Золотарь. Путь со дна - Игорь Чиркунов

Чёрт! Я прям зубами скрипнул.

Зельда стояла чуть в сторонке, с усмешкой наблюдая хлопоты младшей родственницы, а Берджых — как обычно, за её спиной.

Я, не осознавая что делаю шагнул к Терезе, но в первую очередь это заметил Пивчик.

— А-а-а, пришёл… — криво усмехнулся он, окатив меня смесью брезгливости и превосходства. — Видел?

Он мотнул головой в сторону круга, где сердобольные болельщики оттаскивали бедолагу — его противника.

— Ещё раз мне попадёшься… — он натурально, как бык фыркнул, — ещё раз твой запах учую…

— Не мешайте нам, — полуобернувшись выставила в мою сторону руку Тереза, — вы что не видите?

Она меня не узнала!.. Или… Или сделала вид?

Да не… Мысленно отмахнулся я. Когда она меня как Михаила видела, на мне был нарядный жупан, вышитая рубаха, а на голове щегольская шапочка. Теперь же я был одет в простую котту из некрашеной ткани, такую же простую рубаху, а голову покрывала тряпка-койф. Да половина городской бедноты так одевается!

Не знаю, чего там надумал себе Пивчик, но, видя, что я не ухожу, он властно отстранил Терезу, уставился на меня налитым кровью взглядом. Реально — налитым: его левый глаз надо бы было врачу показать.

— Ты ещё тут, говнарь? Воздух мне отравляешь? А знаешь что? Давай-ка я тя проучу… А за то, что по твоей милости пол воскресного дня подходы к воде обустраивал, вместо того чтоб со своей девушкой быть…

И он сделал попытку подняться.

Я завёлся, что называется «с пол-оборота». Ах ты, тварь!

Не знаю, на что я среагировал больше: на хлопочущую вокруг этого куска сала Терезу, на «говнаря», на угрозу… Но кровь бросилась мне в лицо, пульс мигом подскочил, а ноги сами собой напружинились.

Ну, гад, давай!

— Парень, — долетел до меня знакомый женский голос сбоку. В тот же миг на плечо мне опустилась тяжкая длань.

Я резко обернулся.

Когда Зельда успела подойти — не заметил. А за спиной у меня естественно стоял Берджих.

— Парень, иди отсюда. По хорошему тебя прошу, — Зельда не угрожала, но при наличии такого «бодигарда» это и не требовалось. — Разве не видишь, приятель моей подруги только что бился. Не стоит снова драться.

— Да, пацан! — крикнул мне кто-то из зрителей.

Видимо заметил, что тут что-то намечается.

— Хочешь помахать кулаками, давай в круг! А вне круга только вздумай!

К этому горожанину присоединилось ещё двое-трое, и тоже предупредили, что вне круга никакого махача.

Ну, ладно…

Я на автомате бросил взгляд в лицо Зельды, сбросил с плеча руку Берджыха.

Пивчик к этому моменту уже встал. Тереза его поддерживала, но, как по мне — толстая тварь больше на жалость давил, я же вижу — стоять он мог!

Горло перехватило от злости, и не сумев ничего выдать членораздельного я зло ткнул в Пивчика пальцем, потом так же махнул в сторону ринга… и чиркнул ребром ладони себе по горлу. Пивчик надменно расхохотался.

А я предпочёл развернуться, пойти на другую сторону круга. Однако, когда я уходил, и бросил взгляд через плечо, мне показалось что Зельда как-то странно смотрит мне вслед. Словно силясь что-то вспомнить.

Потом я нашёл Гынека, тот как раз собирался выйти «помахаться». Потом я болел за Гынека, но ещё раз поставить деньги не сообразил — сознание заполонили различные планы мести толстому.

Кстати, ни Пивчика, ни Терезы, ни Зельды с Берджихом я больше не видел. Видимо проклятый водонос утащил компанию в корчму, где у него, как у члена гильдии была скидка.

Гынек выиграл, кстати — тоже четыре медяка, правда и он теперь красовался заплывшим глазом. На радостях, потащил меня в корчму, где мы и «прокутили» по паре медях каждый. В основном потратив на пиво.

Спать Гынек утащил меня к себе в сарай. Спал плохо — всю ночь за стенкой сарая слышались шаги, скрипы вёдер и даже… хотя возможно и показалось — звуки вычёрпываемого сортира.

* * *

Утром Гынек потащил на тренировку. Пока шли, я рассказал ему про своё «ноу-хау» — мешок. Правда ради того, чтоб показать пришлось тащиться по противоположному берегу до места, где я его подвесил на дерево.

— А хороша-то мысля! — оценил Гынек, когда я продемонстрировал ему работу по груше.

Я хотел было забрать мешок, но Гынек заверил, что достанет не хуже и набьёт опилками с песком — как я и рассказывал, пока пробирались по лесу.

Тренироваться вернулись к рингу, где вновь я увидел Петра. Пётр, занимавшийся опять с тем же подмастерьем из города, когда закончил оценил мою технику.

— Ты, Хлупек неплохо двигаешься. И вёрткий, опять же. Но только чтоб победить, нужен удар! — и он саданул кулаком себе по ладони. — Ты помнишь, что я тебе тогда сказал?

— А как же! — не стал разочаровывать я каменотёса.

— Вот и давай, долби без устали! А то бегая от соперника, ты его только вымотать сможешь. Но не завалить!

Вскоре бойцы ушли, мы с Гынеком остались вдвоём.

Нет, так-то Пётр прав во всём. Если взять того же Пивчика… а мне уже очень хочется его… взять и отмудохать. В кругу разумеется. Но, чтоб пробить эту тушу, мне нужно обладать просто лошадиным ударом. По корпусу вообще не вариант. По яйцам конечно сработает, но… к сожалению — запрещено. Да и «тыква» у него что каменная, видел я сколько он хороших ударов пропустил. Да, рожу ему знатно подрихтовали, а толку то!

Есть конечно вариант — апперкот в подбородок. Вариант проверенный поколениями. Впрочем, «выключить свет» Пивчику можно и прямым — он ведь не прячет «бороду», как любой, кто хоть сколько-то занимался в моё время… Вот только если б всё так было легко.

— Слушай, Гынь, — спросил приятеля, когда почти закончили. — А где можно камней найти? Таких, знаешь… — и задумался, как бы вес описать?

Ну нет у меня тут резины, нет! Надо что-то придумывать!

— Так ты б Петра спросил! — хмыкнул приятель. — Он ведь на каменоломне работает.

Мысль… Надо будет сходить… Вот только не сегодня.

Ибо сегодня меня ждёт первый урок. Можно сказать — первый раз, в первый класс!

Глава 23

Первый раз, в первый класс

После такой… негигиеничной работы,