Рыбка моя, я твой… - Александра Седова

Вчера вечером удалось продать постер с изображением весенней сакуры в Японском саду. Постеры рисую акварелью с маркерами, поэтому они стоят недорого. Вырученных денег хватило бы на новые кроссы. Но кроссовки — это только для меня. А праздник — это для всех! Нет ничего дороже положительных эмоций и радости окружающих людей. Ведь из окружающих людей и состоит вся жизнь.

Как там было: «Помоги ближнему, и тебе воздастся!»

Или не так?

Ай, какая разница⁈ Радовать людей — это одно из моих любимых занятий. Если удаётся рассмешить хоть одного человека за день — можно считать, что день прожит не зря!

До прихода остальных сотрудников креативного отдела, бегая с ведром и тряпкой так, что пятки горят, вымела все бумажки, скрепки, фантики. Помыла полы — и теперь есть немного времени устроить День Нептуна!

Креативщики по достоинству оценили идею и быстро включились. Тюлень с Пингвином даже заказали торт с доставкой в офис — а то праздник без сладкого и не праздник вовсе. Пока все веселятся в комнате отдыха, я рисую быстрые шаржи простым карандашом — на память каждому. Совмещаю черты лица с морскими обитателями и выдаю человекорыбов их обладателям, за что вознаграждаюсь смехом и позитивом.

Только Мила, заскочившая всего на полчаса в обеденный перерыв, не спешит вникать в веселье. Глаза грустные, на мокром месте. Сидит тихонько в стороне ото всех, всё в телефон свой пялится.

Подсаживаюсь к ней, вручаю шарж с изображением её в качестве рыбы-пилы.

— Смешно, — с сарказмом, желая скорее отделаться. Сворачивает мой рисунок четыре раза и запихивает в карман.

Жалко, помнётся ведь.

— У тебя что-то случилось? — спрашиваю, толкая плечом её плечо, давая понять, что я не отстану.

— Какая тебе разница? Иди дальше проводи обряд посвящения в жителей морского царства мыльными пузырями — или чем ты там занималась! — грубо. Снова втыкает взгляд в телефон, что-то быстро пишет и блокирует экран.

— Парень? — догадываюсь.

— Жених, — сдавленно.

— Обижает?

Она улыбается на мой вопрос, но слишком грустно, с трагизмом в глазах.

— Я нашла его на сайте знакомств. Загрузила фотку, сгенерированную нейросетью, и он повёлся. Пишет, что его девушка умерла от диабета. Просит скинуть фото голой жопы.

Договорив, Мила принимается заедать свою боль куском торта, размазывая кремом по тарелке, как кишками жениха.

— Ну так давай ему скинем! — озаряюсь идеей.

— Ты совсем ку-ку? — перестав жевать, больше утверждает, чем спрашивает.

Не обращаю внимания. Я уже сканирую аппетитные попки сотрудников креативного отдела, имеющихся в наличии в комнате отдыха. Выбор падает на Юру-моржа. Парень в 30 выглядит на все 50, потому как носит под носом усы-щётку и обладает круглым вытянутым телом. Да, его зад отлично подойдёт!

— Пойдём! — хватаю Милу за руку и силой тащу из-за стола. По пути хватаю Юру — и вот спустя пару минут мы все втроём запираемся в туалете.

Мила быстро смекнула, в чём заключается мой план, поэтому мы вдвоём, прижав парня к стене, требуем от него снять штаны и дать сфотографировать пятую точку.

Нам на руку то, что Моржик оказался слабохарактерным и безотказным. Робко спросил, для каких целей нам портрет его сидалища, на что получил ответ: «Очень надо, вопрос жизни и смерти» — и согласился.

— Ассоль, только ради тебя, — униженно проговаривает, снимая штаны, стоя лицом к стене.

Я отбираю у Милы телефон, делаю пару кадров, смотрю, что получилось, с высоты художественного опыта оцениваю кадры.

— Нет, это не сексуально! — выдаю вердикт. — Юра, снимай трусы!

Парень не соглашается. Даже норовит надеть обратно брюки. Тут на помощь приходит умение Милы флиртовать и уговаривать мужчин делать всё, что она захочет.

Я так не умею. Поэтому, восхитившись её навыками обольщения — или гипноза, — подсказываю Юре выпятить голый зад и делаю фотографии.

Спустя полчаса работа сделана. У Милы в галерее плюс стопятьсот снимков голой попы Юры, у самого Юры — психологическая травма, а у меня — новая подруга.

Мы вместе с Милой с громким смехом выбираем самые сочные фотки и отправляем её жениху. Пусть наслаждается — надеюсь, до мозолей на правой руке.

— А ты прикольная, — усмехается Мила, убирая телефон. — Ненормальная, конечно, но ты мне нравишься.

— Детка, ты тоже ничего, — улыбаюсь. — Бросай своего жениха, ещё встретишь получше.

— Обязательно. Только вернусь домой, покажу ему фото Юры с усами, соберу вещи и сразу уйду.

— Если некуда пойти, можешь пожить у меня. Правда, у меня пахнет ацетоном и красками, и убираться я не люблю…

— Спасибо, Рыбка. Поживу у мамы, а там что-нибудь придумаю.

— Рыбка?

— А ты думала, только тебе можно прозвища раздавать? — смеётся Мила. — Тебя так все называют.

— А какая именно рыбка?

— Золотая! Исполняющая желания и приносящая радость. С твоим появлением наш офис словно ожил.

Так приятно, что я готова расплакаться — от счастья и радости.

Поддавшись наплыву эмоций, обнимаю Милу за плечи.

Она терпит прилив нежности ровно 20 секунд, затем вспоминает о том, что пора возвращаться к работе, иначе строгий Пенис всех накажет.

Может, и не стоит увольняться? Здесь все такие хорошие, дружные. Жалко будет расставаться. Даже Мила оказалась не такой стервой, как я думала.

— А что тут происходит? — строгий голос Демиса разрезает воздух и моментально убивает веселье. — Обед давно закончился.

Народ быстро расходится, пока не влетело.

Хватаю со стола пистолет с мыльными пузырями, беру начальника на прицел. Тону в его зелёных глазах цвета лета до сладкой истомы в груди и теплоты струящейся по ногам.

— Ты единственный не прошёл посвящение, так что руки вверх, и советую не сопротивляться! — с игривой улыбкой угрожаю.

Нажимаю курок.

То ли пистолет после стольких посвящений приказал долго жить, то ли жидкость закончилась, но из дула вырвался плевок мыльной пены и приземлился прямо на галстук Демиса.

Пытаюсь исправить ситуацию и судорожно нажимаю ещё много-много раз, пока не поднимаю глаза на начальника.

— Ой, у тебя тут что-то прилипло, — мило хлопаю глазками. Пытаюсь не рассмеяться, потому что самый серьёзный человек отдела стоит весь оплёванный. Как будто стая гопников пролетела мимо. Комки мыльной пены сверкают на сером пиджаке, и несколько — даже на лице.

— А-с-с-о-ль! — рычит моё имя по буквам со звериным взглядом.

— Поздравляю, теперь ты принят в сообщество Нептуна, — улыбаясь, пячусь задом к двери из комнаты отдыха. Про себя добавляю: «И в сообщество униженных и оскорбленных. Там как раз Юра один скучает».

Вылетаю в опустевший коридор — все уже разошлись — и сталкиваюсь со взрослым коренастым мужчиной в светло-сером костюме.

Если бы