Проклятие четырёх ветров - Нина Шевелинг

– Ты столкнулась с очень важным вопросом, дорогая. Он ещё не раз возникнет в твоей жизни. И ответа на него нет. Каждый раз тебе придётся решать заново, что в этот момент важнее. – Помолчав, она спросила: – Твоя беда случайно не связана с Дэном Хьюзом и его дружками?

Кейт удивлённо посмотрела на неё.

– Откуда вы знаете?

Старушка улыбнулась.

– Угадать несложно. Этот мальчишка сам напрашивается на неприятности.

– Вот именно, – гневно согласилась Кейт. – Не понимаю, откуда в нём столько злобы. Почему он не оставит нас в покое?

Миссис Фаррингтон снова ответила не сразу.

– После смерти моего дорогого Альберта я была ужасно одинока. Взяла собаку из приюта. Дома она была милейшим существом, добрее не бывает. Но на прогулках бросалась на всех, кто подходил слишком близко. Однажды она так сильно укусила прохожего, что мне посоветовали её усыпить. Случайно выяснилось, что прежний хозяин её бил. Она боялась чужих и, вместо того чтобы прятаться, нападала. Так она справлялась со страхом.

– Вы хотите сказать, что Дэн нас боится?

Старушка покачала головой.

– Я лишь говорю, что всему есть причина. Что ты знаешь об этом мальчике?

– Немного. Билли сказал, что его родители развелись.

– Хм, – многозначительно произнесла старушка, глядя на Кейт. – У каждого свой способ справляться с бедами, верно?

Кейт поняла, к чему она клонит. Гас уходил в свою раковину, Бен – в космос. Дэн изводил других, чтобы отвлечься от горя. А в её животе пульсировал комок, когда ссорились родители. Может, подумала она с ужасом, они с Дэном не такие уж разные? Нет! Дэн – мерзкий гад. Как бы ни сложилось с родителями, она никогда не станет мучить других ради забавы.

– Не исключено, – заметила миссис Фаррингтон, – что Дэн и его друзья вам завидуют.

Девочка фыркнула.

– Нам с Билли и Гасом? Семья Билли не знает, как оплатить обыкновенный ремонт. Гас потерял родителей и живёт с самым ужасным человеком на свете. А я… – Она глянула в сторону кухни и покачала головой. – Завидовать нечему!

– Но, может, он завидует вашей дружбе. И хотел бы сам пережить что-то такое же захватывающее, как вы.

– Это не повод издеваться над нами. А уж над Беном тем более, – твёрдо сказала Кейт.

– Над твоим братом? – Миссис Фаррингтон удивлённо подняла брови. – Что случилось?

– Они… да неважно. Я разберусь.

Старушка посмотрела на неё с тревогой.

– Как бы плохо тебе ни было, насилие не выход. Никогда, слышишь?

– И что, просто смотреть, как он мучает Бена? – возмутилась Кейт.

– Конечно нет. Когда на тебя нападают, можно защищаться. Но ещё ты могла бы попытаться его понять, а не сражаться с ним.

Кейт нахмурилась. Честно говоря, ей совсем не хотелось проявлять понимание к этому гаду.

– А что стало с вашей собакой? – спросила она вместо этого. – Вы её усыпили?

– Конечно нет. Я постепенно приучала её к чужим людям. Это заняло много времени и терпения, но оно того стоило. – Миссис Фаррингтон улыбнулась и откинулась на стуле. Луч света из окна упал на брошь, отчего камень в ней засветился.

Задумчиво глядя на него, Кейт подумала: «Как маленькое голубое солнце». Камень напомнил ей бриллиант, найденный в шахте. Она так резко выпрямилась, что пожилая женщина вздрогнула.

– Камень! – воскликнула она. – Откуда, говорите, у вас эта брошь?

– Брошь? – Старушка посмотрела на неё с недоумением. – Мой покойный Альберт нашёл этот камень на пляже среди того барахла, что часто выбрасывает море. Я велела вставить его в брошь и с тех пор ношу. Но, дорогая, я же говорила – это просто стекло. Не стоит так волноваться.

Кейт молча уставилась на украшение. Неужели? Размер совпадал. Огонь, пылающий внутри камня, ни с чем не спутать. Что если Эвр, упавший в воду у руин на утёсах, унесло течением и приливом к пляжу Даркмура, где его много лет назад и обнаружил муж миссис Фаррингтон?

Неужели камень, который милая старушка считала причудливо огранённым морем стеклом, на самом деле – бесценный бриллиант?

– А Альберт, случайно, больше ничего в тот день не нашёл? – спросила она. – Может, письмо?

Миссис Фаррингтон посмотрела на девочку так, словно усомнилась в её здравомыслии.

– Письмо? На пляже? Нет, это невозможно. Бумага бы растворилась в воде.

С этим не поспоришь. Без письма не найти подсказки, не узнать, где спрятан следующий камень. Однако подавленное настроение Кейт испарилось, и девочка почувствовала, как к ней возвращается жажда приключений. Южный ветер у них уже был. Восточный, считавшийся потерянным, нашёлся. Где-то в Даркмуре-он-Си оставались ещё два камня – и охотники за пропавшими ветрами их непременно найдут!

Глава 17

Билли

Билли нехотя тащился по подъездной дорожке к дому. Всё тело болело: руки, ноги, спина. И вдобавок ко всему он от макушки до пят провонял рыбой.

Мальчик весь день помогал старому Педро вычищать, грузить и продавать на рыбном рынке в городе ящики с рыбой и прочими морскими тварями. К рыбе он относился не с большей симпатией, чем к старому Педро, угрюмому, молчаливому рыбаку, который без остановки плевал жевательный табак куда попало. Зато он кое-что заработал – не так много, как ему было нужно, и, по его мнению, совсем не достаточно за такую работу. Но всё лучше, чем ничего.

Билли собрал уже чуть больше половины суммы, которую задолжал леди Гренвиль за разбитую вазу. Несколько дней назад от неё пришло ещё одно письмо, в котором она снова настоятельно требовала выплатить долг и угрожала судом. Стоя в коридоре, Билли видел, как отец прочитал письмо, скомкал его и швырнул в угол. Конечно, родители поддерживали сына в сборе денег. Но только вчера старый водонагреватель, который они кое-как чинили сами, окончательно сломался, стиральная машина дребезжала и громыхала при каждой стирке, а две из четырёх конфорок на кухонной плите давно перестали работать. Мяса не было на столе уже несколько недель, и Билли никак не решался признаться матери, что ботинки стали ему малы.

У Перишей всегда было туго с деньгами. Но так плохо, как сейчас, ещё никогда не приходилось. Собрать столь большую сумму казалось почти невыполнимой задачей. И вдобавок ко всему растаяли надежды на сокровище. Втайне Билли воображал, как они найдут все камни амулета, продадут его и поделят огромную кучу денег. Одна только мечта о том, что он станет богатым и избавится от всех забот одним махом, делала жизнь чуть более сносной. Теперь не осталось даже этой мечты.

В доме было необычно тихо.