Китайская культурная революция - Ли Бао
«В начале и в конце должно быть сплочение, а посредине – критика, – учил Председатель Мао. – Отсутствие критики означает правый уклон».
Одной стрелой Не Юаньцзы убила двух птиц – провозгласила начало «революционной борьбы в условиях диктатуры пролетариата» и показала, что низам разрешается критиковать верхи. Спустя неделю, по распоряжению Мао Цзэдуна, плакат был зачитан на Центральной народной радиостанции и опубликован в «Жэньминь жибао» с благосклонными официальными комментариями. Революционные действия товарища Не Юаньцзы получили полное одобрение властей, а сама она стала кандидатом в члены ЦК КПК.
«Некоторые говорят, что китайский народ любит мир. Я думаю, что до этого дело еще не дошло. По-моему, китайский народ любит подраться», – сказал однажды Мао.
Почему первыми мишенями культурной революции стали педагоги? Да потому что основным инструментом террора Мао избрал учащихся школ и университетов, поскольку молодежи было проще всего затуманить головы идеями революционной борьбы, и она легко организовывалась в группы. А с кого начинать молодежи революцию, как не со своих учителей? Учащиеся активно включились в борьбу с «буржуазными пережитками в образовании», к которым, помимо прочего, относились и экзамены. Для того, чтобы посещение занятий не отвлекало молодых бунтарей от важнейшего дела борьбы, были объявлены полугодовые каникулы, которые растянулись на гораздо больший срок.
«Воздав должное» педагогам, учащиеся переключались на их покровителей в органах власти. «Прежде чем разрушать старые опоры, нужно заготовить новые», – говорят китайцы. «Новой опорой» для молодых революционеров стал культ личности Мао Цзэдуна, поднятый на новую высоту. Если раньше Мао почитали, то теперь его обожествляли. Мало было того, что Мао смотрел с развешанных повсюду плакатов и со всех газетных страниц – обязательным правилом стало ношение значка с его изображением на левой стороне груди, у сердца. Населению были розданы так называемые красные книжечки – сборники цитат Председателя Мао, общий тираж которых составил более миллиарда экземпляров. «Красные книжечки» полагалось носить с собой и постоянно перечитывать. «Произведения Председателя Мао Цзэдуна нужно изучать в поисках ключа к решению того или иного вопроса, – писал в предисловии Линь Бяо, – изучать и применять в тесной связи с жизнью, сочетать их изучение с применением, изучать прежде всего самое необходимое в целях получения немедленных и ощутимых результатов, прилагать максимум усилий к применению. Для того чтобы по-настоящему овладеть идеями Мао Цзэдуна, необходимо вновь и вновь изучать целый ряд основных положений Председателя Мао Цзэдуна. Некоторые наиболее яркие высказывания лучше всего заучивать наизусть, постоянно изучать и применять. На страницах газет необходимо в тесной увязке с действительностью регулярно публиковать выдержки из трудов Председателя Мао Цзэдуна, чтобы все могли их изучать и применять. Как показал опыт широких народных масс, накопленный ими за последние годы в ходе изучения и применения произведений Председателя Мао Цзэдуна в тесной связи с жизнью, выборочное изучение выдержек из трудов Председателя Мао Цзэдуна в поисках ключа к решению того или иного вопроса является прекрасным методом изучения идей Мао Цзэдуна, с помощью которого нетрудно добиться немедленных и ощутимых результатов». Суть сказанного можно передать одной фразой – выдержки из трудов Мао служили средством зомбирования масс.
Приведем в качестве примера несколько наиболее ярких цитат из «красной книжечки».
«Я одобряю такой лозунг: не бояться трудностей, не бояться смерти».
«Без разрушения нет созидания. Разрушение – это критика, это революция. Разрушение требует выяснения истины, а выяснение истины и есть созидание».
«Мы стоим за активную идеологическую борьбу, так как она представляет собой оружие, при помощи которого достигается внутреннее сплочение партии и других революционных организаций, обеспечивающее их боеспособность. Каждый коммунист, каждый революционер должен пользоваться этим оружием».
Работники общественного транспорта зачитывали пассажирам цитаты Председателя Мао, эти цитаты звучали или демонстрировались на экране перед показом спектаклей и кинофильмов, перед началом работы полагалось трижды поклониться портрету Мао, выражая благодарность за его заботу, изречения Мао содержались во всех докладах, отчетах и деловых письмах, даже если речь шла об отгрузке кирпичей для строительства нового свинарника. Свиньи, кстати говоря, тоже не остались в стороне от революционной борьбы – им ставили клеймо в виде иероглифа 忠 («преданность»), подтверждавшее готовность следовать курсом Председателя Мао… Психоз? Да – психоз, в масштабе целой страны.
«Наша стратегия состоит в том, чтобы одному биться против десяти, наша тактика – в том, чтобы десяти биться против одного, – учил Мао. – Это – один из основных законов, обеспечивающих нам победу над врагом. Малым числом мы побеждаем большое – так заявляем мы силам, господствующим над всем Китаем. Вместе с тем большим числом мы побеждаем малое – так заявляем мы отдельной части противника, с которой сталкиваемся на поле боя».
С классовыми врагами молодые бунтари боролись крайне жестоко, сочетая унижения с побоями. Врагов заставляли каяться в преступлениях, которые по большей части были мнимыми, надевали на них позорные колпаки, пачкали им лица тушью, дабы черные лица соответствовали их черным душам, заставляли ходить на четвереньках и лаять по собачьи, принуждали к бессмысленному физическому труду (например, заставляли переносить с места на место тяжелые камни), подвергали различным пыткам… Широкой популярностью пользовалась пытка под названием «самолет» – человеку силой выкручивали назад руки и заставляли подолгу оставаться и передвигаться в такой позе, а для того, чтобы несчастный шел быстрее, его подгоняли пинками[49].
5 августа 1966 года в средней школе при Пекинском педагогическом университете, где, в частности, учились и обе дочери Мао, ученицы забили до смерти пятидесятилетнюю директрису Бянь Чжунъюнь и не понесли за это никакого наказания. То был первый известный случай гибели «врага» от рук бунтарей, но очень скоро подобные трагедии стали обыденным явлением, ведь недаром же говорят, что дурной пример заразителен. Стражи порядка не вмешивались в действия молодых революционеров, поскольку Мао запретил им делать это, а министр общественной безопасности Се Фучжи, в 1967 году «по совместительству» возглавивший пекинский городской комитет КПК вместо Пэн Чжэня, говорил милицейским начальникам: «Если людей забивают насмерть, то это нас не касается, если вы вмешаетесь, то совершите большую ошибку». Действительно, разве можно было создавать помехи революционному движению масс? Однозначно – нельзя!
В чем же заключалась вина несчастной Бянь Чжунъюнь, вступившей в ряды КПК в 1941 году и всячески демонстрировавшей свою преданность коммунистическим идеям? В марте 1966 года в школе отрабатывались действия в случае землетрясения. Ученики спросили Бянь, следует ли им в первую очередь выносить из классов портреты Мао Цзэдуна, а Бянь ответила: «Вы должны выбежать как можно скорее», – и тем подписала себе смертный приговор. Примечательно, что в числе тех, кто мучил Бянь Чжунъюнь, была Дэн Жун, младшая
