Курс 1. Сентябрь - Гарри Фокс
А я… я не мог позволить себе ничего. Моя «семья» не пришлёт ни гроша. И если наши с Жанной… что бы это ни было… дойдут до выходных, что тогда? Она предложила это «мутить». Пусть уж тогда и ухаживает, раз начала. Звучало забавно и немного унизительно, но иного выхода не было.
Пока мы ждали, Жанна сидела необычайно тихо и скованно, её взгляд блуждал где-то вдали. Она напоминала испуганного кролика, а не ту дерзкую старшекурсницу из вчерашнего вечера.
— Мне это, честно говоря, уже надоедает, — сказал я, не сводя с неё глаз.
Она встрепенулась и посмотрела на меня, недоумённо захлопав ресницами.
— Если ты жалеешь о своём вчерашнем горячем решении, — продолжил я, — так прямо и скажи. Позавтракаем по-быстрому и закончим этот фарс. Не знаю, как тебе, но я отношения представляю себе несколько иначе. Не в виде принудиловки. Если ты просто вспылила или…
— Я не вспылила, — вставила она быстро, но без прежней уверенности. — Просто… мне не привычно.
Звездит, — пронеслось у меня в голове. — Я не такой глупый, Жанна. Если бы я был первым парнем академии, ты бы уже вся стелилась и демонстрировала подругам, какая у нас большая любовь. Вас, девочек, читать — легче лёгкого. Робкая и скромная? Нет. Жанна — не такая. А учитывая, кем был её бывший… она явно ещё та оторва.
— Как скажешь, — пожал я плечами, делая вид, что соглашаюсь. — Я уступлю на день. Но холодные секретарши — не в моём вкусе. Мне нравилась вчерашняя ты. Как бы это ни звучало, но стервозность тебе к лицу.
Жанна фыркнула, сдерживая улыбку, которая всё же пробилась сквозь её напускную холодность. Уголки её губ поползли вверх.
В этот момент нам принесли завтрак. Мы принялись есть в тишине, но после моей последней фразы лёд тронулся. Атмосфера перестала быть такой леденящей. Жанна даже с лёгкой улыбкой позволила себе пару замечаний по поводу моего ужасного этикета и неправильного использования столовых приборов.
— Ты держишь вилку, как лопату, — заметила она, но уже без ехидства.
— А что? У нас в поместье драконов так вилками и едят, — парировал я. — Большими, железными. Ими же и сено вилами, и дракона кормишь. Универсальный инструмент.
Она снова тихо хмыкнула, качая головой. Я пошутил ещё пару раз, сравнив себя с огром на пиру у эльфов, и она пару раз сдержанно рассмеялась — не так громко и заразительно, как с подругами, но уже искренне. Она всё ещё сдерживалась, присматривалась, привыкала. Но первый, самый трудный шаг был сделан.
Мы доели. Жанну уже вовсю жестами подзывали её подруги, и она сделала движение, чтобы встать.
— Сиди, — сказал я чуть грубовато, и мой приказной тон явно застал её врасплох. Она замерла с широко раскрытыми глазами. Я подошёл к ней, протянул руку. — Я же джентльмен.
Жанна снова хмыкнула, но положила свою ладонь на мою. Когда она привставала, я отодвинул её стул и слегка поддержал за руку, а затем демонстративно, на виду у всей столовой, поднёс её кисть к губам и оставил на ней лёгкий, почти церемонный поцелуй. Пусть все эти стервы видят, что я не их зайчик, не пустая пешка. Да и манеры — это лишние баллы к статусу. Даже если с Жанной ничего не выйдет, репутация учтивого парня среди девушек лишней не будет. А среди пацанов я уже заработал очки и лютую зависть — я видел, как некоторые старшекурсники смотрели на меня с откровенным недовольством.
— Тогда я за тобой зайду к семи, — сказал я, отпуская её руку.
— Хорошо, — улыбнулась Жанна уже более открыто и направилась к «своему» столу.
— Си-си-си-си! — сразу же раздалось хором от её подруг, едва она к ним подошла. Их лица расплылись в ухмылках, они что-то оживлённо шептали, тыкая в мою сторону.
Ох. Весёлое начало, — пронеслось у меня в голове.
Я поднял глаза и увидел своих идиотов. Громир сиял улыбкой до ушей и одобрительно кивал, а Зигги, прячась за кружкой, показал мне скрытый жест «Виктории», мол, я справился на ура.
Я вздохнул, пожимая плечами, и направился к ним.
— Ну что, поели? Пошлите на первое занятие, а то опоздаем.
— Я скажу, когда мы пойдём на первое занятие, — раздался ледяной, отточенный голос.
Я медленно повернул голову. За соседним столиком, в одиночестве, сидела Катя Волкова. Она ничего не ела, лишь медленно потягивала какой-то зелёный сок через соломинку. И её взгляд… её взгляд буквально сверлил меня насквозь, полный такой немой, концентрированной ярости, что по спине пробежали мурашки.
В голове промелькнула забавная, абсурдная мысль: А не ревнует ли она? Но я тут же отбросил её. Высокомерная, идеальная, правильная Катя? Да ни за что. Но как она тогда нашла общий язык с такой, как Жанна? Надо будет спросить вечером у…
И тут меня осенило. Стоп… Она же вчера в душевой говорила, что я не в её вкусе. Они меня обсуждали? И когда Жанна такая: «А давайте встречаться!», Катя… Мысли неслись вихрем, пытаясь сложить пазл. Да неее… Неее… Она и правда?.. Неее… Это было слишком невероятно, чтобы быть правдой. Но её взгляд говорил об обратном.
Я плюхнулся на скамью рядом с Громиром и Зигги, с облегчением отрываясь от ледяного взгляда Кати.
— Ну и? — спросил я у них, сдерживая довольную ухмылку. — Как мы смотрелись? Впечатляюще?
Рыжий хмыкнул, отламывая кусок хлеба.
— Словно старшая сестра, которую заставили присматривать за несносным младшим братишкой, — съязвил он. — В целом, нормально. Но не считая одного момента…
— Чего? — насторожился я.
Зигги, не поднимая глаз от своей тарелки, тихо, но чётко вставил:
— Её бывший на тебя пялился. Всю вашу милую сцену с поцелуем руки наблюдал. Будем надеяться, что в нём не проснётся ревнивый бабуин с магией десятого круга.
Меня будто холодной водой окатили.
— А он… на каком курсе? — спросил я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
— На пятом, — ответил Зигги, наконец посмотрев на меня. Его взгляд был серьёзным. — И…
— Говори уже всё! — буркнул я, чувствуя, как по спине бегут мурашки.
—
