Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 9 - Евгения Владимировна Потапова

— Мы велели ей к тебе не подходить, — сказала Матрена, — А то вдруг на тебе еще блошки живут.

— Ну да, я же шелудивая, — рассмеялась я. — Чешусь вся и соль с меня сыпется.

— Нечего тут ржать, аки кобылица. Мало ли чего на тебе осело. Надо сказать, и пахнешь ты не очень. Дуй-ка, радость, в душ. Сейчас я тебе полотенце выдам.

— Агнета, — тихо сказала Лизонька, — Когда вот эти зеленые листики станут желтыми, то нужно будет от рубашки избавиться, а если уж они почернеют, то срочно ее надо сжечь. Значит, она уже не лечит, а только портит.

— Угу, или подарить ее какому-нибудь нехорошему человеку, — усмехнулась я.

— А ты коварная дама, Агнета, — погрозила мне пальцем Матрена.

— Ну так, есть немного, — потупила я глазки. — Не мы такие, а жизнь такая.

Приняла душ на улице и снова надела на себя льняную рубашку, чтобы уж наверняка. Бабульки уже сидели на веранде и пили чай. Коловерша суетился туда-сюда и старался угодить старушкам. Он увидал меня и устроился на моем плече. Сунул конфетку в руки и стал изучать пальчиком вышивку. Вспомнила, как он у меня ложечку украл и нож вместо нее подарил. Фантик он отобрал и сунул в рот. Почесала у него за ушком. Он даже что-то там мяукнул.

— Ой, я же забыла твою коробку с бесконечной солью, — вспомнила я.

Коловерша махнул лапкой, дескать, это подарок. Уселась за стол чаевничать вместе со всеми.

— Матрена, не посмотрите, от всего я избавилась? — спросила я.

— А как же, посмотрю, чего же не глянуть-то.

Она вытащила из кармана трубку, набила ее табаком, раскурила, затянулась и выдула колечко дыма. Затем достала из кармана колоду с картами и быстро стала ее тасовать и выкладывать на стол карты. Смотрела-смотрела на них и выдала:

— Ничего не вижу. У тебя там защита хорошая стоит, посмотреть ничего не могу. Так что ты сама управляйся.

— Ну что же, сама так сама, — вздохнула я.

— Ты, когда зайдешь в дом, чуйку свою включай, и она тебе сразу все расскажет. Или этого змея-искусителя с собой бери, пусть работает.

— Ясно.

Тут я вспомнила, что козы-то у меня не доены и не кормлены, а уже утро. С этим совсем никаких дел не сделала.

— Я же про коз совсем забыла, — вскочила я со своего места.

— Не переживай ты так. Приезжал Сашок, кур загнал в курятник, коз подоил, — успокоила меня Матрена.

— То есть он знает, что я с вами?

— Конечно. Он сам боялся тебя в доме одну оставить, решил на нас всю ответственность свалить.

— Хорошо, что успокоили, — выдохнула я.

— Эх, Агнетка, хорошо, что я тебя тогда встретила в автобусе. И как замечательно, что мне твоя рожа тогда не понравилась. Эх, а то бы ужо померла от тоски и со скуки. А благодаря тебе мне скучать не приходится, то в одну аферу меня втянет, то в другую.

— Угу, а кто-то помирать собирался, — рассмеялась я.

— Это была просто блажь и хандра зимняя, — ответила она. — И вот с хорошими людьми познакомилась с твоей легкой руки.

Старушка даже расчувствовалась.

— Пошла гордиться, — улыбнулась я. — Довезете меня до дома? Мне там прибраться надо.

— Довезу, конечно. На тракторе или на байке?

— Какой шикарный выбор. Лучше на тракторе, на нем не так страшно и не так быстро.

— Иди переодевайся, а я свою шайтан-машину заведу.

Через пять минут мы уже с Матреной тряслись в тракторе.

— Как тебе Лизка? — спросила меня старушка.

— Красивая.

— И сильная. Я вот прямо чую, как от нее энергия идет. Как от тебя в первые дни. Потом-то я привыкла к тебе, подстроилась, а здесь даже побаиваюсь ее.

— Что там родственники Лизкины, как поживают? — поинтересовалась я.

— Завтра поедут по гостям. Лиза хочет всех своих «родных» навестить.

— Чую, будет весело, — усмехнулась я, вспоминая, как мы их с медведицей гоняли.

— А то, — рассмеялась Матрена. — Давай, приводи свой дом в порядок и вместе с нами за компанию.

— Да что-то как-то неудобно.

— Нормально всё. Ты девку спасла, считай, как крестная мать.

— Так и она меня спасла, — ответила я, прижимая дорогой подарок к груди.

— Это благодарность, — хмыкнула Матрена.

— Эх, как хорошо, что вам тогда моя рожа не понравилась, — улыбнулась я. — А то бы не было у меня такой чудесной подружки-старушки.

Бабулька вытерла глаз.

— У-у-у, проклятая пылюка, в глаз попала, — сказала она.

Остановились около моего дома.

— Ты, если чего, звони. Не позвонишь, я сама к тебе прибегу. Дай обниму, — она полезла ко мне с обнимашками. — Эх, моя ты хорошая.

Что-то бабушка сразу вспомнилась, покойница. Вот Матрена такая же, какая-то родная и теплая. Уехала старушка, а я осталась разгребать свои соляные завалы и пещеры.

Глава 7–8

Замечательно, когда семья дружная

В первую очередь направилась к своей скотинке, к своим козушкам. Гражданки радостно поприветствовали меня меканием и полезли ласкаться, каждая подставляла голову, чтобы я почесала у них за ушком и между рожек. Что-то совсем у них молока мало стало, надо опять им искать жениха. Всех погладила, каждой сказала доброе слово и отправила на дойную скамеечку. Девочек подоила и выгнала на пустырь, что-то там совсем все заросло. Пусть девки поработают газонокосилками.

Курочек своих тоже посетила. Нашла потайное гнездо в углу курятника и разорила его, выгребла все яйца, а гражданок выпустила на прогулку. Вдоль огорода Саша установил сетку, и теперь они могут свободно прогуливаться, не посягая на мои овощи и культурные растения. Подсыпала им в загончике немного зерновой смеси. Надо бы им еще чуток разных сорняков подложить, пусть витаминами запасаются.

С козами и курами разобралась и направилась в дом. Там меня ждала грандиозная уборка. Ничего, справлюсь, как говорится, глаза боятся, а руки делают. Зашла в коридор и ахнула: все было засыпано солью, и не просто присыпано, а было ощущение, что ходишь по песку на пляже, вот такая красота. Вспомнила матерные выражения про тлю и про ее дочь и про их маму. Отнесла на кухню молоко в ведерке и яйца в корзинке. Смела в миску соль с кухонного столика.

Рядом появился рыжий мальчишка с маленькой метелкой, совком и ведром. Он принялся очищать поверхности от соли, параллельно высыпая ее из разных емкостей, и вытаскивая затерявшиеся карты Таро.

— Вот зря ты одна уборку затеяла, — сказал мне Проша, — Надо было Катю позвать.

— Справлюсь как-нибудь.

— И сколько дней ты все это будешь разгребать?

— Ну я же не одна, я с тобой, — покачала