Последний призыв - Лисса Рин
Последний призыв читать книгу онлайн
Хейм – пристанище могущественных демонов, охотящихся за душами людей. Именно здесь обитает Листера – сильная, своенравная и жестокая инферия, способная наслать смертоносное проклятие на любого, кто придется ей не по вкусу. Листера пойдет на все, чтобы осуществить свою мечту – стать Высшим демоном. Ведь тогда ей будет доступен человеческий мир, полный вожделенных душ.
Но мир смертных открылся для нее гораздо раньше…
Торен Райз решился призвать демона ради спасения своей сестры. С ним Листера вынуждена пойти на сделку, даже не подозревая, чем для нее обернется их невольное сотрудничество. Первая любовь, крах последней надежды и роковой договор, ставший проклятием… Два непримиримых врага – и у каждого своя цель, ради которой враждующие миры сойдутся в жестокой схватке.
Лисса Рин
Инферия. Последний призыв
© Лисса Рин, 2025
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025
Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.
* * *
Лисс Рин – современный автор, воплощающая причудливые фантастические идеи в молодежном фэнтези. «Инфенерия. Последний призыв» – история о силе любви, сложном моральном выборе и демонах, что срываются в самых потаенных уголках человеческой души.
Сюжет держит в напряжении: здесь есть и коварные интриги, и неожиданные повороты, и моменты, от которых сердце буквально замирает. А роковой договор, который становится проклятием для героев, добавляет трагичности и глубины их истории.
Мария Хайт, автор «Ты – мой главный соперник»
Пролог
Темная обветшалая комната, насквозь пропитанная запахом ладана, полыни и подгнившей самонадеянности, вызвала у меня спазм тошноты. Я поморщилась: ну вот зачем, спрашивается, так перегибать? В распространенных в мире смертных Гримурах ясно же указано: для защиты от обитателей Хейма вполне достаточно поджечь высушенную в первое полнолуние високосного года кровь первородной бескрылой летучей мыши. Ну неужели мы так многого просим? Нет же, жгут, окаянные, все, что под искру попадется: растения, перья, деньги, благовония, волосы… чаще всего почему-то свои. Один так и вовсе додумался припечь собственную кожу с защитной печатью на ладони, а потом весь ритуал призыва этим благолепием мне в нос тыкал. Тот мерзкий запах, между прочим, потом несколько месяцев с моих волос не выветривался! Пришлось смесью мертвого пепла и живого эфира сводить. Истратила тогда весь заполненный кулон, а ведь он был у меня последний! У-у, недалекие огрызки рода людского!
– Я взываю к тебе, Листера, хранительница проклятий Хейма и повелительница пагубы скорбной.
Я встрепенулась и горделиво выпятила грудь. А ведь неплохо звучит!
По привычке окинула быстрым оценивающим взглядом притянувшее меня пространство и поморщилась: до чего же они все одинаковые! Контраст между напускным и истинным был поистине впечатляющ! Куски старых и тщательно ободранных обоев свисали лоскутами, обнажая неровный серый бетон с детально прорисованными на нем глифами. Из мутного, с почерневшей деревянной рамой окна дуло так, что вонючие дешевые свечи то и дело гасли, а густые лохмотья пыльно-серой паутины развевались на сквозняке, точно флаги покоренного государства.
Я громко фыркнула. Ну вот как так?! Вычурные до безобразия и абсолютно бесполезные свечи и черепа самых невообразимых форм и расцветок, аккуратно расставленные вокруг пентаграммы, этот смертный отыскать сумел, а времени прибрать свое жилище, в котором он ежедневно ест и спит, не нашлось? Поразительное невежество!
Узри я подобное убранство в древней, схороненной в диком лесу избе знахарки-отшельницы, и то не так удивилась бы. А впрочем, нет. Иной раз в простой и скромно обставленной избе куда чище, нежели здесь, в квартире современной новостройки.
– Прошу, услышь меня, Листера, хранительница и повелительница… – Мужчина завыл по второму кругу Хеймовской преисподней и сыпанул в огонь свечей новую порцию головной боли, отчего я поморщилась.
– Да слышу я тебя, шушлепень, – чихнув, раздраженно отозвалась я и, прикрыв нос ладонью, позволила подлунному миру себя явить. – Я, Листера, повелительница скорбных проклятий и… и что там еще было? – и как у него только от таких мудреных оборотов язык еще не скрутился в липкий льстивый узел? – В общем, полностью внимаю слову твоему, о великий колдун! Изволь же услышать наречение твое, о сильнейший да умнейший мира сего.
Умнейший, как же! А самому составить да проверить ритуал призыва иллюзия мозга, видимо, не позволила. Разве что к защите он подошел очень основательно: тут тебе и зеркальный коридор, где сверкают голубые глаза призванной предвечной в моем лице, и кружево барьера из пяти триграмм, и освященные в ближайшем храме ладан со свечами. Странно, что еще солью ничего… а, нет, вот же она, родимая! А я-то все думаю, что это у меня под ногами скрипит!
Кстати, о соли. Помнится, один шпатель ржавый эту соль мне прямо в лицо сыпанул, а потом с криком выскочил из комнаты. А я всего лишь попросила убрать его вонючую свечу подальше от моих волос. Вежливо, кстати, попросила, а смертный возьми да и сигани прямо в окно да с третьего этажа. Вместе с рамой. Долго потом местные целители пытались разобрать сквозь его заикание и брань, что именно у него там сломалось.
– Чего? – нахмурился взывающий моего любимого типа: опыта и умений с гузку петуха, зато спесивости и самомнения хоть рогами соскребай.
Такие раздражают сильнее всего. Хотя и недолго.
– Ну имя, – покачала я головой, разом убрав пафос: напускное раболепие стало утомлять. – Звать-то тебя как?
Высокий худощавый мужчина почесал узловатыми желтыми пальцами заросший трехдневной щетиной подбородок, а затем прикрыл ладонью впалые глаза, что-то прикидывая в уме. Я хмыкнула: имя, поди, себе пытается придумать, чтобы, упаси Багровый, призванный предвечный не воспользовался истинным!
– Я Зар… В смысле, твоего хозяина зовут Зарел.
Я скривилась: и этот туда же. Черканули воском по древесине, пару свеч подкоптили и уже мнят себя хозяевами да повелителями. А дальше что? Предвечными себя нарекут? Убогие смертные!
Я скрипнула клыками, отчего «мой хозяин» вздрогнул и малодушно попятился.
– И чего же хочет хозяин Зарел от моровой инферии?
– Кого? – Склонив голову, Зарел уставился на меня бессмысленным взглядом.
Я прикрыла глаза и, коснувшись переносицы, раздраженно качнула головой.
– Звал зачем, спрашиваю?
– А, ну так это… наложи проклятие, бес.
– Бес? – Из моей груди вырвалось зловещее рычание, отчего Зарел трусливо вжал голову в плечи.
Вот так просто взять и обозвать меня какой-то там низкоранговой бесней? И как только инстинкт самосохранения повернулся? Где я, а где эти… ошметки Хейма, единственная цель и смысл жалкого существования которых – это пожрать. Урвать кусок побольше да пожирнее, не прилагая при этом никаких усилий! Глупые, слабые, недалекие бесы, точно ядовитая серная плесень, проникают повсюду, паразитируя на человеческих пороках и инфернальных слабостях. Ни чести, ни принципов, ни достоинства – в поисках добычи они не брезгуют ничем и никем. Даже обитателями Хейма, если те вдруг по
