Абрис великой школы - Павел Николаевич Корнев

— Давай отправим тебя в университет, а я задержусь для согласования всех формальностей. — Начальнику же крючкотворов сказал: — Сейчас вернусь.

По пути к экипажу Заряна попеняла мне за то, что вызвался оплатить расходы на услуги стряпчих, но я и слушать ничего не стал, беспечно отмахнулся:

— Могу себе позволить! — А когда барышня первой забралась в карету, тихонько шепнул Дарьяну и Волоту: — Приглядите за ней в университете. Не оставляйте одну.

— А что такое? — насторожился книжник.

— Там Цареслав учится, — вроде как даже не соврал я, а просто сказал о другом. — Помнишь такого?

Дарьян кивнул и шепнул озадаченному Волоту:

— Потом расскажу.

Они укатили, а я вернулся в банк и заглянул к закреплённому за мной клерку, велел принести документы по состоянию счёта в кабинет главного стряпчего, после чего отправился к тому обговаривать размер причитающейся с Заряны платы, но начальник крючкотворов завёл разговор о другом.

Откинувшись в кресле, он смерил меня пристальным взглядом и уточнил:

— Правильно понимаю, что вы представляете не только интересы барышни, брат Серый?

Я опустился на чрезвычайно удобный диванчик и покачал головой.

— Конкретно в этом деле я представляю интересы Заряны из дома Пламенной благодати, её и больше ничьи.

Хозяин кабинета вздохнул.

— Просто хочу понять, на какие уступки мы должны будем пойти для предотвращения огласки.

— Угрозы такого рода не должны приниматься в расчёт! — отрезал я, сразу сообразив, куда дует ветер. — А в случае их осуществления с виновника следует в полной мере взыскать причинённый нелепой ложью ущерб.

— Ситуация весьма неоднозначна, в ней очень много заинтересованных сторон.

— Вы представляете интересы Заряны из дома Пламенной благодати. Остальное значения не имеет. И, к слову, мы нисколько не сомневаемся в порядочности Белояра из семьи Калёных уз и уж тем паче не обвиняем его в подделке договора поручительства. А если кто-то сделать это попытается, то пусть будет готов к последствиям. Это следует донести до Семицветов и иже с ними.

— Выставить крайними недобросовестных банкиров? — уточнил хозяин кабинета и усмехнулся. — Это можно.

Тут в дверь постучали, клерк положил на стол папку с документами по моим вложениям и вновь оставил нас наедине. Заодно он принёс уже составленное обязательство по оплате услуг банковских стряпчих с ограничением в две сотни целковых, я наскоро просмотрел его и подписал, после чего сказал:

— Если не против, я поприсутствую при ознакомлении с договором поручительства.

Хозяин кабинета против этого возражать не стал, и перво-наперво мы наведались во дворец правосудия. Сам я мог обивать там пороги не один день и даже не одну седмицу, да и стряпчему из какой-нибудь захудалой конторы пришлось бы приложить немало усилий, лишь бы только оказаться выслушанным, ну а представитель банка Небесного престола не просто сумел добиться встречи с одним из судей, но и получил от него приказ на немедленное ознакомление с требуемыми документами. На всё про всё ушло два часа, а вполне возможно, что и некоторое количество целковых, но отдельно эти траты мне озвучены не были.

Банкирский дом «Семицвет, Семицвет и партнёры» занимал угловой двухэтажный особняк на границе Холма и Среднего города, и наш визит тамошних заправил в восторг отнюдь не привёл. Предъявить договор поручительства они отказались наотрез, не подтвердили даже, что вообще имеют какие-либо претензии к Заряне из дома Пламенной благодати. Впрочем, не пожелали и опровергнуть оного.

Вышел на улицу я злой как чёрт, а вот стряпчий подобным исходом разочарован отнюдь не был, пусть даже единственным его уловом стала отметка на судебном приказе о невозможности предоставить необходимые документы.

— Время пошло, — заявил он с довольной улыбкой. — Пространства для манёвра у этих хитрованов остаётся не так уж и много — думаю, они начнут торговаться. Я бы рекомендовал вашей подопечной покинуть Черноводск на ближайшую седмицу или даже две. Эти люди умеют убеждать и добиваться своего, иначе бы давно пошли по миру с протянутой рукой.

— Жулики? — уточнил я.

— Нет, но репутацию имеют в некоторой степени подмоченную.

Мы попрощались, и я поспешил в Чернильную округу, вот только предложение покинуть город Заряна встретила в штыки. Отложить прохождение вступительных испытаний она отказалась наотрез, и мы чуть с ней по этому поводу не поругались. Ни к какому компромиссу в итоге не пришли, каждый остался при своём мнении.

— Хорошо! — сдался я. — Но тогда в университете за тобой пока присмотрят Дарьян и Волот.

Думал, вздорная девчонка закатит истерику, но после недолгих раздумий Заряна покладисто согласилась.

— Хорошо!

Я с облегчением перевёл дух и отошёл переговорить с парнями. Те, выслушав моё предложение, озадаченно переглянулись.

— У нас же работа! — напомнил Волот. — А в свободный день я с тобой до обеда занимаюсь!

— А у меня Агна, — буркнул Дарьян. — Мы квартирку ей присмотрели…

Ей? Не нам?

Но лезть в чужую жизнь я не стал и зашёл с другой стороны.

— На квартиру деньги нужны — так? С меня по три целковых в день!

Дарьян аж покраснел от смущения.

— Ну, Серый! Ну ты чего? Какие деньги? Ты лучше устрой, чтобы Агну в университет приняли, тогда она сможет за Заряной присмотреть.

«Кто бы за ней самой присмотрел», — подумал я, но кивнул, не став говорить, что Заряна нынешнюю пассию книжника не очень-то и жалует.

— Переговорю.

Дарьян расплылся в довольной улыбке.

— Здорово! — Он наморщил лоб и принялся загибать пальцы. — Я сегодня в ночь, завтра похожу с ней, а дальше… — Он беспечно махнул рукой. — Да ерунда! График поменять вообще не проблема!

Вот только книжник определённо торопил события, поскольку Волот со своим решением ещё не определился. Но — нет, аспирант кивнул.

— Теперь только по ночам дежурить стану, будем с тобой через день меняться, — предложил он, а мне сказал: — Не надо денег. Если что — сочтёмся.

Меня запрошенные и тем, и другим расценки не шибко-то и порадовали, но своего я добился, поэтому быстренько попрощался с Заряной, поймал извозчика и покатил на Холм. Доступ в епископскую резиденцию брату Серому покуда не закрыли, не составило никакого труда и попасть на приём к отцу Бедному. Сказать по правде, к этому не пришлось прикладывать никаких усилий: и пяти минут не прождал, как пригласили в кабинет.