Поцелуй смерти - Александра Шервинская

– Да вот, – я присел на кочку, спугнув пару крупных лягушек и одну змею, – пришёл к вам с выгодным предложением.

– Нам ничего не нужно, – прошипел старик, но тут рядом с ним появилось ещё несколько теней.

– Ты, Севостьян, за себя говори, – с неприязнью посмотрев на того, кто вылез первым, проговорила тень высокого парня, который умудрился сохранить даже подобие человеческого облика. Такое редко, но случается, видимо, крепко за жизнь цеплялся, да и силы много изначально у него оказалось.

– Зачем ты пришёл, некромант?

– Да вот хотел узнать, не надоело ли вам тут в болоте с лягушками воевать, – равнодушно глядя на него, ответил я, – если вас всё устраивает, то посижу немного, воздухом подышу да и пойду обратно.

– Чего спрашиваешь, – качнулась ещё одна тень, – сам знаешь, что плохо нам здесь. Ты пришёл нас уничтожить, да? Не знаю, как другие, а я и сопротивляться не буду, опостылело мне тут.

– Зачем же сразу уничтожать? У меня есть предложение получше, – я внимательно окинул взглядом приличную такую толпу призраков, – хочу предложить вам сделку.

Через полчаса я попрощался с будущими обитателями пока ещё заброшенного погоста в Зареченске и вернулся к машине. Как и предполагал Погостник, обитатели бывшего кладбища деревни Пушники готовы были практически на всё ради возможности обрести некую, пусть и иллюзорную, определённость. И кладбище с его порядком и Хозяином – который, правда, пока не в курсе того, какой социальный лифт я ему приготовил – вполне вписывалось в эту картину.

Нашёлся, кстати, среди мертвецов и совсем свежий, недавно прибившийся к основному, так сказать, коллективу: им оказался невезучий мужик, которого Мари наняла обустроить подвал. Последние минуты своей жизни он помнил плохо, но про погреб рассказал всё подробно, и его рассказ лишь подтвердил мои догадки.

– Поехали к Шаме, – сказал я Ванге, который успел вздремнуть и теперь заразительно зевал, – мы ещё сможем часиков пять-шесть поспать, а утром позавтракаем очередными умопомрачительными вкусняшками и поедем за парнями.

Глава 29

– А теперь немного толчёного чернокорня, – бормотал дед Синегорский, неспешно помешивая в медном котелке на удивление вонючее варево, – так, ещё немножко… так… отлично… а теперь тишина!

Мы, все те, кто был в лаборатории, послушно замолчали, потому как мешать травнику, накладывающему заговор на готовое зелье – это очень и очень рискованное дело. Одно неверно произнесённое слово – и всё, надо начинать с самого начала. В других обстоятельствах оно было бы и не страшно: ингредиенты есть, характер у Фрола Дормидонтовича вспыльчивый, но отходчивый, так что можно было бы… Но у нас категорически не было времени на повтор всех манипуляций, поэтому мы трое – Сава, Ванга и я – послушно заткнулись и сделали вид, что нас вообще тут нет.

Мерзкого вида жижа, булькающая в котелке, пыхнула, выдала здоровенный пузырь, который с громким «чпок» лопнул, и Синегорский быстро проговорил что-то, больше всего напоминающее набор непонятных слов. Какое-то время ничего не происходило, а потом бурда стремительно поменяла цвет с грязно-болотного на серебристый.

– Готово, – довольно сообщил нам травник, – моя разработка, личная, так сказать, эксклюзивная. Полчаса это зелье тебя точно удержит, Сава, ну а больше тебе и не потребуется, я правильно понимаю, Антон?

– Абсолютно так, Фрол Дормидонтович, – подтвердил я, – примите моё искреннее восхищение. Вы настоящий кудесник! За неполные три часа сотворить «якорь» такой силы – это почти за гранью.

– Ну так одно дело делаем, – отмахнулся травник, но по голосу было понятно, что похвала ему приятна.

Я оглядел своё воинство и вздохнул: чем ближе был так называемый «час Х», тем сильнее мне хотелось, чтобы время остановилось. Во мне боролись два примерно одинаково сильных чувства: с одной стороны я жаждал наконец-то закрыть вопрос с Мари, чтобы эта мерзавка перестала топтать землю и творить свои беззакония. Я сам, конечно, далеко не ангел, но берега стараюсь видеть. С другой стороны, я привык рисковать только собой, а здесь впутанными в войну оказались люди, которые не были для меня разменной монетой. И Егор, и Сава, и Ванга – всех их втянул в наши с ведьмой разборки именно я, и мне потом жить с чувством вины, если с ними что-нибудь случится. Значит, нужно постараться сделать так, чтобы они уцелели, и я вроде бы продумал все риски, но всего не предусмотришь.

– А как мы узнаем, что началось?

Ванга говорил очень тихо, но я всё равно услышал и ответил:

– Так как Егору нужно будет оказаться рядом с Кромкой, то я неизбежно почувствую, что нить его жизни опасно натянулась. Так как для того, чтобы пройти туда, куда Мари нужно, потребуется соблюдение многих условий, из подвала, экранирующего любую магию, они выйдут, у них просто выбора не будет. Далеко не уйдут, да это и не надо. Все помнят, что и как?

Мои… друзья… как бы странно ни звучало это слово из уст некроманта, дружно кивнули, мол, да, босс, всё помним, замерли на низком старте.

– Сава, тебе, пожалуй, придётся тяжелее всех, – я повернулся к на удивление спокойному пограничнику, – как только я уйду, глотаешь зелье и отправляешься на Кромку. Делаешь ровно шесть шагов от того места, куда попадёшь, и стоишь намертво, как бы двусмысленно это ни звучало. От тебя будет во многом зависеть, насколько сложно мне будет вернуться. Есть у пограничников такой дар: удерживать границу между миром живых и миром мёртвых, хотя они им и не пользуются. Зелье увеличит именно эту сторону твоего дара. Ни на что не реагируешь, никуда не бросаешься, что бы ни происходило. Это очень важно, Сава! Даже если тебе покажется, про мне или Егору нужна помощь, что мы исчезаем, растворяемся, уходим за Кромку, стоишь и держишь границу. Мари может начать угрожать, шантажировать, искушать, предлагать обмен – не реагируешь, не слушаешь, помнишь: она врёт, как дышит. Единственный, кто может там тебе приказать – это Госпожа, и здесь её слово весит больше, чем моё. Если она – и только она! – скажет «уходи», ты уйдёшь. Вопросы?

– Всё понятно, босс, – Лёха, уже привычно выбравшийся на первый план, козырнул, – дед в любой момент готов отпаивать всех, кого надо, мы с Бизоном на подхвате, Ванга страхует всех и контролирует общую безопасность. Всё нормально, все при деле. Ты за нас не переживай, Тоха, мы не подведём, зуб даю.

Я хотел что-то ответить, но внезапно почувствовал, как внутри словно образовался