Золотарь. Путь со дна - Игорь Чиркунов
Ноги у меня болтались снизу как у тряпичной куклы и больше волочились чем переступали.
— Мд-а, непруха, — так же негромко согласился левый и посетовал, — слишком от души ты его приложил.
— Да кто ж знал, что он такой хлипкий? — продребезжал правый, и предложил: — Может бросим? Кошель у нас…
— Нельзя, — с сожалением отозвался левый. — Тибо велел наказать, чтоб впредь неповадно было.
Ног я почти не чувствовал, но, судя по медленно смещающимся за спину домам, мы всё-таки двигались. Как раз к площади… Или к нижним воротам?
С трудом, словно сквозь чащу, продралась мысль — выведут за ворота и хана…
— Точняк не успеем, — опять сказал правый и тряхнул меня хорошенько, — шагай ты, гад!
Вот вам всем, хрен! Здесь бросайте!
Но у моих «опекунов» явно были другие планы:
— Тогда, знаешь что? За лавкой портного есть подходящий проход. Давай туда.
— Это где старые курьи клети свалены? А ты голова!..
Знаю я тот проход — он как раз между лавкой купца Тобиаса и потного. И там реально тесно — кто-то свалил старые пустые клетки. И там почти никто не ходит…
— … И найдут не сразу…
— Ага. По запаху! — вновь развеселился левый. — Давай, давай паныч, ходи шибче! Тут чутка осталось… И ляжешь… Баиньки! — чуть ли не заржал он.
Как меня будут убивать? Да, скорее всего, ткнут ножом куда-нибудь в печень и бросят. Может ещё раз по голове приласкают, чтоб наверняка отключился.
Но осознание того, что возможно это мои последние шаги, подстегнуло соображалку.
Дома́ Тобиаса и портного реально близко поставлены — там втроём никак… Так что кто-то должен будет отпустить… А у меня под рубахой нож — резану того, кто подвернется и — ноги! С воплями: «Спасите, убивают!»
Справиться самостоятельно я и не рассчитывал — я ж не «крутой попаданец» из влажных фантазий. Тут жизнь средневековая и вполне прозаичная, где с одной стороны не до конца восстановившийся после месячной голодовки пацан, с сильнейшим сотрясом, а с другой — два привычных к «кровопусканию» амбала.
Не-е-е. Только бежать что есть мочи к людям. Вряд ли они в городе пришлые, на глазах горожан убивать поостерегутся. А там посмотрим, мне б время выиграть…
— Приспичило что ль? — вдруг громко спросил правый. — Будь ты человеком, не на улице же! Пойдём-ка, да хоть вон, на задний двор!
И довольно чувствительно толкнул меня к проходу.
К этому моменту мне удалось сфокусировать глаза, и даже ноги наконец я почувствовал. Проулок меж домами перестал выглядеть как наплывающее на меня тёмное пятно: оформились стены, я разглядел клетки, что почти перегораживали проход, и где-то далеко впереди замаячил выход.
Шаг, шаг… Ноги слушались всё лучше…
До проулка оставалось совсем чуть-чуть. Я расслабил правую руку давая кровообращению восстановить работу мышц, чувствуя, что второй «опекун» её почти не контролирует — видимо всё внимание переключилось на отслеживание окружающей обстановки.
Сейчас, как только шагнём внутрь…
Резать меня будут не прям при входе. Доволокут до клеток, чтоб тушку между ними пристроить. А это ещё шагов пять-шесть…
Как вырву руку, сразу под рубаху… Нож висит рукоятью как раз под правую. Одно движение — клинок из ножен, и резко влево, в брюхо первому. Раза три ткнуть и ломиться. Не думаю, что дадут дольше времени, ребята точно не вчера на эту работу подрядились.
Шаг, шаг… Из-под низко наклонённой головы я смотрел как приближается проход…
Всё! Левый подался чуть вперёд, правый же, не отпуская меня, сместился назад, заводя руку мне за спину. Но хватка ослабла ещё…
Ну⁈
Глава 19
Медведь
Прим. от автора.
Я нашёл аутентичный сленг богемского криминалитета на эпоху. Но адаптировать так, чтоб было понятно без подстрочника не смог. Поэтому в книге «феня» несколько осовремененная.
— Стопари, тихони! — резанул окрик сзади. Одновременно, впереди в проходе мелькнула ещё одна фигура.
Тот громила, что был слева, ослабил хватку, правый же, вообще, отпустил мою руку.
Осматриваться или раздумывать над происходящим не стал! В тот же момент, как хватка на правой руке исчезла, я с короткого размаха засадил кулаком левому «опекуну» в печень. И ещё раз, для верности, размахнувшись посильнее и даже постаравшись вложить в удар вес тела.
И рванул вперёд.
Ноги слушались плохо, координация до конца не восстановилась, поэтому, отбежав десяток шагов, я запнулся, еле-еле удержавшись на ногах. Наконец-то вспомнил о ноже, запоздало выхватил и развернулся — раз бежать не получалось.
Никто меня не нагонял!
Оставшимся на месте громилам было не до меня. Тот, кому я пробил печёнку, сейчас согнулся и хватал ртом воздух. Второй, наполовину скрытый пострадавшим, медленно отступал вглубь проулка, почему-то спиной вперёд.
В этот момент я наконец-то вспомнил, что видел впереди какую-то фигуру. И этот противник сейчас должен был быть у меня за спиной!
Пока, со стороны улицы непосредственной опасности не наблюдалось, я вновь крутанулся на сто восемьдесят градусов.
— Спок, друг! — приближавшийся молодой мужик лет двадцати примирительно выставил вперёд пустые раскрытые ладони. Был он небольшого роста, худощавый, с простодушным лицом, одетый как типичный подмастерье. — Ты Хлупо?
Я слабо кивнул, не опуская выставленного ножа.
— Я Мирч, брат Птахи… — пояснил он мне и попросил, делая успокоительные пассы руками, — Убери пыряло всё норм, друг.
— Чё за Птаха?
— Так друже твой, со Скальборга… Ты его на это дело подряжал.
— Гынека? — с соображалкой тоже было худо, мозги еле ворочались, но я догадался, про кого могла идти речь. — Ты его брат? Чем докажешь?
Меня шатало и мутило, и на ногах я держался из последних сил. С планом побега от головорезов я явно погорячился.
— Сам посмотри, — показал он мне за спину.
Ага, ага! В каждом втором фильме в моём прошлом такие трюки демонстрировали.
— Гыня? — крикнул я через плечо, не опуская ножа и не выпуская из виду назвавшегося Мирчем. Вернее, попробовал крикнуть, получилось плохо.
— Тут я-то, Хлуп, тут, — долетел такой знакомый голос сзади. — Ты-то погодь, чутка, ща-то порешаем…
Мирч расплылся в радостной улыбке, разводя руками, словно говоря: «Ну, я же говорил?»
Рука с ножом опустилась словно сама, стенки проулка покачнулись. Чтоб не упасть, я оперся о стенку дома и обернулся посмотреть, что там сзади.
