Диагноз: "Смерть" - Виктор Корд

Мы били по прожектору. По смотровым щелям машиниста. По турелям на крыше вагонов, которые начали разворачиваться в нашу сторону.

ТРА-ТА-ТА-ТА!

Стекло прожектора лопнуло.

Поезд, ослепленный и остановленный безумным берсерком, начал сбрасывать пар.

Из люков на крыше повалили солдаты в белом. «Чистильщики».

— Десант! — крикнул Вольт, который пытался хакнуть систему управления поездом через свой планшет (дистанционно, через эфир). — У них нет сети! Это механика! Я не могу его остановить!

— Гранаты! — я вспомнил про ящик с трофеями в багажнике.

Схватил связку.

— Борис! Ложись!

Гигант, услышав команду, резко убрал руки и отпрыгнул в сторону, скатившись с насыпи.

Поезд, потеряв сопротивление, дернулся вперед.

Я швырнул связку гранат под переднюю колесную пару.

БУМ!

Взрыв подбросил локомотив.

Передняя тележка сошла с рельсов. Колеса зарылись в шпалы.

Многотонная махина накренилась, скрежеща металлом о бетон, и завалилась на бок, перекрывая пути и снося часть стены завода справа.

Вагоны сзади начали наезжать друг на друга, складываясь в гармошку.

Грохот крушения заглушил всё.

Облако пыли и пара накрыло нас.

— Живые? — прокричал я, кашляя.

— Вроде да, — Вера выбралась из багги. — Машина цела.

— Борис?

Мы подбежали к краю насыпи.

Гигант лежал внизу, в куче мусора.

Его руки были сломаны. Обе. Кости торчали наружу. Грудная клетка впала.

Но он дышал. И улыбался окровавленным ртом.

— Я… остановил… паровозик…

— Ты псих, — я спрыгнул к нему. — Ты чертов герой и псих.

Я достал банку с «Клеем». Остатки.

— Сейчас будет больно. Надо вправить кости и заклеить. Регенерация сделает остальное.

— Мне не больно… — прошептал он, закрывая глаза. — Мне… голодно.

Из перевернутого поезда начали выбираться выжившие «Чистильщики».

Они были контужены, но злы.

— У нас гости, — Вера перезарядила обрезы. — И у нас нет патронов для долгой беседы.

— У нас есть дорога, — я кивнул на пролом в стене завода, который сделал поезд при падении. — Это цех. Через него можно выйти к Башне.

— А Борис?

— Грузим в багги. Вольт, помогай!

Мы затащили стонущего гиганта на заднее сиденье.

Я сел за пулемет (в ленте оставалось полсотни патронов).

— В пролом! — скомандовал я.

Багги рванул с места, перепрыгивая через обломки шпал, и нырнул в дыру в стене, оставляя позади горящий бронепоезд и вопящих солдат Гильдии.

Мы были внутри периметра.

До Башни оставалось три километра по промзоне.

Заводской цех был похож на скелет левиафана.

Ржавые фермы перекрытий уходили в темноту, свисая стальными ребрами. Сквозь дыры в крыше падали лучи прожекторов полицейских дронов, рыщущих снаружи.

Наш багги, рыча пробитым глушителем, петлял между станками размером с дом.

Вера вела машину не как водитель, а как пилот истребителя в каньоне. Резкий поворот, занос, ускорение. Мы пролетели под брюхом мостового крана, едва не зацепив антенной свисающий крюк.

Я сидел сзади, прижимая коленом аптечку к сиденью.

Мои руки были по локоть в крови Бориса.

Гигант лежал на заднем диване, неестественно выгнувшись. Его руки, сломавшие стальной таран поезда, теперь напоминали мешки с дробленым щебнем. Кости предплечий торчали наружу, белые и острые в свете приборной панели. Грудная клетка ходила ходуном — сломанные ребра пробили плевру. Гемопневмоторакс.

— Держись, танк, — шептал я, пытаясь наложить жгут на его плечо одной рукой (вторая держала кислородную маску у его лица). — Не смей отключаться. Ты мне еще денег должен.

— Мясо… — булькнул Борис, выплевывая розовую пену. — Паровоз… вкусный был?

— Жестковат. В следующий раз жуй тщательнее.

— Дроны! — крикнул Вольт с переднего сиденья. — Тепловизоры! Они нас видят через крышу!

Над заводом, просвечивая дырявую кровлю синими лучами сканеров, зависли три «Сыча» — легкие разведывательные дроны Гильдии.

— Сбей их! — рявкнул я.

— Чем⁈ Мой дек сдох еще в Пустоши!

— У тебя есть руки! Кинь в них чем-нибудь! Или хакни через… не знаю, через радиоволну своей паники!

Вольт судорожно схватил трофейную рацию.

— Частота управления… 2.4 Гигагерца… Шифрование…

Он зажал кнопку передачи и заорал в микрофон нечеловеческим голосом, модулируя сигнал своей техно-магией:

— [ОШИБКА! ПЕРЕЗАГРУЗКА! ЦЕЛЬ — СВОЙ!]

Дроны наверху дернулись. Их полет стал хаотичным. Один врезался в балку и рухнул вниз, рассыпавшись искрами где-то за нашей спиной. Два других зависли, мигая аварийными огнями.

— Работает! — выдохнул хакер. — Я послал им пакет с логической бомбой.

— Гений, — Вера выкрутила руль, направляя багги в грузовые ворота.

Мы вылетели из цеха на улицу.

Промзона.

До Башни «Грифон» оставался километр.

Но этот километр был дорогой смерти.

Улица была забита остовами машин и… баррикадами.

Гильдия здесь не прошла.

Я увидел горы трупов в белых скафандрах. Сожженные БТРы «Белого Легиона». И кучи гильз.

Здесь шла война. Пока мы были в Пустоши, Легион (мой Генерал) держал оборону.

— Смотрите, — Вера сбросила скорость.

Впереди, поперек дороги, стояла стена.

Не из бетона.

Из мусора, машин, кусков асфальта и… тел.

«Куклы» построили вал высотой в три этажа.

На вершине вала, на фоне темной громады Башни, стояли силуэты.

Они не шевелились.

В руках у них было оружие — трофейные винтовки, куски арматуры, огнеметы.

— Свои? — спросила Вера неуверенно.

— Сейчас узнаем.

Я высунулся из машины.

Маны ноль. Кристалла нет (он остался в бункере, нет, стоп, Кристалл с собой, но он пуст). Рубин разряжен.

У меня был только голос и Аура Власти, въевшаяся в мою ДНК.

— ЛЕГИОН! — заорал я, срывая голос. — ОТКРЫВАЙ! ОТЕЦ ВЕРНУЛСЯ!

Силуэты на стене дрогнули.

Один из них, самый крупный, шагнул вперед.

Трехметровая фигура, закутанная в лохмотья брезента.

Химера-Доминант.

Он поднял руку.

Баррикада… зашевелилась.

Часть «стройматериалов» оказалась живыми «Куклами», которые просто лежали, создавая массу.

Они начали расступаться, растаскивая остовы машин.

В стене образовался проход. Ровно по ширине багги.

— Проезжай, — скомандовал я. — Медленно. Не делай резких движений. Они на взводе.

Мы въехали внутрь периметра.

То, что я увидел во дворе Башни, заставило меня забыть о боли в ранах.

Это был не лагерь беженцев. Это был военный лагерь.

«Куклы» рыли траншеи. Чистили оружие. Варили еду в огромных котлах (полевая кухня работала).

У них была иерархия.

Были командиры (те, кто поумнее), были рабочие, были солдаты.

Легион не просто удержал их. Он их организовал. Без моей помощи.

Эволюция шла семимильными шагами.

Мы подкатили к парадному входу.

Стеклянные двери