О политике, кулинарии и литературе - Джордж Оруэлл

Джордж Оруэлл

О политике, кулинарии и литературе

Серия «Эксклюзивная классика»

Перевод с английского А. Анваера, Г. Злобина

© Перевод, А. Анваер, 2025

© Перевод. Г. Злобин, наследники, 2025

Автобиографические заметки Джорджа Оруэлла

Я родился в 1903 году в Мотихари, в Бенгалии, вторым ребенком в семье английского колониального чиновника. Я учился в Итоне с 1917 по 1921 год, так как мне посчастливилось выиграть стипендию, но я не остался работать в университете, да и научился я там очень немногому, и мне кажется, что на становление моей личности Итон оказал очень слабое влияние.

С 1922 по 1927 год я служил в Индийской имперской полиции в Бирме. Я ушел со службы отчасти из-за климата, который разрушал мое здоровье, отчасти потому, что уже тогда испытывал смутное желание писать книги, но главным образом потому, что не мог больше служить империализму, который я стал рассматривать как масштабный рэкет.

Вернувшись в Европу, я около полутора лет провел в Париже, писал романы и рассказы, которые никто не хотел издавать. После того как у меня кончились деньги, я прожил в настоящей бедности несколько лет, в течение которых среди прочего работал мойщиком посуды, частным репетитором и учителем в дешевой частной школе. Год или чуть больше года я работал помощником управляющего в книжном магазине на неполную ставку; это была интересная сама по себе работа, но ее недостатком было то, что она заставляла меня жить в Лондоне, к которому я испытываю непреодолимое отвращение. К 1935 году я стал в состоянии жить на деньги, заработанные сочинительством; в конце этого года я переехал в деревню, где открыл маленький универмаг. Он едва окупал себя, но зато я приобрел опыт в торговле, который мог бы мне помочь, если бы я снова обратился к этому поприщу.

Летом 1936 года я женился. В конце года я отправился в Испанию, чтобы принять участие в гражданской войне; позднее ко мне присоединилась жена. Я прослужил четыре месяца на Арагонском фронте в составе милиции ПОУМ, был тяжело ранен, но, к счастью, без серьезных последствий. С тех пор, если не считать зимы, проведенной в Марокко, я не могу честно сказать, что делал что-то, кроме того, что писал книги, разводил кур и выращивал овощи.

То, что я видел в Испании, и то, что я увидел после этого в кулуарах партий левого толка, внушило мне ужас перед политикой. Какое-то время я был членом Независимой лейбористской партии, но покинул ее в начале этой войны, потому что посчитал, что они болтают вздор и предлагают проводить такую политику, которая лишь облегчит жизнь Гитлеру. По своему мироощущению я, конечно, левый, но я верю в то, что писатель может оставаться честным, только если не навешивает на себя никаких партийных ярлыков.

Один день из жизни бродяги

Для начала: кто такой бродяга?

Бродяга – это типичный английский типаж. Вот его отличительные черты: у него нет денег, он одет в лохмотья, в день он проходит около двадцати километров и редко ночует два раза подряд в одном и том же месте.

Короче говоря, он странник, живущий за счет подаяний, он ходит пешком изо дня в день, много лет, пересекая в своих странствиях Англию вдоль и поперек, и так множество раз. У него нет работы, дома или семьи, у него нет в этом мире никакой собственности, если не считать лохмотьев, прикрывающих его убогую плоть; он живет за счет общества.

Какова популяция бродяг? Никто не знает точной численности племени бродяг. Тридцать тысяч? Пятьдесят тысяч? Возможно, в Англии и Уэльсе их около ста тысяч, когда ситуация на рынке труда хуже некуда.

Бродяга путешествует не ради собственного удовольствия или под влиянием кочевого инстинкта, унаследованного от далеких предков; самое главное для него – избежать голодной смерти. Причина вполне объяснима: бродяга стал безработным в результате состояния английской экономики. Стало быть, чтобы выжить, он должен полагаться на общественную или частную благотворительность. Для помощи бродяге власти организовали убежища (работные дома), где обездоленные могут получить еду и обрести временную крышу над головой. Эти учреждения находятся на расстоянии около двадцати километров друг от друга. Никто не может останавливаться в таком учреждении чаще одного раза в месяц. Отсюда постоянные скитания бродяг, которые, чтобы есть и спать под крышей, должны каждый день искать новое место для ночлега.

Вот почему бродяги не переводятся как класс.

Теперь давайте посмотрим, какую жизнь они ведут. Достаточно будет понаблюдать за бродягой в течение одного дня, ведь у этих несчастных жителей одной из богатейших стран мира все дни похожи друг на друга как две капли воды. Проследим маршрут одного из них, который вышел из ночлежки около десяти часов утра. До следующего работного дома ему предстоит пройти около двадцати километров. На преодоление этого расстояния у него уйдет приблизительно пять часов, так что до места назначения он доберется около трех часов дня. По пути ему не придется часто отдыхать, потому что полиция, которая подозрительно относится к бродягам, быстренько прогонит его из любого городка или деревни, где ему вздумается остановиться. Так что наш бродяга не станет останавливаться в пути. Как мы уже говорили, около трех часов дня он окажется у следующей ночлежки. Но она откроется не раньше шести вечера. Три утомительных часа придется провести в компании таких же бродяг, ожидающих открытия приюта. С каждой минутой толпа изможденных, небритых, грязных, одетых в лохмотья людей прибывает. Вскоре здесь соберется группа человек в сто – безработных, представляющих почти все профессии. Шахтеры и прядильщики, жертвы безработицы, свирепствующей на севере Англии, составляют большинство, но представлены здесь и другие профессии, независимо от квалификации.

А возраст? От шестнадцати до семидесяти.

Пол? На пятьдесят бродяг мужского пола приходятся приблизительно две женщины.

То тут, то там какой-нибудь слабоумный бормочет бессмысленные слова. Некоторые из них до того измучены и немощны, что диву даешься, как они на самом деле смогли пройти двадцать километров. Их одежда отличается гротескностью и ветхостью, она отталкивающе грязная. Глядя на их лица, вспомнишь про диких животных, возможно, и неопасных, но способных превращаться одновременно в необузданных дикарей или робких травоядных – из-за отсутствия отдыха и ухода. Они ждут, лежа