Сапфиры мудрости. Избранные стихи имама аш-Шафии - Мухаммад Ибрахим Салим
Аш-Шафи‘и находился в раздумьях, не зная, что будет поджидать его в новых краях; найдет ли он там успех и богатство, или этот путь приведёт его к могиле. Он совершил много путешествий, каждое из которых оставили свой отпечаток на его жизни и трудах. После смерти имама Малика аш-Шафи‘и уехал в Багдад, потом вернулся в Мекку, затем он снова отправился в Багдад в 198 году хиджры, пробыл там месяц и вновь уехал, держа путь в Египет. Он прибыл туда в 199 году хиджры (815 г.), хотя другая версия гласит, что он приехал к берегам Нила в 201 году (817 г.). Он оставался там до своей смерти, которая постигла его в последнюю пятницу месяца Раджаб, 204 года хиджры (820 г.). Так этот факт приводит ибн Халликан в книге «Вафаят альА’ян».
Как вы думаете, чувствовал ли имам, что смерть близится к нему?
Вот, что он говорит:
По Египту тоскую, бесценной земле,
Между нами пустыни заснули в тепле.
Я не знаю, к успеху, богатству или смерти
Приведет меня путь долгожданный во мгле.
В книге «Му’джам аль-удаба» эти два бейта передаются со слов Абу Бакра ибн бинт аш-Шафи‘и92, так:
«Аш-Шафи‘и, будучи в Мекке, желая отправиться в Египет, написал и прочитал эти два бейта», но ибн Абд аль-Барр93 в книге «Интика’» («Избранные произведения о достоинствах трех имамов») упоминает другую версию, которая соотносится с географией его путешествий:
Передается от Абуль-Хасана ибн Мухаммада ас-Саббаха аз-Зафарани, что аш-Шафи‘и решив выйти в путь из Ирака в Египет, прочитал стихи собственного сочинения:
О, мой брат! По Египту тоскую я снова,
А просторы пустыни легли между нами.
Но не знаю, к богатству, успеху иль смерти,
Я ведом по пути о Египте мечтами.
Одевший, а не одежды
В книге «Хильят аль-авлия» Абу Нуайм передает: «Рассказал нам Абуль-Фадль Насир ибн Аби Насир ат-Туси, что слышал, как Абу аль-Хасан Али ибн Ахмад аль-Касри передавал от своих учителей:
«Когда аш-Шафи‘и перевезли в Самарру94, он был одет в ветхие лохмотья и имел очень длинные волосы, и когда он зашёл к цирюльнику, тот отказался принимать его из-за его одежды, и сказал ему: «Иди к кому-нибудь другому». Аш-Шафи‘и на это сильно разозлился и сказал рядом стоящему слуге: «Сколько у тебя с собой имущества?», тот ответил: «10 динаров», [в те времена, чтобы заработать динар95, нужно было работать на среднеоплачиваемой работе полгода]. Тогда аш-Шафи‘и повелел ему отдать их цирюльнику, и слуга отдал их ему, после чего аш-Шафи‘и ушел, приговаривая:
Ты и фельса96 не дашь за одежду мою,
Но не порти бесчестием душу свою.
По одёжке встречаешь, но выйдет убытком
Та оценка, что дал моему житию.
Да, в лохмотья бывает порою одет,
Тот бесценный кому и цены в мире нет.
Не суди человека по жалким тряпицам,
Покрывающим тело, тебе мой совет.
Если меч мой заточен – беспомощен щит,
И не важно, что в ножнах он старых сидит.
Острие его жгуче, а лезвие крепко,
Хотя ножны имеют изношенный вид.
Обзор текста:
Да, религия предписывает нам находиться в чистоте. Иметь чистую одежду и чистую обувь не является высокомерием. Красота приятна глазу, но как быть тому, кто прошел через трудности, испытания и теперь выглядит потрепанным?
Здесь нам стоит оценивать людей по их благочестию и правильно вести себя. Аллах не смотрит на нашу внешность, но Он смотрит на наши деяния и мысли в наших сердцах. Великодушных и достойных порой задевает, что люди неверно оценивают их из-за обстоятельств, в которых они оказались, например, судят по одежде, в которую они одеты.
Сломанные ножны не вредят мечу, пока его лезвие заточено, таким образом, аш-Шафи‘и обращает наше внимание на то, что мы должны отдавать дань уважения достойным людям, несмотря на их обветшалые одеяния.
Остерегайся привязанности к людям
Похоже, что аш-Шафи‘и, несмотря на свой благой нрав и великие знания, часто был одинок и нередко страдал от отчужденности, ему повсюду не хватало искренней дружбы.
В стихах он рассказывает нам о своем опыте и советует не увлекаться происходящим вокруг, не углубляться в свои симпатии к людям, чтобы сохранить благонравное и спокойное состояние души.
Он изучал характер людей и не находил себе друга для сопереживания, и поэтому оставил «низких» людей, из-за их чрезмерного зла, а «высших» из-за их бесполезности.
Стой, когда это время идёт ходуном,
Сам себе будь монахом и монастырем.
Ты от грязи людской свои руки омой,
Сторонись их любви, обретая покой.
Я искал себе друга, повсюду, везде,
Но порою друзья, как круги на воде…
Исчезают они в роковую минуту
И следов с той поры их не сыщешь нигде.
Люди высшие – пользы порой не несут,
Люди низкие – вред лишь тебе нанесут.
Я и тех и других подалече оставил,
Всех рассудит по правде Всевышнего суд.
И я думаю, вы скажете: «Что за призыв к уединению и монашеству? Зачем имам решил махнуть рукой на свое время и современников? Неужто в этом призыве к уединению не скрывается ничего кроме разочарования и слабости?» Да, монашества в исламе нет. Но человек имеет право на уединение и отстранение от мирских забот. Он должен иметь цели и играть определенную роль в своей жизни. Он должен быть осторожен, чтобы из одной и той же норы его не ужалили дважды. Как говорят на Востоке: «Имея дело с волками, выгодно держать в руках топор».
Благочестивые люди будут в нашей умме до самого Судного Дня. Но имам учит нас остерегаться чрезмерной привязанности к людям.
Человек ценен лишь своим языком и сердцем
Благодаря своему великодушному сердцу и красноречивому языку, аш-Шафи‘и противостоял невзгодам, собственными силами он мысленно докапывался до корней бытия, не обращаясь за помощью к кому-либо другому. Имама никогда не был слепым подражателем!
Аш-Шафи‘и был таким, каким он сам описал себя: «Сильным сердцем и языком, приносящим добро и пресекающим зло».
Следующие четыре бейта автор «Му’джам аль-удаба» приводит в семнадцатом томе. Рассказал Абуль-Хасан ибн Мухаммад аз-Зафарани, что аш-Шафи‘и задали один вопрос, и он ответил на него, зачитывая стихи:
Коль невзгоды нежданно нагрянут в мой дом,
Окружат меня будто бы недруги в нем.
Суть событий я мысленно быстро раскрою,
Ведь учился не зря я с огромным трудом.
Как бы не был мой
