За пределами моря: тайна невесты-русалки - Антонина Штир
— И зачем он тебе? Роберт твой и так всегда с тобой ходил.
Я прикусила язык — слишком поздно.
— Ты за нами следила, русалка. Ты не просто так сюда пришла, ты всё знала про нас с Робертом!
Призрак кинулся на меня, я выставила руки вперёд, защищаясь, а из медальона брызнул свет. Лигею втянуло внутрь, и крышка захлопнулась.
Отлично, теперь понятно, что душу Лигеи удерживает медальон. Значит, если я оставлю его в комнате, смогу свободно передвигаться и не переживать, что призрак вынесет мне мозг.
Однако прогуляться по замку не удалось: вновь заглянувший в комнату Роберт запретил мне выходить.
— Понимаешь, Лигея, — внимательно глядя мне в глаза, объяснял он, — я-то верю, что ты — это ты, и магистр Грэхем верит. Но вот остальным рыцарям мы вряд ли сможем объяснить, почему у тебя другой цвет волос и другие черты лица. А ведь есть ещё и служанки, которым только дай повод посплетничать.
— Но, Роберт, мне так скучно здесь, так одиноко. У тебя наверняка много дел, а чем заняться мне?
— У тебя есть книга, почитай. Ты говорила, она твоя любимая. Чуть позже придёт твоя кормилица, вот и наговоришься. Забыл, кстати, как её зовут?
Понятия не имею, подумала я про себя. И что же делать, ляпнуть что-нибудь наугад? Может, чем-то отвлечь его, чтобы он забыл обо всём?
Роберт стоял в нескольких шагах от двери, оперевшись рукой о косяк, словно не хотел проходить дальше. Ну ничего, все русалы, то есть мужчины, одинаковы.
Я провела рукой по волосам, отбрасывыя их назад, улыбнулась и провела кончиком языка по нижней губе. Роберт нахмурил брови, напрягся. Неужели Лигея никогда не пыталась его соблазнить?
Ничего, я справлюсь, это тело не такое шикарное, как моё, но и с ним можно работать. И, не давая рыцарю опомниться, я подошла к нему, слегка покачиваясь на ногах, и впилась в губы поцелуем. Моя рука скользнула в волосы Роберта, захватила короткие пряди — они оказались жёсткими на ощупь и кололи ладони. От него пахло потом и чем-то ещё, и я сморщила нос.
Вначале рыцарь не отвечал на поцелуй, но я прижалась к нему всем телом, и он сдался. Обхватил мою тонкую талию, остервенело набросился на мои губы, как безумный. Его правая рука сжала мою грудь, так что я вскрикнула. Но он не отпускал, и тогда я царапнула по его руке ногтями. Роберт оттолкнул меня и озадаченно уставился на три кровавые полосы, распухающие на глазах.
— Лигея, ты… сумасшедшая, — еле выговорил Роберт. — Это… неправильно.
И сбежал, даже не прикрыв за собой дверь.
Я похлопала сама себе, восхищаясь, — получилось даже слишком легко. Целуется он, между прочим, хорошо, только мне не понравилось. Всё равно что рыбу облизывать, хотя мне и с русалами целоваться не слишком нравилось. Мне всегда казалось, что важность поцелуев сильно преувеличивают.
В коридоре послышались шаги — Роберт возвращался, под руку с той самой тёткой, которая так отчаянно визжала, увидев меня. Теперь он выглядел очень серьёзным, будто это не он только что вёл себя, как взбесившаяся акула.
— Забыл тебе сказать, Лигея, в замке сегодня важный гость. Сам Мегинхард почтил нас своим присутствием. Помоги ей одеться, — кивнул он тётке, — и приведи в маленькую столовую. Сделаем исключение для мессира.
— Не боишься, что меня увидят? — подначила я Роберта.
— Не волнуйся, рыцари уже разошлись по делам, да и идти далеко не придётся. Да, Лигея, надень моё любимое платье, пожалуйста, мне будет очень приятно.
Глава 4
Мегинхард спешился на камни дорожки, ведущей к замку. Он прибыл сюда по приглашению сэра Роберта Артвиля, чья молодая невеста внезапно заболела. Случай был интересный — ни с того ни с сего здоровая девушка теряла силы и с каждым днём всё больше погружалась в мир мёртвых. Любопытство и желание справиться с тем, с чем не смогли другие, влекло мага в замок. Поэтому он так легко согласился выполнить просьбу сэра Роберта, переданную через его оруженосца, впрочем, не безвозмездно, а за очень хорошую плату.
Рыцарь вышел встречать его к воротам, предложив отдохнуть с дороги и поесть. Отдыхать Мегинхард не стал, а вот от обеда не отказался — из Карранды выехали спешно, не взяв с собою еды. Велев подать вино из запасов магистра Грэхема, маг проследовал мимо рыцаря и замешкавшегося оруженосца в замок. Он знал каждый уголок крепости, ведь участвовал в основании Ордена Пяти мечей двести лет назад. Тогдашний магистр хотел непременно иметь штатного мага-дознавателя, дабы исключить проникновение колдунов и ведьм в Орден. Конечно, то была не единственная его задача, но Мегинхард не любил об этом вспоминать. Достаточно того, что он отошёл от дел более ста лет назад и жил в Карранде, пристанище свободных магов, хотя об уединении ему приходилось лишь мечтать. Слава Мегинхарда шла впереди него, и многие обращались к нему за помощью. По счастью, он мог выбирать, спасая не всех подряд, а лишь избранных.
На лестнице рыцарь отвёл его в сторону и полушёпотом поведал об изменениях в состоянии Лигеи, его невесты. И когда сэр Роберт закончил, маг потёр руки от удовольствия — дело становилось всё интереснее.
— Давайте устроим совместную трапезу — Вы, я и Ваша невеста. Хочу понаблюдать за ней в расслабленной обстановке.
— Как думаете, мессир, колдовство, если это оно, можно снять? — голос рыцаря дрогнул и сорвался.
— Бывает по-разному, — уклончиво ответил Мегинхард. — Как можно что-то обещать заранее? Но я сделаю всё, что смогу, — добавил он, видя разочарование на лице рыцаря.
Вскоре он сидел в уютной столовой, где на стенах висели гобелены со сценками из прошлого Ордена, а на столе благоухали лилии: жёлтые и малиновые в одном букете, цвета морского заката. Иногда Мегинхард был романтиком, чем смешил даже самого себя.
Служанка ловко расставляла посуду: дилонский фарфор тончайшей работы и серебряные столовые приборы. Лучшее для великого мага, дань уважения и глупости — ему совсем это не нужно. Перед ним так часто лебезили и пресмыкались, боясь, что он превратит в какую-нибудь ящерицу или лягушку, и маг уже отчаялся встретить кого-то, кто смело смотрел бы ему в глаза и ничего от него не требовал. Даже другие маги опасались его и всегда ждали подвоха от Мегинхарда, а он просто хотел




