Колдовской вереск - Анна Лерн
– Господи… Я ничего не понимаю… – Торнтон затряс головой, а потом хмуро уставился на меня. – Белла, что вы говорите?
– Просто поверьте мне! – взмолилась я. – У нас нет времени! Сидх причинит ей зло!
– Мы отправляемся туда, – заявил Рэналф и хлопнул Торнтона по плечу. – Кто бы это ни был, он поплатится за преступление.
– На лошадях будет быстрее, – кивнул граф, не сводя с меня прищуренного, подозрительного взгляда. – Будьте в замке, Белла. Это не просьба, а приказ. Вам ясно?
Я не успела ответить, из темноты показалась крупная фигура Кайдена.
– Я еду с вами.
– Как ты здесь оказался? – Рэналф широко улыбнулся другу.
– Увидел, что вы помчались сюда, как будто за вами гнались все демоны ада… – протянул кузен графа. – И сразу понял, что что-то произошло. Я так понимаю, с Гвен Огилви случилась беда?
– Да, возможно, она в аббатстве Гринроуз, – ответил Торнтон. – Не будем терять времени.
Перед тем как уйти, он посмотрел на меня грозным взглядом, еще раз давая понять, чтобы я не вздумала самовольничать.
Но у меня перед глазами стоял страшный сон, в котором мой муж погибает. Как я должна была поступить?
* * *
Сидх тащил обездвиженную магией девушку. Чем ближе они подходили к руинам аббатства, тем сильнее в нем разгорались безумные чувства. Он не только вернет мать к жизни, но и убьет всех, кто населяет эти земли! Его месть станет наукой и вечным страхом для остальных. О нем будут слагать легенды. Его имя будут произносить только шепотом и пугать им детей. Колдун захохотал, подняв голову к небу, в котором появилась бледная луна, окутанная дымкой. Ночь Самайна набирала силу, так нужную ему.
– Скоро, совсем скоро, милая Белла, ты попадешь в небытие…
Сидх резко поднял лицо девушки. С ее головы упала бархатная шапочка вместе с прозрачной накидкой, скрывающей волосы. Это была не Арабелла Макнотен!
Ослепленный своими мечтами, он даже не обратил внимания на этот предмет туалета. Ведь волосы графини стягивала лента, и никаких шапочек на ней не было! О черт! Его сбили с толку эта проклятая шаль и такая близкая победа!
Сидх зарычал, замахиваясь, чтобы ударить девушку, но его рука замерла на полпути. Нет… зачем же избавляться от последнего шанса оживить мать? Пусть она вселится в тело этой девицы, а потом они вместе решат, что делать дальше. Да! Нельзя терять драгоценное время, когда силы из потустороннего мира могут помочь! Они блуждали рядом, колдун чувствовал их энергию…
– Пойдем! – Он потащил свою жертву дальше. – Я позабочусь о тебе!
Сидх снова мерзко захохотал, сжимая руку бедняжки с такой силой, что она тихо постанывала от боли.
Когда перед ним во всей своей мрачной красе появились руины Гринроуз, колдун пошел еще быстрее. Ему не терпелось начать ритуал. Он боялся, что кто-то может помешать ему…
Швырнув девушку на могильный камень, Сидх связал ей руки и ноги, начертил вокруг нее ножом круг и зажег несколько свечей из человеческого жира. Колдун разложил рядом вещи, раньше принадлежавшие Тристе, несколько летучих мышей, а еще волчье сердце, которое он достал из животного сегодня утром.
Пора.
* * *
Я словно в тумане вернулась в зал, подошла к тетушкам, что-то говорила им, натянуто улыбаясь. Мне нужно было сделать вид, что ничего не происходит.
Потом я поднялась к себе, взяла плащ и, стараясь не обращать на себя внимания, выскользнула из замка. Во дворе тоже праздновали с танцами и вином те, кому был не страшен ночной холод, поэтому мне не составило труда пробраться незамеченной к конюшням. Ездить верхом я не умела и решила взять с собой конюха, главное, чтобы хоть кто-то из них оказался не сильно пьян.
– Арабелла! – раздался за моей спиной звонкий голос. – Постой!
Я резко обернулась, и с удивлением обнаружила, что в метре от меня стоит Айлин.
– Да… Что случилось? – Я постаралась сделать невинное лицо. – Зачем ты здесь?
– Затем, что и ты. – Девушка подошла ближе. – Я видела, что после того, как мужчины побывали в саду, они покинули замок. А теперь и ты куда-то собралась. Что с Гвен?
Я тяжело вздохнула, понимая, что мне не отвертеться. Да и времени на это не было.
Выслушав меня, Айлин молча оседлала первую попавшуюся лошадь и ловко запрыгнула в седло.
– Становись в стремя и садись позади меня. – Она выглядела такой уверенной, что, не сомневаясь ни минуты, я сделала так, как она велела.
Ветер разыгрался не на шутку. Его ледяные порывы били в лицо, отчего слезились глаза, волосы спутались в какое-то подобие гнезда, но меня это мало заботило. Я должна была спасти мужа. Когда под светом луны показались руины аббатства, моя душа рухнула вниз. Голубоватые вспышки появлялись то тут, то там. Одна из них влетела в дерево, и оно моментально загорелось каким-то мистическим, потусторонним пламенем.
– Торнтон! – закричала супругу и, почти свалившись с лошади, побежала вверх по холму. – Я иду, Торнтон!
Задыхаясь, я, наконец, выбралась на вершину. Картина, представшая перед моими глазами, была ужасающей… Окрестности аббатства светились призрачным светом, в котором все было видно как днем. Ни Торнтона, ни Рэналфа… Лишь Кайден в одной рубахе с обнаженным мечом. Его плащ валялся рядом и на него медленно падали первые снежинки… На могильном камне лежала связанная по ногам и рукам Гвен, а рядом, широко расставив ноги, стоял Сидх с горящими адским пламенем глазами. В его ладонях набирали силу два энергетических шара, и он швырнул один из них прямо в Кайдена.
– Нет! – Мимо меня пролетело что-то большое и, сбив с ног мужчину, упало на него сверху. Это была Айлин! Ее рыжие волосы пылали факелом, но Кайден вовремя накрыл ее голову плащом.
Колдун увидел меня, и на его лице появилась мерзкая ухмылка:
– Как хорошо, что ты пришла, Арабелла… Теперь у меня есть выбор…
– Ничего у тебя нет, и не будет. – Я встала перед ним, готовая на все. Где-то в глубине меня поднималась волна отчаяния. В эту ночь Сидх был силен как никогда.
– А это мы сейчас проверим… – прошипел он, замахиваясь в меня энергетическим шаром. – Как тебе это, Белла?
Но вдруг он резко обернулся и швырнул его в осторожно приближающегося к нему Торнтона. Я закричала, а муж отлетел назад и ударился спиной о каменную стену. Колдун посмотрел на меня насмешливым взглядом.
– Давай-ка ты лучше посмотришь, как умирает твой драгоценный супруг…
Он начертил в воздухе какой-то знак, и я застыла. Тело налилось свинцом, руки повисли
