Золотарь. Путь со дна - Игорь Чиркунов

Противник Пивчика наскакивал на того, как молодой, задиристый петух, время от времени весело комментируя на публику происходящее:

— А ну, толстый, давай станцуем! Да шустрей ты, толстый, я здесь совсем заскучал!

Время от времени он, доставал моего «земелю» хлёсткими ударами, но видимо чтоб пробить тушку Пивчика, нужно было что-нибудь помощнее. Например — бревно.

Пивчик, по всему, уже устал. Он тяжко перетаптывался, руки почти опустил и, похоже, начинал получать всё чаще и чаще. И каждый удачный удар его противника сопровождался криками радости толпы.

— Да! Давай, Коль, давай, наподдай горячих этому жирдяю!

Кстати, отметил я с удивлением, Пивчик таким уж жирдяем не выглядел. Мощные плечи, мощные руки… Да, на атлета он не походил, и слой жирка поднакопил, но видимо работа водоноса, да ещё с хорошим питанием — я вспомнил про скидку их гильдиии в корчме — не прошла даром.

— О-о-о-о! — прокатился гул по толпе — Пивчик как косой махнул своей правой «граблей», но его щуплый противник уклонился.

Хм, а ведь если Пивчик попадёт… Думаю щуплому и одного раза будет достаточно.

— Давай, уделай его! — проорал мне чуть ли не на ухо приличного вида горожанин, в довольно хорошей, крашеной котте, из-под которой выглядывала расшитая рубаха. Шапку свою — войлочный пирожок — горожанин зажал в кулаке и размахивал над собой. — Уделай жирдяя, он уже спёкся!

Хм…

— А, спорим? — я толкнул горожанина в бок. — Спорим, этот жирный одолеет этого тощего?

— Что⁈ — горожанин отвлёкся от происходящего в кругу, посмотрел на меня как на идиота. — Уделает? Да твой жирный уже труп!

— А я уверен, жирный выиграет, — настойчиво проговорил я.

— От дохлой свиньи уши он выиграет, — расхохотался мне в лицо горожанин и толкнул в бок другого, что так же болел за щуплого бойца. — Слышь, кум. Этот пацан говорит, что жирный выиграет!

— Ха-ха-ха, — зашёлся смехом «кум». — Он даже бить не умеет! Ещё чуть, и он сам ляжет.

Ну, вообще-то, мелькнула мысль, Пивчик дышит тяжко, но признаков что он на грани никаких. Уверен, он так ещё полчаса минимум проходит, а вот его противник, скача вокруг, уже пару раз спотыкался и даже разок чуть не упал из-за подвернувшейся ноги. Думаю, хождение с вёдрами целый день развило просто тракторную выносливость у Пивчика.

— А спорим на медяк, что жирный выиграет? — прищурился я.

— На медяк? Ха! — хохотнул первый горожанин. — Пацан, у тебя деньги-то есть⁈

— Есть, — я вытряхнул из кошеля оставшиеся четыре монетки.

— Смотри, какой богатый… — ухмыльнулся горожанин, и толкнул «кума». — Слышь? Пацан мне денег за просто так дать хочет!

— Да ну? — тут же обернулся к нам «кум».

— Это, если ваш тощий уложит жирдяя, — с нажимом проговорил я, сжав монеты в кулаке. — А если жирдяй уложит тощего…

— А давай! — подхватился «кум», характерным жестом нащупывая на поясе кошель.

— Смотри, — проговори я, — если тощий победит, я тебе монету…

— Давай и мне тогда! — вклинился горожанин.

— Хорошо, — кивнул я, — если тощий победит, я вам монету. Сами потом разберётесь, как делить…

— Э-э-э, не-е-е… — протянул кум, — давай тогда две монеты.

— Хорошо, — снова кивнул я, — с меня две монеты, если победит тощий. А если жирный, с вас. Тоже по две.

Первый горожанин хотел что-то сказать, но азартный кум успел раньше:

— Давай!

Я пересыпал монетки в левую руку, протянул правую для рукопожатия:

— Уговор?

— Уговор! — пожали мне по очереди кум с горожанином.

А на ринге продолжался бой, и Пивчик снова поймал «двоечку» прямо по лицу. Но только головой потряс, как бык, и стал вновь неспешно наступать на противника, который — вот кстати! — уже не так бодро скакал вокруг.

— Слышь, пацан, — толкнул меня только что закончивший восторженно орать горожанин, — давай деньги. Твоему толстому хана.

— Погоди, — усмехнулся я, — он ещё не лёг!

Пивчик действительно выглядел ахово: он тяжело, с сипением дышал, кулаки опустил уже до уровня пояса, на скуле и под обоими глазами багровели гематомы, а левый так вообще стал заплывать.

Но он двигался как и раньше — так же неторопливо переминался с ноги на ногу, так же неспешно пёр вперёд словно бульдозер, а вот противник его начал спотыкаться всё чаще и чаще. От ещё пары взмахов Пивчиковских рук он уклонился, но один раз чуть не потерял равновесие. Руки и у него начали опускаться. И он всё реже атаковал. И главное — перестал зубоскалить!

— Давай, Коль, кончай с ним! — выкрикнул «кум»…

Бам-ц!..

И противник Пивчика, наконец-то, не сумел увернуться!

Ног тощего я не видел, и поручиться что тот от удара не подлетел, как герой Бреда Питта в известном фильме, не смог бы. В любом случае, эффект был — словно тощий боец попал под грузовик! Он тряпичной куклой отлетел почти что к краю круга, к ногам болельщиков, и по всему — отключился.

Секунду над рингом стояла тишина. Ещё бы, ведь большинство зрителей были уверены — Пивчик вот-вот проиграет, и тут такое. А потому зрители взорвались воплями, крикам, улюлюканьем, свистом — да всем, чем можно в поддержку выигравшего.

— Ну, что? — я несильно толкнул в бок кричащего и свистящего горожанина. — Хана моему толстому?

— А? Что? — не сразу сообразил тот. — А, эт ты…

Но тут меня в плечо довольно грубо толкнул «кум».

— Ну чё, пацан? — с полсекунды слегка прищурившись вглядывался он мне в лицо. И вдруг расплылся в улыбке. — Как ты угадал-то? Ведь настоящий телок… А глядишь ты, уделал!

Затем он тут же полез в кошель, вытащил пару медяков:

— На, держи! Уговор есть уговор! Эх, давно так кровь не бурлила, — толкнул он плечом своего знакомца-горожанина. — И ты давай, раскошеливайся, пацан честно выиграл!

Став богаче на четыре медяка, я выбрался из толпы, надо было в конце концов и Гынека найти. Но нашёл я Пивчика.

Тот сидел в сторонке, прямо на земле, расставив босые ноги и всё ещё тяжко дыша, а вокруг… Вокруг него так и суетилась