Молох - Оксана Николаевна Сергеева
– С ума сошла?! – поразилась Лиза. – Я даже ввязываться в это не буду!
– Уже ввязалась. Это ты меня подставила. Привела ко мне эту гребаную сутенершу, – процедила Ева и встала под горячую воду.
От волнения у нее стучали зубы, сердце до сих пор колотилось как бешеное.
Лиза принесла чистое полотенце и села на пол у двери.
– Вы спали?
– Спали. Он хочет продолжения. А я не хочу.
Ева не собиралась открывать всю правду о событиях этой ночи, иначе Лизка точно ей не поможет.
– И как? – полюбопытствовала Лиза.
– Что – как?
– Как переспали? Понравилось?
Не самое лучшее время, чтобы обсуждать такие вещи, но Лизкино любопытство Еве было понятно.
Она ответила, но сдержанно, без громких эпитетов:
– Всё было прилично.
– Сколько раз?
– Один.
– И всё? – разочарованно хмыкнула подруга.
– И я сбежала.
– А чего сбежала, раз прилично всё было? Зачем ты согласилась?
– Потому что меня заставили. Или думаешь, я добровольно пошла ноги раздвигать перед мужиком, которого даже ни разу не видела.
– Кто заставил? Лёва? Он так не делает…
– Стерва эта. Ви. С ее подачи. Я отсюда никуда не уйду, так и знай. Если Кир найдет меня здесь, ты тоже отхватишь, что мало не покажется. Придумай что-нибудь. Помоги мне скрыться. Пусть твой хахаль нам поможет.
Лизка принялась грызть ногти, потом одернула руку.
– Он не станет Скальскому дорогу переходить. Спятила, что ли?
– А не надо ему про Скальского говорить! Надо просто сказать, что твоя подружка тоже хочет на Карибы.
– Ева, будто ты не понимаешь, зачем я туда лечу.
– Прекрасно понимаю. И мне совершенно насрать. Я теперь тоже эскортница. Вдвоем будет веселее. Будем считать, что сегодня я начала свою карьеру. У меня ни денег, ни сотового, ни паспорта. Всё у Кира осталось.
– Мой сейчас как раз должен за мной приехать. Вообще, мы планировали еще два часа назад в клуб поехать, но у него какой-то форс-мажор. Поедешь со мной, что-нибудь придумаем. Но мне кажется, ты мне что-то недоговариваешь.
Белова сделала вид, что не слышала ее замечания. Вышла из душа, обмоталась полотенцем и взяла фен, чтобы высушить волосы.
Лиза принесла ей одежду.
– Тебе не надо этим заниматься, – все-таки сказала она. – Ты всё сможешь без мужика. Ты умная, целеустремленная, ничего не боишься. А я тупая.
– Лиза, прекрати…
– Я себя знаю. Что могу и что не могу. У меня ничего никогда не получалось. Отчим в четырнадцать лет изнасиловал, я матери рассказала, она меня из дома выгнала. Сказала, что я сама виновата. А в чем я виновата? Что он пришел в говно пьяный в мою комнату, а мать даже не проснулась? Что я кричать не могла, когда он мне свой член в рот засовывал? А мать потом сказала мне, что в рот – это не изнасилование. Он же с меня трусы не снял… – повторяла Лиза то, что Ева и так знала.
Она старалась не задевать ее в разговорах, но им не всегда удавалось говорить на одном языке. Они из разных семей, их по-разному воспитывали. У Лизы всё неблагополучно, а Ева росла в любви, была окутана теплом и лаской матери.
Когда Лиза пришла к ним домой в первый раз, думала, что всё показное. Не верила, что с мамой можно обниматься просто так. Что по маме можно скучать и дружить с ней, как с лучшим другом. Когда поняла, что всё по-настоящему, ее прорвало. Она рассказала про свою семью, и они долго рыдали. Все втроем: Лиза, Ева и Евгения Денисовна.
Ева не перестала общаться с Лизой, даже когда узнала, чем она занимается. Они уже крепко подружились к тому времени, и отталкивать ее от себя казалось предательством. На самом деле Лизка веселая и смешная, и Еве нравились ее истории про секс и мужиков. Почему бы не потрепаться, тем более ее саму это не касалось. До сегодняшнего дня.
– У меня всегда было всё через жопу. Оно и сейчас через жопу, но теперь я за это деньги получаю. Неплохие. Эти твари нас всегда используют, так пусть хоть за это платят.
– Угу, – Ева обняла ее за плечи. – Теперь не у тебя одной, Лизок. Я тоже в такой же заднице.
– Я уже нормально накопила. Потом открою салон красоты и закончу всё это, а тебе лучше не начинать. Раз переспать – это одно…
– Придумай другой способ, как мне исчезнуть.
Лиза громко вздохнула. Этот вздох означал, что другого способа нет.
***
Крупная, нервная дрожь понемногу улеглась, и теперь Еву лишь изредка потряхивало, словно от озноба. Они всего минут пятнадцать, как вошли в ночной клуб и расположились в вип-зоне, а Еву уже воротило и от Лизкиного хахаля, и от его дружка, и от красного света, бегущего по стенам.
Мужчин, с которыми ее познакомила подруга, нельзя было назвать уродами, но и приятными они не показались.
– А что это подруга у тебя такая неразговорчивая? – спросил Крюков, приятель Лизкиного клиента.
– Стресс у нее, – сказала Лиза. – Она сегодня с парнем рассталась.
– Так радоваться надо, а не грустить. Поехали с нами, развлечемся.
– Она бы с удовольствием. Только расстались они плохо, он у нее паспорт даже забрал. Назло. Чтобы она никуда не делась. Сволочь.
Ева лишь натянуто улыбнулась. Она в таких вещах была неповоротлива, поэтому Лизка взялась говорить за нее, стараясь преподнести ситуацию под нужным углом.
– Глупый у тебя парень. Это вообще не проблема. Один звонок – и будет у тебя новый паспорт, – хмыкнул Крюков.
Внешность у него была невыразительная: щербатое лицо, высокий лоб, подвижный рот с тонкими губами, аккуратно постриженные волосы неопределенного оттенка. Крюков был не из тех, кто выделялся в толпе.
Преисполненный чувством собственной важности, он взял телефон и сделал тот самый звонок, запросив у кого-то новые документы.
– Проблема решена, можете расслабиться, – самодовольно сообщил он и погладил Еву по бедру, как бы невзначай скользнув под платье.
Радости от этой новости Белова не почувствовала. Не дура, понимала, чем придется платить за такого рода помощь, но не представляла, как сможет через себя переступить.
Молоха она тоже ни разу не видела
