Власть Шести - Анфиса Ширшова

Эти слова повисли в воздухе и звенели в ушах, будто были выкованы из стали и брошены Нэйту под ноги.

— Хватит…

— Ты мне как брат, Нэйт. И это не изменилось. И никогда не изменится, — твердо произнес Леджер. — Я всегда на твоей стороне, и я всегда прикрою твою спину. Только Джейн… Я не могу от нее отказаться. Поверь, я бы все тебе отдал, но не ее.

Нэйт слушал все это, и ему казалось, что он попал прямиком в ад. Его жизнь не была наполнена любовью родителей или братьев с сестрами; не было в ней и веселых семейных путешествий, теплых вечерних посиделок с чаем и сладостями, когда бабушка с дедушкой вспоминают молодость и рассказывают захватывающие истории, случившиеся с ними в юности. Нэйт никогда не гулял в парке вместе с мамой и папой, которые бы шли, держась за руки, украдкой целовали друг друга и время от времени обнимали своего сына; они никогда не устраивали пикники и не ездили все вместе на озера.

Но Нэйту посчастливилось встретить Леджера. Все самые яркие и приятные воспоминания были связаны только с лучшим другом. Взаимная поддержка, понимание, искреннее участие и готовность в любой ситуации встать плечом к плечу — все это всегда и с лихвой давал ему Леджер. Нэйт не забыл, как друг ночью пробрался в больницу, куда он попал после жестокого боя, устроенного ему отцом. Он помнил, как горели ненавистью глаза Бёрнса, стоило ему узнать о том, каким безжалостным человеком был Эшбёрн. И даже потом, когда Ледж тоже стал работать на Кристиана, Нэйт замечал, что друг, хоть и пытается быть его верным солдатом, но все равно иногда не сдерживал неодобрительных взглядов, которыми одаривал Эшбёрна. А все потому, что когда-то Бёрнс сам сказал другу: «Я всегда буду ненавидеть его за то, что он делал с тобой».

Семья Леджера жила скромно, отца почти никогда не было дома, а мать посвятила себя воспитанию чужих детей, но Ледж ни разу не попросил у Нэйта денег и вообще никаким образом не пользовался его положением. Он искренне ценил их дружбу. Потому Нэйт его и любил — Леджер стал ему настоящим братом.

Они никогда ничего не делили… И вот, как все обернулось. Мэри-Джейн — девушка, которая стала ему родной наравне с Леджером, и рядом с которой он становился живым и счастливым, — невольно расколола их крепкую дружбу.

Нэйт вдруг вскинулся и уставился в голубые глаза друга, наполненные болью и раскаянием.

— Она знает? Мэри-Джейн знает, что ты… Или вы?..

Леджер затряс головой.

— Нет. Я не говорил ей прямо… Мне кажется, после того, что я сделал, она меня боится.

Джеймисон криво усмехнулся.

— По ее поведению не скажешь. Напротив. Она, кажется, опасается меня, а не тебя.

— Просто ты был груб с ней. Винил ее… — Леджер отвел взгляд и до боли сжал кулаки.

— Винил ее в том, чего она никогда не делала, — прошептал Нэйт и устало опустился на стул, прикрывая лицо ладонями.

— Нэйт…

— Какой смысл был разлучать нас с Эм-Джей? Ты ведь тоже с ней не остался.

— Я хотел сберечь ее от Кристиана, — тихо сказал Леджер. — Я не знал точно, на что он способен, но уже тогда осознавал, что твой отец сломает Джейн. А еще… надеялся, что когда-нибудь она меня простит.

Нэйт остервенело растер лицо ладонями и устало выдохнул, глядя себе под ноги.

— Иди, Леджер. Посмотри эти гребаные новости, о которых болтал профессор. А мне нужно немного времени, чтобы все осмыслить.

Бёрнс кивнул, хотя друг не мог его видеть, и направился к двери, но у порога остановился и твердо сказал:

— Что бы ты сейчас ни думал, знай — я по-прежнему твой брат, Виски. И останусь им навсегда.

Глава 38

Джейн испуганно ахнула, заметив, в каком виде предстал Леджер: на губе кровь, все руки в синяках, мятая одежда. Она слышала шум из дальней спальни, но и подумать не могла, что Бёрнс и Джеймисон — лучшие друзья — устроят потасовку.

— Что там по новостям? — будничным тоном спросил Леджер, старательно делая вид, что у него все отлично. Только когда он опускался на диван рядом с профессором, невольно скривился от боли и схватился за бок.

Мистер Рамзи, поглощенный услышанным и своими догадками, даже не обратил внимания на состояние Бёрнса. Вскочив на ноги и забегав по гостиной, он выпалил:

— Кристиан Эшбёрн готовит миру нечто чудовищное!

Леджер удивленно приподнял брови и взъерошил непослушные волосы.

— Он призвал всех протестующих одуматься, — добавила Эм-Джей, чувствуя на себе взгляд Леджера. — Но если же они не успокоятся…

— Он пообещал стереть их дома с лица земли, — выпалил профессор, и его светлые глаза восхищенно блеснули за стеклами очков. — Без всякого оружия! Эшбёрн всерьез заявил, что он один — спасение для всего человечества, и тот, кто не пойдет за ним и не разделит его взгляды, будет уничтожен карой небесной!

— Должно быть, его считают психом, — пробормотал Леджер.

— А вот и нет, — ткнул профессор пальцем в экран телевизора. — Только что показывали фанатиков в черных балахонах, призывающих покориться Кристиану Эшбёрну. Они болтают об уже известном нам пророчестве, да что там — теперь о нем знает весь мир!

— И весь мир узнал, что Кристианов шесть, — тоже поднявшись с дивана, добавила Эм-Джей. — Я была права. Шесть ипостасей… Он — не один человек. Это близнецы.

— Как вы узнали об этом? — спросил Леджер, переводя взгляд с профессора на Джейн.

— Он произнес обращение к народам.

— Они произнесли, — кашлянув, уточнил мистер Рамзи. — И они говорили одновременно. В унисон. Это… впечатляет, правда, Мэри-Джейн?

Леджеру были хорошо известны излюбленные приемы папаши Нэйта, но приходилось делать вид, что все эти новости он слышит впервые. Очередная ложь… Это грызло Леджера, но сейчас было не самое лучшее время, чтобы вскрывать все карты. Он успокаивал себя тем, что уже совсем скоро сможет все рассказать Эм-Джей. А главное — спасти ее…

— Некоторые уже называют Эшбёрна мессией, — задумчиво добавила Джейн, тоже начиная мерить шагами гостиную. — Другие же, напротив, готовы разорвать его голыми руками, считая демоном или умалишенным.

— Его поддержали некоторые богатые семьи, в том числе в Англии. Королевская семья пока держит нейтралитет, призывая народ сохранять спокойствие.

— Ясненько, — протянул Ледж. — Отделываются стандартными фразами и пытаются усидеть на двух стульях.

— Мало кто понимает, что вообще произошло, — вздохнула Эм-Джей. — Люди напуганы и не знают, чего им ждать. Теперь новый правитель обещает всем инакомыслящим неминуемую смерть!