Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 9 - Евгения Владимировна Потапова

— А то она меня не видела в таком воплощении. Мы, когда порченного с того света вытаскивали, я тоже не всегда котом был. Или ты думаешь, у нее амнезия и она все забыла? Ага, я так бы и поверил. Катя теперь меня из комнаты вытряхивает, когда переодевается. Так что все она помнит и знает. Хотя я теперь могу любое обличие принимать, хоть такое, хоть такое.

Он обернулся курносой симпатичной девчонкой, а затем седой горбатой старушкой. После вернулся опять в прежний вид — мальчишки-подростка.

— Я все же обитаю в теле кота, поэтому и оборачиваюсь парнем, а не девушкой. Мне так комфортней, — сказал Проша.

С улицы послышались чьи-то голоса.

— Мама, мама, ты дома? — услышала я Катин голос.

Выглянула на улицу, а там вся моя семья, да еще Сашины родители с большим пылесосом и с мешками для мусора.

— Дома, — ответила я.

— Нам Матрена сказала, что в хате полный раскардаш и ты там одна убираешься. Вот мы пришли тебе помочь. Мы же можем это сделать? — спросил Саша.

— Ну как бы да, — мне было как-то неудобно перед ними. — Но там такой бардак.

— Так мы и пришли весь это бардак убирать, — сказал папа Паша. — Не переживай, не в гости.

Народ веселой толпой ввалился в дом и перестал смеяться, увидев барханы из соли.

— Где ты взяла столько соли? — сразу поинтересовался Саша.

— Ну вот так, — пожала я плечами, — Так сложились обстоятельства.

— Сашка, ты знал, с кем судьбу связываешь, чего сейчас удивляешься? — хохотнула мама Люда. — Можно я разуваться не буду?

— Можно.

— Я тогда за другими мешками сгоняю, а то эти могут не выдержать, — сказал Павел, — Мы в тканевый мешок вставим целлофановый, и все будет хокейно.

Через пять минут он принес другие мешки.

— Пошла жара! Вот Агнета, весь дом просолила. Хоть всех злыдней извела? — посмеивался свекр.

— Нет, вы вот остались, — пошутила я.

— Нас солью не возьмешь, — расхохотался он.

— Я уже это поняла. Надеюсь, техника от соли не пострадала, а то я не переживу потерю ноута.

— Переживешь. Тоже нашла из-за чего страдать. Сейчас мы его пропылесосим, и будет, как новенький.

Везде работали пылесосы, веники и метелки. Славка включил музыку, чтобы веселей работалось. Я поднялась наверх посмотреть, что же творится у меня в кабинете. На удивление, в комнате был идеальный порядок. Значит, сюда мир Авось пробраться не смог. У меня от сердца отлегло. Заглянула в потайную комнату, и там все было на своих местах. Теперь осталась комната тетушек и соседнее пустое помещение.

В комнате тетушек творился бардак: на столе лежали обуглившиеся карты и фишки, стояли бокалы с крепким алкоголем, часть занавесок почернело и обуглилось, а также появилось пианино, на котором тогда играл Шелби. У одного стула не было ножки. Она почему-то торчала в потолке, а на абажуре висел ажурный чулок в сеточку. Погуляли тетушки на славу, вот кому больше всех понравился мир Авось. Могли бы и не торчать на чердаке, а давно упокоиться.

— Да мы как бы и не торчим на твоем чердаке безвылазно, так, иногда заглядываем, — рядом появилась Маргарита, — Тут только часть нашей души находится. Особенно душа Ангелины радуется, когда ее дом сюда призывает. Она уже давно на перерождение ушла. Вот ей красочные сны снятся. Девчонка и не поймет, что к чему.

Я с удивлением посмотрела на Маргариту.

— Мы-то пока с Аксанкой на перерождение не ушли. Мне-то еще далеко до этого момента, а вот у нее тоже уже срок подходит.

— Как интересно!

— Ну вот так. Поэтому и Ангелину плохо видно.

— А чего вы тут куролесили?

— Нельзя что ли? — рассмеялась Марго, — Я всю жизнь жила по правилам. Обязана была всем помогать, хоть доброму человеку, хоть злому. Для себя никогда ничего не делала. Я ведь и не ела толком. Стоит у меня толпа под дверями, я и принимаю, пока в обморок от голода не падаю. Если живут у меня понятливые люди, то и есть приготовят, и меня накормят, и на страждующих прикрикнут. Ежели соберутся одни потребители, то и мне худо. Да вот только никуда не денешься, надо всех принимать. Такова была моя судьба. А тут у тебя праздник, гуляй рванина, вот мы с девками и оторвались.

— Да, тяжко вам было.

— Да чего уж вспоминать, было и прошло. Вон хоть тебе повезло — сама решаешь, кого брать, а кого не надо. Хотя высшие силы такие хитренькие, все извернут и подсунут человека.

— Есть такое, — кивнула я.

— Ты пианино от нас не убирай, да и чулок на люстре оставь, будем с девками вспоминать да радоваться, — улыбнулась Маргарита.

— А ножку от стула?

— Да пусть торчит. Это правда не наша проказа, а твои силы туда ее зашвырнули. Пусть остается, как напоминание, на что ты способна.

— Хорошо, пускай торчит, я не против, — согласилась я.

— Скатерку только нам новую постели, а то эта вся в пятнах.

— Постелю.

В комнату заглянула Катерина, и Маргарита пропала.

— Мама, ты с кем тут разговариваешь? — спросила она.

— Сама с собой, разглядываю бардак.

— Ого! А ты точно дом чистила, а не устраивала тут безобразия? Вон стаканы стоят с разными напитками и чулок висит на люстре.

— Точно, — рассмеялась я, — Вот видишь, все в соли.

— Вижу. Хочешь быстренько все убрать? — дочь на меня хитро посмотрела.

— Хочу, — кивнула я.

— Только надо мешок для мусора принести.

— У меня есть.

В руках я держала черный пакет.

— Ну, держись, — улыбнулась Катя.

Она сделала пальцем один оборот в воздухе и подняла небольшой вихрь, который в одно мгновение собрал всю соль со всех поверхностей.

— Мешок открывай, — скомандовала она.

Я открыла пошире мешок, и сверху в него посыпалась соль. Обугленные карты, стаканы, закапанная скатерть и оплавленные занавески поедут у меня в соседнюю потайную комнату. Ибо вдруг они мне еще пригодятся, мало ли, как говаривал один знакомый товарищ: «В хозяйстве все сгниет». Вещи эти с налетом магии, из другого мира, и их надо либо спрятать, либо утилизировать. Где-то в углу послышался короткий смешок. Мелькнула тень Аксаны. Ну да, это она начала собирать такую коллекцию, а я, получается, продолжила. Катя постарше станет, покажу ей сокровища чердачной комнаты. Надеюсь, это все в ее руки потом перейдет.

Всей семьей убрались, исчезли посторонние запахи, развесили травяные венички, сварили целый кофейник кофе, чтобы аромат прошелся по всему дому. После уселись за столом на перекус.

— Какие вы молодцы, огромное вам спасибо, все