Любовь короля. Том 3 - Ким Ирён
Когда рука Лина вздрогнула от ярости и острие меча едва не перерезало Сон Ину горло, Вон вмиг схватил его за запястье.
– Опусти меч, Лин. Этот мерзавец провоцирует меня. И счеты у него со мной. Значит, и завершить это должен я сам.
– Но… – встревоженно взглянул на прежнего вана Лин.
Заметив чужое беспокойство, тот мягко улыбнулся:
– Ты ведь сам говорил: нельзя преступать закон из личной мести. Хоть я и государь, а слов твоих не забыл. Этот человек – изменник, который посеял раздор между мной и отцом. А как наказывать изменников, гласит закон.
Когда Лин медленно опустил меч, Вон бросил короткий взгляд на разорванный в клочья кожаный мешок и вновь взглянул на Сон Ина с холодной яростью:
– Где Сан? Что ты с ней сделал?
– С интересом наблюдали за происходившим, а теперь меня спрашиваете? – хмыкнув, бросил взгляд на Хайсана Сон Ин. Взгляды Вона и Лина тотчас устремились к нему. Его глаза округлились, и он, притворяясь удивленным, ткнул пальцем грудь: «Я?» – и сказал:
– Я ее даже не видел.
– Хайсан! – резко окликнул его раздраженный шутливым тоном Вон. Тот широко улыбался, переводя взгляд с прежнего вана на Суджон-ху.
– Это действительно пугает. Рассказывай, Тогто.
– Ее увела Беки, Юсуф.
– Кто просил тебя вмешиваться? – вскричал Хайсан, когда Тогто, не выдержав, вмешался. Окинув того гневным взглядом, он повернулся к Лину. – Догадываешься, что произошло, Юсуф? Или, вернее, Ван Лин! Ту женщину увела ее соперница. Обладай ты обеими, проблем бы не было. Но с тем, как ты относился к Беки все это время, несложно догадаться о судьбе другой. Женщины – куда более страшные существа, чем ты думаешь!
Не дождавшись окончания его слов, Лин вскочил и стрелой вылетел из юрты. Вон хотел было броситься следом, но Хайсан остановил его, схватив его за руку. Его голос стал холодным:
– Оставь их, Иджил-Буха. Это его дело, не твое. И довести его до конца тоже должен он, а не ты.
Молча посмотрев на Хайсана, Вон резко отвернулся. Взгляд его упал на Сон Ина. Тот, очевидно, был обречен, но, несмотря на это, гордо задирал подбородок. Прямо как та девчонка. Вон усмехнулся: перед лицом смерти Сон Ин выглядел точно как Муби. Наклонившись, прежний ван поднял клинок, что обронил Сон Ин.
– Всегда считал, что однажды вонзишь мне нож в спину, – прошептал он с мрачной усмешкой, поднеся лезвие к чужому лицу. Оно проскользнуло по щеке, оставив на ней кровавый след, будто от густого вина. – Но я не ожидал, что ты осмелишься угрожать меня вот так, прямо здесь. Похоже, я недооценил тебя, Сон Ин.
– Мои таланты здесь ни при чем. Если я и сумел удивить вас, дело здесь лишь в вашем величестве. Поэтому присвоить эту заслугу себе я не могу.
– Хитрый мерзавец. Что еще ты там хочешь сказать?
– Вам, наверное, интересно, как госпожа из Хёнэнхэкчу оказалась у меня в руках? Коль уже все равно умру, поведаю вам правду. О том, где ее искать, мне любезно поведала ваша первая супруга.
– Тан? – изумился Вон.
– Она не только рассказала, где скрывается госпожа из Хёнэнхэкчу, но и велела убить их с Ван Лином, если представится случай. Чтобы госпожа из Хёнэнхэкчу впредь не могла соблазнять ваше величество.
– Моя жена не настолько жестока. Именно она помогла Сан сбежать от меня.
– Ваша первая супруга пожелала, чтобы вы больше никогда увидели госпожу из Хёнэнхэкчу и не встретились с ней. А коль для этого потребовалось бы ее убить, значит, так тому и быть. Всему виной упрямство несчастной женщины, не способной отказаться от своей любви. Вы ведь были к ней совершенно безразличны.
Гулкий удар разнесся по юрте. Из уголка рта Сон Ина потекла струйка крови – лезвие полоснуло его прямо по лицу. Он медленно повернул голову обратно и усмехнулся, обнажив окровавленные десны в злобной ухмылке.
– Вы живете, глядя в спины самым близким. Вы ведь и не подозревали о том, что сбежать вашей любимой помогла ваша же супруга? Прямо как тогда, когда Ван Лин с госпожой из Хёнэтхэкчу решили оставить вас и уйти вместе. Ах да… Они ведь встретились вновь. Если их упустите сейчас – никогда уже не сможете сделать ее своей женщиной. Так что бегите скорее! Разорвите плоть и кости Ван Лина на куски, как и десять лет назад в Пённандо, и завладейте ей! Или убейте их разом. Вы ведь не сможете вынести, если они станут шептать друг другу слова любви прямо у вас на глазах!
– Впредь твой змеиный язык будет извиваться лишь в аду, мерзавец!
Недолго просвистев по воздуху, клинок взмыл вверх и устремился прямо к груди Сон Ина. Однако, лишь коснувшись края одежд, замер, дрожа. Выплевывая кровь сквозь зубы, он усмехнулся:
– Отчего ж колеблетесь? Вы же не из тех, кто сумеет воздержаться от личной мести в угоду закону. Неужто руки дрожат у того самого правителя, который когда-то гордо велел резать врагов направо и налево? Бросьте эту неуместную нерешительность и бейте, как привыкли! Вот же оно – мое сердце!
– Не подгоняй. Скоро ты отправишься вслед за своей девкой, так что не смей подгонять меня!
Клинок, что замер у груди Сон Ина, вновь засверкал. Вон был раздражен.
– Хотел не оставить мне и крупицы тела Сан? Так и поступлю с тобой. Разрублю твое лицо, твое тело, точно тонко нарезанное мясо, чтобы и в аду твоя девка не сумела тебя узнать!
Вон вновь резко взмахнул рукой, но клинок снова замер перед сердцем Сон Ина. Тот криво усмехнулся – то ли с насмешкой, то ли с жалостью – и обхватил ладонь Вона. Его пальцы сомкнулись на руке Вона, и тот вздрогнул от неожиданности.
– Исполосуй мое лицо. Ему и в аду не место: я совершил непростительный грех пред своей женщиной. Но даже так Муби найдет меня. Нам слишком знакомы ароматы друг друга. А вот ваше величество… ты не увидишь ее ни при жизни, ни после смерти. Ты отправишься в ад вместе со мной, а она будет счастлива с Ван Лином в другом мире!
Сон Ин вдруг с силой потянул руку Вона на себя. Больше половины лезвия вонзилась ему в грудь. Почувствовав, как кончик клинка пронзает чужую кожу, Вон вздрогнул. Плоть разрывалась не мягко и беспрепятственно, но с трудом, будто металл проходил через что-то твердое, тяжелое и плотное. Так вот каково по-настоящему заколоть человека. Совсем не то же, что повелеть: «Руби!»
Когда Вон, дрожа, отступил назад, ослабевшие пальцы Сон Ина отпустили его руку. Вон сделал еще несколько шагов, и его подхватил Хайсан. Сон Ин, чью грудь пронзил клинок, рухнул на колени.
– Я не умру от твоей руки… Меня не одолеть… И жизни себя лишу лишь я сам! А тебе… тебе и на это смелости не хватит… Ты никогда не стать таким, как я!
Из его рта фонтаном хлынула кровь, и он тяжело повалился назад. Затылок глухо ударился об пол. Широко распахнутые глаза, довольно разинутый рот, и ни движения больше. Кровь заполняла его рот, выливалась через губы, стекала по щекам и шее, впитываясь в ковер.
Поднялся ветер. Аккуратно уложенные волосы Сан разлетелись в разные стороны, но поправить их она не могла: руки ее до сих пор были связаны.
Она то и дело поглядывала на профиль Беки, которая ехала рядом и держала поводья ее лошади. Ямочка на плотно сжатых губах девушки стала уже для Сан столь же привычной, как и веснушки на лице Пуён. «Куда она меня везет? – Обернувшись, она взглянула на лагерь Хайсана, который они покинули. Юрты, как и развевавшиеся над ними флаги, стали совсем маленькими. – Теперь я могла бы убежать. – Сан снова взглянула на Беки. Та, глубоко задумавшись о чем-то, смотрела только вперед, взгляд ее был прикован к одной точке. Казалось, она и вовсе позабыла о том, что рядом кто-то есть. Отобрать у нее поводья, сбросить ее с лошади и ускакать было бы нетрудно. Однако если Сан сбежит, то уже не сможет вернуться в лагерь правителя Хуайнина. – Лин где-то там. И Вон тоже! Если они встретятся, быть беде… А у Сон Ина зуб на Вона…»
