Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 9 - Евгения Владимировна Потапова
— Да-да, и запах в доме другой стал, — согласилась Людмила, — Уже не пахнет йодированной солью. А то зашли, а в нос запах йода бьет, словно им везде побрызгали.
— Теперь нужно найти еще место, куда всю соль отвезти, — вздохнул Саша.
— Зимой будем ей дорожки посыпать, чтобы никакая нечисть к дому не подошла, — рассмеялся Павел.
— Так и сделаем, — улыбнулась я.
Мама Люда с папой Пашей посидели еще немного у нас, поболтали и собрались домой.
— В гостях хорошо, а дома никто не заставляет соль с пола собирать, — пошутил свекр.
— Приходите к нам еще! — ответила я.
— Ну уж нет, лучше вы к нам, у нас столько соли нет.
Теперь так и будет мне об этом напоминать.
Я их еще раз поблагодарила за помощь, а они ответили, что свои должны помогать друг другу. Проводили их до калитки и попрощались.
— Хорошо, когда семья дружная, — улыбнулась я.
— Это точно, — сказал Саша, обнял меня и поцеловал, — Как по тебе соскучился. Ты же у меня лучше всех, рыбонька моя соленая! Может по пивку? — хихикнул он.
— Ну да, давай лучше свое, домашнее, яблочное.
— По бокальчику?
— Как пойдет, — кивнула я.
Вершительница судеб
Снова жизнь вошла в привычное русло. Никаких тебе потрясений и магических войн, тишина и покой, козочки, курочки, огородик и садик, посиделки в беседке и разговоры о всякой ерунде. Бабульки с Лизой обошлись как-то своими силами, не стали меня тревожить. Да там и родственники как-то всю борзоту растеряли и обращались к бабе Лиде только по имени-отчеству и с поклоном. Даже наша Матрена немного расстроилась, что не удалось ей повеселиться, всё чинно и благородно.
Сижу я как-то на своем чердаке, как говаривал один усатый гражданин: «Примус починяю», то есть картишки по столу раскладываю, судьбу чужую на картинках рассматриваю, и тут мне сообщение приходит на телефон. Обычно, когда работаю, ставлю его на беззвучный режим, чтобы не отвлекаться и из потока не выходить, а тут что-то профукала этот момент. Сунула аппарат в стол и продолжила читать расклад, но, как говорится, момент упущен. В голове уже мысли о том, кто мне там что-то написал и чего ему надобно.
Вдохнула, выдохнула и достала его назад. Открываю то самое сообщение, а там пишет мне старая приятельница: «Я в городе. Есть сейчас два часа. Приезжай». Вот так девки пляшут, по четыре в два ряда. То есть ни вопросов, где ты сейчас, дорогая, находишься, ни чем ты там занята, ни есть ли у тебя сейчас время, а сразу командным голосом: «Приезжай». Каждый раз одно и тоже. Почему нельзя предупредить заранее? Взяла бы да написала: «С такого-то по такое-то буду проездом в вашем городе, хотелось бы встретиться, давай договоримся, когда будет удобно тебе и мне». Нет, так же нельзя, зачем это делать, Агнета же может материализоваться по щелчку пальцев.
Ну, всё, вся моя работа Прошке под хвост. Разбудили мой вулкан злости, сижу и киплю, как чайник на плите, осталось только еще посвистывать.
— А я не в городе. Сейчас времени нет, занята. Приехать смогу только вечером, — ответила я.
— Чем это ты таким занята? И почему не в городе? У меня на вечер свои планы, — написала мадама.
— Значит, не увидимся, — ответила я и выключила телефон.
Посмотрела на расклад и увидела, что жена явно дурит голову своему супругу, а он у нее такой лошара, что ничего не замечает, еще и обеспечивает всю ее родню по полной программе. Взяла карты, местами поменяла, доложила новые.
— Крутишь шашни на стороне, сначала разведись, а не делай близкого человека дураком, — сердито проговорила я.
— Ну ты крута, Агнета, — рядом появился Шелби и заглянул в расклад.
Он обгладывал кукурузный початок.
— Я тоже хочу, — насупилась я.
— На, — он вытащил откуда-то вторую горячую кукурузу.
— Как вкусно, — вгрызлась я в початок.
— Ты вот это зачем сделала? — спросил Томас, жуя серединку кукурузного початка.
— Пусть не гуляет.
— Может он зануда?
— Пусть разводится.
— Может алкоголик или жадина? — продолжил Шелби.
— Не жадина и не алкоголик, нет тут зависимостей, кроме любви к этой дуре, — глянула я на карты.
— Они сами без тебя во всем разберутся, не вмешивайся.
Он вернул все карты на место.
— Тебе настроение испортили, а ты решила людям судьбу изменить. Он с ней сейчас поживет, поймет, каким оленем был, разведется. Найдет себе хорошую девушку, и они нарожают кучу ребятишек. И будет всю жизнь радоваться, что от этой сбежал.
— Один из детишек станет великим ученым? — с усмешкой спросила я.
— Нет. Просто один из них изготовит протез, которым будет пользоваться великий ученый, — сказал Томас и облизал пальцы.
— Правда?
— А фиг его знает, — заржал он, — Но вот этого делать нельзя.
Шелби показал пальцем на расклад.
— Если тебя попросят немного подкорректировать, тогда еще можно, но с натяжкой, так сказать, с натяжечкой. Нужно будет уточнить у высших сил, разрешают они такие манипуляции и вмешательства или нет. А то ишь, вершительница судеб. Как отправят тебя с косой на вечное служение в ряды жнецов, так и будешь знать, как судьбами манипулировать.
— Кстати, Шелбик, а чего нас с тобой давно не трогали? Покойники кончились или всякая нечисть перестала нападать на жнецов? — поинтересовалась я.
— А тебе что, плохо что ли? Может, они тебя в бессрочный отпуск отправили? Как работа появится, так и выдернут, — хмыкнул он.
— А вдруг они про меня забыли?
— И радуйся. Мне хоть с тобой возни меньше. Хотя с твоей дурной головой, которая ногам покоя не дает, мы даже дома найдем себе приключения.
— Ну да, — вспомнила я про соль.
— А я тебе не про страну Авось, а про то, что ты только что собиралась учудить. Если бы я вовремя не появился, ждала бы нас с тобой жара в ближайшее время, — хмыкнул Шелби.
— Ну всё, хватит гундеть, я тебя уже поняла. Кстати, ты в прошлый раз так уже делал? — я кивнула на карты.
— Тогда было можно.
— Ты подал мне дурной пример, — ответила я.
— Вот Шелби у нее еще и виноват.
— Бывает, — хихикнула я.
— Давай, пиши гражданке, — велел Томас.
— Я телефон выключила.
— Да я не про твою приятельницу говорю, а про ту, что ты хотела судьбу изменить, — кивнул он на ноутбук.
— Раскомандовался тут мне, — проворчала я, — Не даешь насладиться кукурузиной.
Быстро начиркала несколько предложений и
