Я отменяю казнь - Валерия Войнова
— Получи! — выдохнула я.
Я не стала напитывать артефакт — он и так фонил нестабильностью. Я просто с размаху швырнула серый шар под ноги магу.
Сфера ударилась о брусчатку. Трещина лопнула.
Звука как такового не было. Был удар. Невидимая волна, от которой заныли зубы, а в голове словно взорвалась стеклянная банка. Мир качнуло.
Маг захлебнулся вдохом. Он дернулся, словно его ударили дубиной по затылку, и схватился обеими руками за уши. Его рот раскрылся в немом крике — сфера била по нервам, разрывая связь разума с телом.
Его концентрация рухнула.
А магия не прощает ошибок. Огненный шар, который он держал, потерял поводок воли. Он не полетел в меня. Он просто перестал быть заклинанием и стал стихией.
Пламя, сжатое в тугой комок, рвануло прямо в руках своего создателя.
Вспышка была короткой, глухой и страшной. Маг вспыхнул, как промасленная ветошь. Он даже не успел закричать — огонь вошел ему в глотку вместе с воздухом.
Я отползла назад, закрываясь рукой от жара. Меня мутило от вибрации сферы, которая продолжала фонить, сводя с ума.
И в этот самый момент, словно на свет этого живого факела, с обоих концов улицы раздался топот десятков кованых сапог и зычный рев:
— Именем Казначейства! Всем стоять! Бросай оружие!
Фискальная Гвардия. Они пришли за своим золотом.
Я вжалась в грязную, склизкую стену дома, пытаясь стать меньше. Колесо кареты прикрывало меня от арбалетных болтов, но не от звуков.
Кожевенный проезд превратился в скотобойню.
Звон стали о сталь был таким частым, что сливался в единый визг. Наемники Варгаса, поняв, что попали в клещи, дрались с обреченностью смертников. Фискалы давили числом и жадностью. Крики раненых, хруст костей, тяжелый топот — всё это тонуло в сладковатом, тошнотворном запахе паленого мяса.
Это догорал маг.
Я осторожно выглянула. Фискалы давили числом. Их было десятка два — в черно-желтых мундирах, злые, жадные до чужого золота. Они окружили пятерых наемников Варгаса плотным кольцом алебард.
— Сдавайтесь, твари! — ревел капитан фискалов, грузный мужчина с багровым от натуги лицом. — Кошельки на землю, мордой в грязь!
Наемники не сдавались. Они дрались молча, страшно, понимая, что пощады не будет.
Внезапно одна из теней отделилась от группы обороняющихся. Швырнула под ноги наступающим горсть какой-то серой пыли — стражники закашлялись, закрывая лица руками, — и, воспользовавшись заминкой, рванул не в атаку, а в сторону. Прыжок на кучу ящиков, рывок на забор — и его силуэт растворился в темноте соседнего двора.
Крыса сбежала.
«Ушел, — с холодной злостью отметила я. — Значит, придется ловить его позже».
Но у осташихся людей такой возможности не было. Фискалы смяли их, повалили в грязь, выкручивая руки.
— Вязать! — орал капитан. — Живьем брать! Я вытрясу из них, где остальное!
Я видела лицо одного из наемников, которого прижали коленом к брусчатке. С него сорвали маску. Обычное, грубое лицо. Но в глазах не было страха перед тюрьмой. В них была фанатичная, ледяная пустота.
Его губы шевельнулись. Беззвучно.
В ту же секунду на его шее, вздувшись черным рубцом, вспыхнула вязь татуировки.
— Магия! — взвизгнул кто-то из фискалов, отскакивая. — Берегись!
Это был не взрыв. Это было хуже.
Тело наемника выгнулось неестественной дугой, послышался влажный хруст ломаемых костей. Из рта, носа, даже из глаз хлынула черная, вязкая пена. Через мгновение он обмяк, превратившись в груду мяса.
То же самое происходило с остальными. Один за другим, повинуясь страшной Клятве Крови, они убивали себя, чтобы не выдать Хозяина.
— Проклятье! — Капитан с отвращением пнул дергающийся труп. — Обыскать! Перевернуть всё! Если они сдохли, значит, везли что-то, что дороже жизни!
Солдаты начали вспарывать ножоми седельные сумки на лошадях и, борясь с подкатывающими приступами рвоты, одежду убитых. Обшаривали внутренности кареты.
В этот момент мою руку стиснули железные пальцы. Я дернулась, чуть не вскрикнув, занося стилет для удара.
— Тихо. Это я.
Голос был хриплым, с присвистом.
Ривен.
Он выглядел жутко. Лицо перемазано сажей и кровью, кожаная куртка на груди рассечена, из прорехи виднелась пропитанная алым рубаха. Он тяжело дышал, и я чувствовала, как его рука дрожит от напряжения.
— Зацепили? — одними губами спросила я.
— Арбалетный болт. Плечо, — выдохнул он. — Глубоко. Но идти могу. Уходим, госпожа. Пока они заняты.
Мы сделали шаг назад, в спасительную тень проулка… и наткнулись на луч масляного фонаря.
Свет ударил в глаза, ослепляя.
— Стоять! — рявкнул молодой лейтенант фискалов, вынырнувший из темноты. Арбалет в его руках смотрел Ривену в грудь. — Капитан! Тут еще двое! Свидетели!
Ривен напрягся. Его здоровая рука скользнула к поясу, к ножу. Я видела его глаза — сузившиеся, злые. Он был готов убить лейтенанта, даже ценой своей жизни. Если он ударит — мы преступники. Нас убьют на месте. Я сжала его запястье, впиваясь ногтями в кожу. «Не смей». Я набрала в грудь воздуха, заставляя слезы течь сильнее, и выпустила наружу истеричку, которую прятала внутри. Это был мой выход. Сцена была готова, зрители на местах.
Я шагнула в круг света. Растрепанная, в дорогом, но испачканном грязью дорожном платье, с размазанной по щеке сажей. Волосы выбились из прически. Я выглядела жалко. И я использовала это.
— Офицер! — мой голос сорвался на визг, от которого заложило уши. — О, слава богам! Вы нас спасли!
Я бросилась к подошедшему Капитану, спотыкаясь и чуть не падая. Вцепилась в рукав его мундира грязными пальцами.
— Эти звери! — я рыдала, и слезы текли по-настоящему — откат от использования интенции, артефактов и пережитого ужаса накрыл меня волной. — Они напали на мою карету! Они хотели меня похитить! Я думала, это конец!
Капитан опешил. Он ожидал увидеть подельницу бандитов, «боевую подругу» с ножом, а увидел истеричную аристократку.
— Леди? — он нахмурился, пытаясь отцепить мои руки. — Вы кто? Что вы здесь делаете?
— Я Лиада Вессант! Дочь графа Вессанта! — я выкрикнула имя так, словно это было заклинание защиты. — Я ехала от модистки… Я велела кучеру срезать путь, я так спешила… О боги, какой ужас! Трупы! Кровь!
Лицо Капитана вытянулось. Вессант. Дочь того самого графа, который сейчас ворочает миллионами. Может получиться взять «премию» за её спасение?
— Леди Вессант? — переспросил он, косясь на моё платье и стремясь оценить его. — Нам придется составить протокол… Вам нужно проехать в участок для дачи показаний… Вы свидетель …
— Нет! — я вцепилась в него еще сильнее, буквально повисая на его руке. — Какой
