Марианна. Попаданка в нелюбимую жену - Дора Коуст

Я на миг прикрыла веки, стараясь не взорваться. То есть у меня он про любовника в открытую спрашивать не стал, зато послал Имку изучать окрестности моей кровати. И это из-за него я просила герцогскую чету приехать к нам на ужин!

— А хоу-чешь, ты ляжешь под одеялко, а я — тебе на грудь и помурчу немножко-у? — спросил котофей примирительно.

— Ты змея, что ли, чтобы тебя на груди пригревать? — фыркнула я, выбираясь из яростного оцепенения.

Все же идея с сорока кошками все больше обрастала особым шармом. Некоторые люди отчего-то не стремились увидеть что-нибудь дальше своего носа, а это наглое создание природы хотя бы пыталось меня подбодрить.

— В ванну хочу, — вдруг призналась я.

Переступив через платье, я на секунду вошла в гардеробную, а затем отправилась по адресу известному. Там и трон для графини имелся, и купальня со всеми вытекающими, только мулата с опахалом не хватало.

Но я и без него справилась. Горячая вода отлично снимала напряжение. Если бы меня занесло в какое-нибудь махровое средневековье, я бы точно ушла в русалки. Просто потому, что у них всегда при себе имелись чистая вода и возможность помыться.

Переодевшись в свежее: в простую светлую сорочку и домашние туфли, — я подсушила влажные волосы тканью и именно с ней в руках вышла обратно в спальню. Только там меня уже поджидали новые неприятности.

Моя спальня выглядела как после урагана. Тяжелые портьеры были сорваны, постельное белье и покрывало сбились, подушки валялись на полу в разных углах, а кресло оказалось перевернуто кверху ножками.

Создавалось стойкое ощущение, что, пока я отмокала в воде, пользуясь услугами полной звукоизоляции тайной комнаты, меня хорошенечко так обнесли, вытащив все самое дорогое.

Но нет. Посреди всего этого хаоса стоял Арсарван с обнаженной шпагой в руке. И что-то мне подсказывало, что взъерошенный кот, забившийся в угол у потолка, и являлся причиной мужнего озверения.

— Я крылатый сухопутный кот! Я пожалуюсь в мау-гическое общество защиты крылатых живоу-тных! — орал котяра, а увидев меня, возмущенно добавил: — Хозяйка, спаси-у меня! Он сумасшедший!

Я шагнула вперед и, не задумываясь, скрутила влажную ткань в руках на манер жгута.

— Что вы забыли в моих покоях, граф? — голос дрожал, но не от страха, а от ярости.

Отпустив на время, она вернулась ко мне, будто мы с ней и не расставались на период гигиенических процедур. Все же задел меня, сволочь! Ненавидела, когда наезжали ни за что.

Арсарван резко развернулся. В свете настенных ламп его глаза казались черными, как два уголька. Шпага в его руке дрогнула, но не опустилась.

— Мы не договорили, — произнес он, стараясь произносить слова ровно. — Ты еще и блохастого демона в дом привела?

— Я не блоу-хаустый! — возмутился Бергамот, линяя из угла в мою сторону прямо по потолку.

— Он не блохастый, — на автомате парировала я, чувствуя, что за державу обидно.

Кошак и правда ни разу не чесался. Да у него шерсть была белее постельного белья!

Граф тоже сделал шаг вперед по направлению ко мне, внимательно следя за перемещением крылатого. Он был насторожен, словно в любой момент готовился напасть или отразить атаку. Его голос, когда он заговорил, звучал тихо:

— Что еще устроишь, чтобы мы не разводились, Татия? — спросил, склонив голову набок. — Сколько же сил и времени ты тратишь на бесполезные выдумки? Пойми же, у меня больше нет к тебе сострадания. Ты выжгла его своими поступками, Татия.

— Да я не Татия! — вырвалось у меня так громко, что даже Бергамот от неожиданности грохнулся с потолка мне за спину. — Неужели не видно?!

— Она-у не Татия! Правда-правда! — поддакнул кот, выглянув из-за сорочки. — Ее к нау-м из другого мира притянуло!

По тому, как изменилось выражение лица графа, я отчетливо поняла, что нам каюк.

Глава 15. Имя мое — не Татия

Арсарван

— Мы не договорили, — произнес Арс, едва сдерживая ярость.

Но теперь вместо одной темы для беседы у них с Татией имелось целых две. Тайком от него, у него за спиной его супруга притащила к ним в дом высшего демона. Загнанный им в угол на потолке, крылатый паразит шипел и выпускал когти, явно готовясь к прыжку.

На своем веку Арсарван повидал немало монстров. Некоторые из них слухи о себе не оправдали, по факту являясь простыми магическими животными, но этот экземпляр…

Создания, сотканные из черной магии, были запрещены законом. Граф знал это не понаслышке. На корабле, который ему больше не принадлежал, коком служил демон в облике крылатого морского свина, а в последнем плавании к ним присоединилась элегантная дама этого же подвида.

И вот к ним Арс претензий совсем не имел. Они свое право на жизнь полностью оправдали, а этот…

Когда Арсарван вошел в спальню жены, этот блохастый комок шерсти размером с хорошего пони катался по ее кровати. Извиваясь, он пытался почесать спину. И вот с чего бы она у него чесалась? Да с того, что у магических котов и блохи тоже имелись магические, смертельно опасные для людей.

Все, что Арсарван знал о крылатых котах, умещалось всего в три фразы: они являлись высшими демонами, которых прогнали из Преисподнии; они нужны были для поимки крылатых крыс и мышей — еще одного подвида демонов; после использования по прямому назначению их следовало немедленно уничтожить.

— Ты еще и блохастого демона в дом привела?! — вопросил граф, кипя негодованием.

— Я не блоу-хастый! — возмутился крылатый.

За тем, как он шустро перемещается по потолку, Арс наблюдал, даже не моргая. Бывший пират готовился к сражению. Пальцы твердо сжимали эфес шпаги.

— Он не блохастый, — ожидаемо заступилась Татия за своего демона.

Арсарван был в шаге от того, чтобы закатить глаза. Ребенок! Избалованный ребенок, не желающий расставаться с игрушкой, даже если она опасна! Как же сильно он устал от нее. Как же претили ему ее выходки! Если бы он только мог предположить, каким станет его брак, Арс бы никогда…

Он считал, что этот брак станет началом его спокойной новой жизни. А он оказался тем еще испытанием, сводящим с ума, истощающим. Сил уже не осталось. Разочарование и пустое смирение стали его спутниками на долгие месяцы. Он просто ждал, когда срок, отведенный брачным договором, закончится.

Ждал и пытался выжить, не лишиться разума, физических возможностей и имеющегося имущества. Все три пункта Татия раз за разом проверяла на прочность, преподнося ему такие выверты, что