому что без этих лекарств пиздец мне придет очень быстро. И там будет всего два варианта — медленно затухнуть или быстро сгореть.

Сбоку кабинет — компьютер валяется на боку, монитор опрокинут, а вот вместо сейфа только крепления из пола торчат. Срезали и унесли. Деньги… Даже сейчас деньги — это сила. Пусть они в цене и поубавили, и гораздо больше стоят драгоценности — золото, бриллианты.

Кстати, придурки. Ключ от сейфа всегда где-то же в аптеке хранится. Либо в ящике стола, либо в халатах, которые в шкафу висят. Может за какой-нибудь упаковкой с лекарствами. Могли бы посмотреть, и тогда им не пришлось бы такую тяжесть таскать.

Я прошел дальше и тут услышал шорох из соседней комнаты. Рука сама залезла в карман брюк и легла на рукоятку ножа. Зачем? Я ведь ни разу его в ход так и не пустил за этот год. Да и человека мне, порезать, пожалуй слабо.

Нет, не смогу я копаться в ящиках, когда рядом такое. Надо пойти, посмотреть.

Стараясь ступать тихо, чему немало помогали легкие кеды, я сделал несколько шагов в сторону соседнего помещения. А потом выпрыгнул из-за угла, выбросив вперед руку и одновременно нажимая на кнопку, которая выпустила лезвие.

И наткнулся взглядом на две светящиеся в темноте бусины. Которые тут же резко мелькнули, сдвинулись куда-то в сторону, к стене. А потом я увидел и исчезнувшие в щели в полу тело и длинный хвост.

Выдохнул. Так, меня тут кондратий хватит, если так же продолжаться будет. Но это крыса. Всего лишь крыса, да. Они, конечно, мерзкие, но не опасные совсем.

Подняв руку, вытер пот со лба и двинулся вперед. Это была кухонька, совсем небольшая — стол, на нем микроволновка, чайник, да и все. Раз уж зашел, то надо посмотреть, может быть, что-то осталось.

Я присел, открыл дверцы стола, заглянул внутрь. Первое, что бросилось в глаза — это яркая упаковка открытой скрутки с аскорбинкой. Руки сработали раньше мозга, я тут же схватился за нее, разорвал и одну за другой отправил таблетки в рот, принялся жевать.

Пасть тут же сладким наполнилась, да еще и каким-то мерзким химозным привкусом по типу клубники. Но я не ел так давно, что эта доза сахара с минимальным содержанием витамина С будет как нельзя кстати. Правда, пить сразу же захотелось, зараза. А с водой сейчас тоже большие проблемы. Это вполне логично — нет электричества, нет и воды.

Что еще? Запустив руку, я вытащил из ящика пачку печенья, осмотрел внимательно. Соленые крекеры. Вот это удача — это тот самый хлеб, на который можно будет намазать мое пюре.

Я стащил с себя небольшой городской