Хозяин Зимы - Ирена Мадир
– Так что мы особенно стараемся в праздник Живани. Ходим к аномальной поляне собирать цветы, веточки, траву рвем. Зеленью полы укрываем, цветы расставляем… В общем, притворяемся, что лето наступило по-настоящему.
– Давай сделаем? – предложила Севара, поднимаясь. – Я скучаю по теплу и зелени. Не будем, конечно, везде траву раскидывать, но уж в прихожей можно. И цветы по дому расставим. Кажется, Неждан как-то упоминал аномальную поляну где-то поблизости. Знаешь, где она?
– Да! – воскликнула Оленя. – Я тогда сбегаю? Можно же?
– Разумеется. Но я с тобой, хочу подышать свежим воздухом. И погреться на поляне. Надоело сидеть в четырех стенах.
Сборы много времени не заняли. Севара надела новенькое пальто и забрала пустую корзинку из рук Олени, та несла еще две. Вместе они двинулись на соседний холм, покрытый высокими елями. Те едва заметно сверкали, как бывает от воздействия магии. Однако что конкретно повлияло на них, оставалось загадкой: то ли аномалия, то ли залежи магических кристаллов под землей, то ли близость Великого Леса. Как бы не сталось, что все сразу.
Ветер, уже не ледяной, пробирающий до костей, а легкий, путающийся в волосах, нес запах весны. Последний снег стремительно таял, обращаясь в журчащие ручейки, небо, светлое и синее, с пушистыми редкими облаками, больше не угнетало тяжестью туч. Севаре странно было думать о том, что уже завтра – лето, а здесь, в Пэхарпе, деревья только покрылись почками. Цветение их придется на начало лета, а увядание наверняка наступит уже в конце… Впрочем, незачем спешить, главное, что теперь даже на таком далеком севере будет тепло.
Наконец показалась поляна. Ее зелень и яркие бутоны цветов резко выделялись в просветах между деревьями. Севара замерла, восторженно оглядываясь. Пределы аномальной зоны можно было увидеть невооруженным глазом. Границы словно очертил кто-то с линейкой. Жухлая трава из-под снега, смешанного с грязью, прерывалась на четкой линии, где выступала молодая сочная зелень. Одуванчики покачивали своими шапками сразу за ней, будто пограничники, охраняющие проход. А дальше росли цветы.
Выделялись пышные пионы, насыщенных оттенков тюльпаны, виднелись чашки маков, соцветия лаванды… Заметны были и деревья, стоящие чуть поодаль. Они шуршали листвой, тянули ветви вверх. Севара рассматривала все издали, не решаясь пройти вперед, войти в аномальную зону, чтобы почувствовать ароматы цветов и теплоту.
– Тут всегда жарче. – Оленя уже стояла на краю поляны, скинув верх одежды. Теперь еще и расшнуровывала новенькие ботинки. – Босиком здесь приятно ходить. Земля согрета, насекомых нет, мусора тоже.
Рассеянно кивнув, Севара бросила свое пальто к одежде бесстрашной камеристки, которая, подцепив одну корзину, успела уйти дальше. Хотелось снять и обувь, но для дворянки подобного рода прогулка была бы, пожалуй, чересчур. К тому же Севара, видевшая в своей жизни лишь одну аномальную зону с выжженной землей и обсидианово-черными стволами деревьев, где вместо листвы копилось электричество, относилась с настороженностью и к поляне. Хотя та выглядела куда дружелюбнее и молниями не била.
Стоять в одном платье по ту сторону аномальной зоны было прохладно. Руки уже замерзали, и Севара, решившись, осторожно протянула пальцы вперед, словно бы касаясь невидимой и неощутимой грани. Там действительно было тепло. По ладони вверх растеклась приятная согревающая волна, будто кто-то пожал предложенную кисть в качестве приветствия. Может, сама поляна здоровалась так с новой знакомой? Говорила, что неопасна и дружелюбна, приглашала войти…
Не раздумывая больше, Севара ступила вперед. В нос тут же ударило множество запахов, отчего с непривычки начала кружиться голова. Для свежего морозного воздуха, почти лишенного ароматов, к которому успела привыкнуть Севара, такое многообразие красок и яркость благоухания были подобны взрыву.
Оленя что-то напевала, и ее звонкий голос сливался с мелодией поляны – с шуршанием и шелестом зелени. Севара медленно шла вперед, проводя рукой по нежным лепесткам, по бархатным листьям, по теплому ветерку.
К своему стыду, когда пришло время уходить, она вспомнила, что шла сюда с Оленей для сбора цветов, однако потратила все промежи на свои сомнения и последующие приступы восторга от нового места. Однако расторопная камеристка успела набрать и зелени, и цветов, разложив по трем корзинкам. Даже радовалась компании хозяйки, которая несла одну из корзинок. Такое отношение успокоило Севару. В конце концов, целью было прогуляться и немного помочь, а донести цветы – тоже помощь.
– Мы принесли травы на Зеленый день! – сообщила Оленя выглянувшей с кухни Забаве. – Наша сударыня подсобила вот, без нее я бы не утащила!
– Ты преувеличиваешь, – потупилась Севара.
– Ах, барышня, вам же отдохнуть надобно! Устали ведь, над бумажками без продыху сидите, а вышли – и тяжести таскать. Не годится ведь! – запричитала сердобольная Забава. – Чаю вам сделать? Там и пирог на подходе. Изволите?
– Да, спасибо.
Оленя, полная сил, от такого же предложения отмахнулась – ей не терпелось украсить дом. Она вымыла полы в прихожей и раскидала зелень, аромат которой наполнил почти весь первый этаж и не добрался разве что до кухни, где царствовал запах свежей выпечки.
Севара присоединилась к Олене, когда та спускалась со второго этажа, сообщив, что поставила вазы с цветами в коридоре, в своей комнате, в кабинете и в спальне хозяйки. Пришло время украсить и зал. Снова заглянула Забава: выбрать немного тюльпанов, чтобы поставить к себе, и чайных роз для столовой.
– Вот, красиво будут смотреться. – Оленя составила пышный букет из пурпурных растений с соцветием в форме колоса.
– О, живокость, – Севара улыбнулась, – да, весьма подходящие. Поставим их.
– Живокость? Это ведь шпорник.
– Точно, шпорник, – подтвердила Забава.
– Разве не живокость? – не отступала Севара. Она в своих познаниях флористики была уверена.
– Да, живокость, – раздался за спиной голос Неждана. Он остановился в проеме, с улыбкой оглядывая присутствующих. – Но и шпорник. Вы все правы.
– Как так? – растерянно спросила Оленя.
– Вообще-то, по-научному оно дельфинум, но на севере его зовут шпорником, а на юге живокостью. Растение одно, просто названия разные.
– А ты много знаешь для деревенского парня, – холодно заметила Севара. Ее немного задело, что какой-то слуга осведомлен лучше, чем она.
– Мой отец довольно умный человек, – усмехнулся Неждан, – и любит цветы. Так что мы всей семьей страдаем подобными знаниями.
– Молодец ты, Нежд, – хмыкнула Забава, – но иной раз такой недогадливый. Куда ты в обуви по мытому? Тебя полотенцем оходить, бестолочь?
Парень растерянно опустил взгляд, где под его сапогами разрасталась серая лужа грязи. Пока его не отругали еще больше, он метнулся к выходу. Вскоре хлопнула дверь.
– Бестолочь, –
