Марианна. Попаданка в нелюбимую жену - Дора Коуст
Миг! И от серебра ничего не осталось. Только тонкая кромка неявно сверкала по широкому прямоугольнику, картинка за которым полностью изменилась. Это были другой парк, другая подъездная дорожка и другой дом, что возвышался не только тремя этажами, но и внушительными башнями по бокам.
— Что ты делаешь? — окликнул меня граф раздраженно.
Но я лишь отмахнулась. Когда мы с котом ехали обратно в поместье, я так и не ощутила момент перехода через портал. Теперь же хотела попробовать потрогать эту невидимую границу рукой.
Жители этого мира просто не могли оценить мое любопытство по достоинству. Свыкнуться с тем, что магия существует, у меня пока не получалось.
В лицо пахнуло иной прохладой. Воздух за границей точно отличался. Там было холоднее, отчего кожа покрылась мурашками.
Кучер хлопнул вожжами, и лошади рванули вперед, прямо в воронку.
Протянув руку, я коснулась мерцающей серебристой пелены, походящей на экран. Всего на секунду она обожгла ледяным прикосновением, а у меня от восхищения перехватило дыхание. Пальцы будто погрузились в воду горного ручья. Боли не было. Только покалывание, похожее на мелкие электрические разряды.
Карета вылетела на аллею, усаженную вековыми дубами, чьи кроны сливались в сплошной зеленый свод над головой. Впереди в сиянии магического огня, что плескался в огромных чашах, сверкал почти что дворец.
Он даже чуточку походил на замок, учитывая остроконечные башни. Чем ближе мы были, тем выше они казались. На тонких шпилях рвались от ветра флаги. Рисунок на фоне темного неба уже было не разобрать. Здесь закат догорел давно.
Правда, те же флаги реяли над парадным крыльцом. На алых тканях золотой краской был изображен лев. Статуи этого величавого хищника украшали весь парк с идеально остриженными кустами и фонтанами, чьи струи переливались всеми оттенками золота.
Масштабы и величие впечатляли. Прямо с улицы чувствовалось, что все вокруг принадлежало по меньшей мере герцогу, хотя размах ощущался королевский.
Не желая нервировать супруга дольше необходимого, я целиком вернулась в экипаж и послушно села на скамеечку. Напряжения будто стало больше. Кажется, Арсу уже разонравилась идея тащить меня на бал, но поздно. Нам обоим было некуда отступать.
Нас ждал бал, и как ни странно, теперь я его предвкушала.
Холл герцогского замка встретил нас пышностью, от которой перехватывало дыхание. Высокие сводчатые потолки, украшенные фресками с золотыми вкраплениями, напоминали то ли храм, то ли королевскую сокровищницу. Хрустальные люстры, подвешенные на цепях толщиной в руку, переливались тысячами огней, отражаясь в полированном мраморном полу.
Слуги в алых ливреях с золотой вышивкой бесшумно скользили между гостями, предлагая бокалы с искристым виноградным соком и замысловатыми закусками. Шпажки, корзиночки, неведомые кругляши с начинкой. Закуски пестрели яркими цветами, будоража аппетит, и манили тонкими, едва уловимыми ароматами.
Проводив меня в середину холла к белоснежной колонне, Арсарван слегка склонился ко мне. Между нами будто и не было вражды. Словно ссоры в карете никогда не случалось.
— Герцог и герцогиня Имарки скоро спустятся. Хочешь пока что-нибудь выпить?
Я с готовностью кивнула, но взгляд уже заскользил по залу. Жадно рассматривала, впитывая мельчайшие детали. Гости словно являлись живой иллюстрацией к словарю аристократической моды.
Дамы в пышных кринолинах, украшенных вышивкой, жемчугом и даже живыми цветами, напоминали экзотических птиц. Их кавалеры щеголяли камзолами с золотым шитьем, шпагами на поясах и надменными взглядами, будто оценивающими каждого встречного на предмет «достоин ли он моего внимания».
Меня тоже в ответ разглядывали. Кто-то с любопытством, кто-то с едва скрываемым пренебрежением. Но были и улыбки — вежливые, холодные, заигрывающие. Самые разные, из чего я смело сделала вывод, что для Татии это общество не ново.
Вероятно, ее взросление прошло среди этих достопочтенных семей.
— Ваше Сиятельство, какая неожиданная радость видеть вас здесь! — вдруг раздалось прямо у меня за спиной.
Я обреченно обернулась. Передо мной стоял молодой мужчина в темно-сером камзоле. Его глаза игриво блестели, но больше внимания привлекала ухоженная острая бородка. Поймав мой взгляд, незнакомец изящно склонился, осторожно взял меня за руку, поднес ее к губам и поцеловал поверх перчатки, задержавшись чуть дольше, чем это позволяли приличия. Даже я со своим полным незнанием этикета это ощутила.
— Маркиз де Ларвиль, как всегда, к вашим услугам, — назвался он, вероятно заметив растерянность на моем лице.
К тому, что меня так бесцеремонно станут хватать за руки, я оказалась не готова.
— Рада снова видеть вас, — автоматически ответила я.
Щеки предательски вспыхнули.
— Знали бы вы, как приятно мне это слышать. Я уж было подумал, что вы забыли своего доброго друга. За время нашей вынужденной разлуки ваша красота стала еще ярче и притягательнее, — его голос звучал как мед, густой и сладкий. — Не желаете скрасить ожидание начала вечера танцем? Герцогская чета еще не спустилась, а музыка в соседнем зале просто божественна.
То, как он говорил, как улыбался, как неотрывно смотрел… Не оставалось никаких сомнений в том, что этот щегол был не прочь приударить за Татией. Насколько бы крепкая дружба ни связывала их раньше, сейчас он собирался залезть ко мне под юбку, как только такая возможность подвернется. В мое скромное декольте его взгляд то и дело проваливался, после чего снова возвращался к моему лицу.
Открыв было рот, чтобы вежливо отказать добру молодцу, сделать я этого не успела. За спиной маркиза возникла темная тень. Граф угрожающе навис над ничего не подозревающим героем-любовником.
— Моя жена танцует только со мной, — припечатал Арсарван холодно.
Его голос напоминал грохот пушек или далекий гром.
Маркиз медленно выпрямился. Его глаза недобро сузились, но улыбка с лица не исчезла. Обернувшись к противнику, чтобы обменяться с ним неприязненными взглядами, он сделал намек на вежливый поклон, который лично я могла бы отнести к категории надругательств.
Над моей психикой. Мне тут только драки не хватало!
— Очень жаль, — практически выплюнул де Ларвиль. — Прошу меня простить, Ваше Сиятельство. Я вынужден откланяться. До следующей встречи.
Я едва не хлопнула себя по лбу. Такую откровенную провокацию не заметил бы только слепой и глухой. И словно бы специально маркиз говорил громко и отчетливо, привлекая к нашей разношерстной компании все больше внимания извне.
Эту беседу откровенно подслушивали. Возможно, именно эта причина и удержала Арсарвана от необдуманного поступка. Он промолчал, ничего не сказал и даже отступил на шаг в сторону, как бы освобождая пути для отступления несостоявшегося соблазнителя.
Маркиз исчез так же легко, как и появился, просто растворившись в
