Лекарка. Призрачная тайна - 3 - Елена Кароль
– Но вы доверяете Константину.
– Это… - он поморщился, - другое.
Ясно. Шовинизм, он и в Африке шовинизм.
– Всё с вами понятно, - усмехнулась, когда снова образовалась пауза. - Не волнуйтесь, ваша тайна останется тайной, всё-таки я обычная юная барышня, даже не знающая таких жутких слов, как секс и оргазм. Никто даже не подумает подозревать именно меня. Как и допрашивать с особым пристрастием. Но всё же, утолите моё любопытство, ответьте на вопрос.
– Думал об этом. Думаю, как сделать лучше. Пока… не придумал. Опять же, менталист с ним уже поработал, а это дело такое… В суде это приравнивается к чистосердечному признанию.
– О, вот как, - я заинтересованно дернула бровями. - Получается, вам теперь лучше вообще не светиться? Но опять же, откуда нам знать, сколько всего сумел вытянуть из него менталист? Вдруг далеко не всё?
– Согласен, момент мутный, - кивнул мужчина. - Не волнуйтесь, я постараюсь что-нибудь придумать так, чтобы не попасться самому.
– Если понадобится помощь Лекарки, дайте знать, - попросила его.
– Буду иметь в виду, - снова кивнул Одинцов и вдруг замялся. Минуты три мялся, что я прекрасно видела по его хмурым бровям и напряженным плечам, а потом всё-таки не выдержал. - Елизавета Андреевна, а Лекарка ваша… Она всех лечит? Или только вашу семью?
– А разве сами не слышали? - ответила вопросом на вопрос. - Говорят, её при Свято-Преображенском монастыре видели, где она страждущим помогает. Лекарка же.
– Ну да, - Юрий снова нахмурился и вдруг тяжело вздохнул. - Понимаете… Товарищ у меня есть. Давний. Десять лет назад вместе служить начинали, только-только после выпуска из училища. Я потом ещё на заочке в институте отучился, чтобы в опера пойти, а он так и остался в сержантах. А на той неделе, знаете может, ведьму брали…
Я кивнула, начиная догадываться, какую именно ведьму.
– Не моя смена была, а вот он как раз в оцепление попал. И пострадал. Сильно пострадал. Вот только физически вроде на поправку идет, а психологически врачи толком ответ дать не могут. Слышал, его уже в палату для психов перевели, есть такая в третьей областной, которая при МинОбороны. А у него жена молодая, дочка маленькая. Если диагноз подтвердится - хана карьере. Да и жизни в целом. Понимаете?
– Понимаю, - кивнула, тоже посерьезнев. - Имя и адрес. Будет возможность, попрошу Лекарку заглянуть к нему. Чуда не обещаю, но она постарается сделать всё возможное.
– Спасибо.
Поблагодарив так, словно я уже помогла и персонально ему, Юра снова сосредоточился на дороге, а я решила не таить.
– Насчет ведьмы… Лекарка нашла её. Подробностей не знаю, мы не успели толком побеседовать, её позвали дела на заставы. Но если это та ведьма, которая проживала в садоводствах и уничтожила свой дом, то она мертва. И её сын тоже. Кстати, о нём. Лекарка просила собрать как можно больше информации обо всех странных случаях, которые вам известны. Понимаете, тут такое дело…
По возможности подробно описав мутанта, в которого превратился сын ведьмы, и дав понять, что подобные призрачные твари замечены и в других губерниях, причем они точно связаны с сущами, я не напугала Одинцова, но заставила напрячься и задуматься.
– Выясню. Всё выясню. Если эти твари теперь ещё и в людей подселяться научились, нам точно расслабляться не стоит. Есть у меня пяток верных друзей со времен обучения, по разным губерниям судьба раскидала, но отношения поддерживаем. Выясню. А Лекарка ваша что говорит?
– Пока ничего, - вздохнула, даже не став акцентировать внимание на том, что Юра сказал “ваша”. - Собирает информацию, анализирует. Пытается понять, что это вообще такое и как ему противостоять. Вы не думайте, что если призрак, так сразу всемогущая и всезнающая. Она такая же обычная девушка, как я, просто… призрак.
– Слушайте, а вот мне интересно… - начал говорить Одинцов, но у меня зазвонил телефон.
Номер не определился, но я предпочла взять. Мало кто вообще знал этот номер, а телефонный спам в этом мире не был распространен. Жестом дала понять мужчине, что отвлекусь, и ответила:
– Алло?
– Здравствуйте, Елизавета Андреевна, - в трубке раздался смутно знакомый мужской голос, но ещё до того, как я вспомнила его обладателя сама, мужчина представился: - Беспокоит вас майор Тышкевич Демьян Дмитриевич. Надеюсь, помните меня?
– Да, - ответила скупо, но на всякий случай напряглась. - Здравствуйте. Чем обязана?
– Побеседовать бы нам, - вкрадчиво заявил следователь. - Желательно бы даже прямо сейчас. Как на это смотрите?
Юридически я была подкована не очень хорошо, но всё же достаточно, чтобы уточнить:
– Вы вызываете меня на допрос?
И тут же поймала напряженный взгляд Юрия в зеркало заднего вида.
– Помилуйте, Елизавета Андреевна, - мягко и абсолютно неестественно рассмеялся Тышкевич. - Ни в коем разе. Но у меня появился к вам ряд вопросов, связанных с вашим интервью. Догадываетесь, о чем я говорю?
– Совершенно не догадываюсь, - покачала головой.
– Интервью “Рязанскому вестнику” вы давали? - посуровел майор, сделав акцент на слове “вы”, а затем и “давали”.
– Давала, - не стала скрывать. - Но разве это запрещено?
– Нет. Но кое-какие подробности, освещенные в этом интервью, вызвали мои закономерные вопросы, - всё так же строго произнёс Тышкевич. - И я бы хотел услышать на них от вас внятные ответы. И если понадобится, то вызову вас на допрос, за мной не заржавеет. Причем непосредственно в Москву на Лубянку. Вы этого добиваетесь?
– Демьян Дмитриевич, вы мне угрожаете? - изумилась, сумев сделать голос максимально нежным и испуганным.
Кажется, майор понял, что кавалерийским наскоком меня не взять, поэтому поумерил пыл и ответил довольно сдержанно:
– Нет, конечно, Елизавета Андреевна, не выдумывайте. Но я… скажем так, недоумеваю. Почему вы раскрыли в интервью информацию, которую не сообщили мне?
– Вы о Нарышкине, да? - “догадалась” я и преувеличенно печально вздохнула. - Понимаете, я… Не догадалась. Простите. Слишком сильно разволновалась и просто не подумала. Да и вы
