Обманщик Империи 2 - Ник Фабер
Уже заходя в лифт, я почувствовал вибрацию телефона в кармане пиджака. Достал его и ответил.
— Да?
— Где ты сейчас? — сразу с ходу спросила Жанна.
— Вернулся на квартиру Измайлова, — ответил я, заходя в кабину лифта и нажимая на кнопку нужного этажа. — Что-то случилось? Игнатьев заметил, что ты…
— Нет! — нервно перебила она меня. — То есть да, случилось. Это не связано с Игнатьевым. Тот номер, который я отслеживала, появился в сети!
Едва только она произнесла это, как на меня накатила волна адреналина. Сейчас она могла говорить только об одном номере телефона. Том, что был связан с посредником, которому тот громила со своими дружками передал Дмитрия.
— Так, — медленно произнёс я, размышляя о том, что делать дальше. — Мне нужно немного времени, чтобы переодеться. Ты знаешь, где он сейчас находится?
— На юге Иркутска. Я за ним слежу, но если он выключится, то…
— Понял. Постараюсь побыстрее.
Заниматься этим вопросом в деловом костюме, в котором Измайлов ходил на работу, — не самая лучшая идея.
— Я перезвоню тебе, — сказал я, выходя из лифта и на ходу доставая ключи от двери.
— Давай. Буду ждать. Только поторопись.
Дважды меня уговаривать не нужно было. Убрав телефон в карман, я направился к двери. Даже успел вставить ключ в замок, но вот открыть так и не смог. Из-за поворота в конце коридора вышли двое мужчин в тёмных костюмах и направились прямо в мою сторону.
— Добрый вечер, — поздоровался один из них, заставив меня ощутимо напрячься. — Позвольте узнать, кто вы такой?
— Я хотел бы задать встречный вопрос, — сказал я, так и замерев со вставленным в замок ключом.
— Это не ваша квартира, — резонно заметил второй, указав на дверь.
Спорить с ним я не стал.
— Да. Это квартира моего начальника.
Оба мужика переглянулись.
— Алексей Романович Измайлов — ваш начальник? — уточнил один из них, и я кивнул.
— Да. Он работает…
— Мы знаем, где и кем он работает, — перебил меня второй и, прежде чем я даже дёрнуться успел, сунул мне под нос чёрное удостоверение. — Отдел внутренних расследований Имперского следственного департамента. Боюсь, что вам придётся пройти с нами и ответить на несколько вопросов…
Глава 24
Прошло уже несколько часов после того, как над Нефритовым дворцом опустилось солнце. Его яркие лучи больше не освещали построенный в самом центре китайской столицы огромный дворцовый комплекс, который по праву называли самым большим и впечатляющим во всём мире. Точно так же, как Великая Китайская стена, окружающая и защищающая практически всё Царство, являлась символом древней нерушимой воли и силы, так и Нефритовый дворец представлял собой символ. Символ непоколебимости власти китайского императорского рода.
У каждого человека, кто мог сейчас взглянуть на освещённый мириадами прожекторов дворец китайского императора, в душе должно было родиться ощущение гордости и причастности к этому самому величию…
Но Чень Луньвэй не испытывал ничего подобного. Всё, что он чувствовал лёжа на постели и глядя на дворец через стекло своей спальни, — одно лишь раздражение. Раздражение от одного только взгляда на огромное и помпезное жилище этого малолетнего сопляка, доставшееся нынешнему молодому императору не за его заслуги, а по праву родства.
Всего лишь поганого родства…
Одна только эта мысль вызывала у Луньвэя, которого называли Третьим Великим Драконом Завета, Тяньлунем, злость. Ярость настолько глубокую и всеобъемлющую, от которой его старое и немощное тело начинало дрожать столь сильно, что окружающие могли решить, будто он бьётся в старческих конвульсиях. Что, впрочем, порой было не так уж и далеко от правды…
— Господин, позвольте я поменяю…
— Закрой пасть! — хрипло рявкнул лежащий на постели старик и наотмашь ударил красивую служанку по лицу.
Морщинистая, покрытая старческими пятнами ладонь встретилась с её лицом, и девушка с болезненным криком рухнула на пол, уронив подкладное судно, которое всего несколько секунд назад она хотела подложить в постель своего господина.
Конечно же, старик, чей возраст уже перешагнул за сотню лет, вряд ли мог хоть сколько-то сильно ударить даже хрупкую на вид девушку. Но она решила, что лучше уж продемонстрировать боль и потрясение от едва ощутимой пощёчины, чем проявить неуважение. Последнюю служанку, которая не обратила внимания на подобное и тем самым унизила старого дракона, не признав его силу… Участь её была столь ужасна, что служанка без раздумий схватилась за лицо и бросилась на пол с громким болезненным стоном.
— Ван! — хрипло рявкнул старик в сторону двери. — Ва…
Его голос оборвался, сменившись хриплым болезненным кашлем. Со стороны казалось, что один только этот приступ высосал из старика все его силы.
Дверь в спальню открылась, и внутрь вошёл высокий китаец. Если бы кто-то сейчас взглянул на него и на фотографии старого дракона в молодости, то он бы поразился тому, насколько удивительно похожи они были.
Но узкий круг посвящённых знал правду о том, что сорокатрёхлетний Коготь приходился сыном лежащему на постели дряхлому старику.
Посмотрев на скорчившуюся у постели служанку и моментально поняв, что никакой боли она не испытывает, он тяжело вздохнул и указал ей на дверь.
— Оставь нас.
— Д… да, господин. Как… как прикажете.
Она уже собралась метнуться к двери, когда он одной рукой остановил её в тот момент, когда служанка собиралась скользнуть мимо него.
— Оставь это, — негромко произнёс он, забирая у неё судно.
Когда дверь закрылась, Ван подошёл к постели и поднял одеяло.
— Не нужно, — рявкнул лежащий на постели старик. — Я могу сам…
— Не можешь, — ровным голосом ответил Ван, подкладывая судно так, чтобы его отец мог наконец сходить в туалет.
Когда с процедурой было покончено, Чень тяжело вздохнул, старательно подавляя рвущееся наружу раздражение. Не оттого, что сын поправил ему подушку, а оттого, что сам не мог этого сделать.
— Их нашли? — хрипло спросил старик, но, как и каждый раз, когда он задавал этот вопрос в последние недели, Ван покачал головой.
— Нет. И наши люди перестали отвечать. Совсем. Я боюсь, что…
— ЗНАЧИТ, ПОШЛИ ЕЩЁ! — заорал старый дракон, и в этом крике было столько ярости и силы, что на мгновение Ван вспомнил своего отца совсем другим человеком.
Не этим дряхлым, немощным стариком, что сейчас лежал на постели и срал под себя, не способный дойти до туалета. Не его новой версией, которая благодаря молодому телу творила бесчинства, трахая служанок и
