Колдовской вереск - Анна Лерн
Девушка поставила рядом две свечи и протянула мне яблоко.
– Держи и внимательно смотри в зеркало! Там появится твой суженый!
Я уставилась в мутную поверхность, раздумывая, что бы сочинить, чтобы порадовать доверчивых малышек. Как вдруг по зеркалу пробежала рябь. Таак… может, у меня что-то с глазами? Я крепко зажмурилась, но, когда открыла глаза, рябь не прошла. С замиранием сердца увидела, как сквозь нее проступает чье-то лицо, с ооочень знакомыми глазами… Я застыла, сжимая яблоко, но вдруг рябь исчезла, а вместе с ней и лицо. Но тут же в зеркале появился темный силуэт, а рядом с ним огромная голова…
Раздались испуганные крики, и я резко обернулась. Из леса вышел мужчина, ведя под уздцы крупного коня, и теперь он стоял в метре от нас.
– Рэналф Ларнах… Волк с Севера… – прошептала Гвен, и в тот же момент остальные девушки завизжали и бросились врассыпную.
Гвен схватила меня за руку и потащила прочь, но я успела услышать, как громко смеется незнакомец.
Глава 13
Мы бежали несколько минут, прежде чем остановились неподалеку от замкового рва. У меня сердце выскакивало от такого марафона, да и остальные девушки дышали часто и громко, обмахиваясь платочками.
– Я так испугалась! – выдохнула Айлин, оглядываясь по сторонам. – Никогда не видела вблизи Рэналфа Ларнаха!
– Не ты одна. – Гвен, наконец, отпустила мою руку, которую до сих пор крепко сжимала. – Наверное, граф пригласил его на праздник! Они ведь лучшие друзья!
– О нем ходят такие ужасные слухи… – прошептала одна из подруг Эвелинды по имени Нормина. – Будто он не знает жалости на поле боя и протыкает своих врагов огромным мечом насквозь! А еще говорят, что у него было несколько жен… Волк с Севера каждую из них, выбросил в море!
– Как это выбросил? – испуганно прошептала Айлин. – Зачем?
– Одна не подала ему сапоги, когда он поднялся с кровати, а вторая надела к рождественскому ужину не то платье! – зловещим голосом ответила Нормина и добавила: – А теперь он ищет себе третью жену! Бедняжка, которая выйдет замуж за Волка с Севера, долго не протянет, это я вам точно говорю!
– Ох! Милостивый Господь! – Айлин спряталась за спину Гвен, а Эвелинда насмешливо протянула:
– Ты можешь не бояться, Ларнах вряд ли положит глаз на дочь священника, к тому же с такими формами! Кому вообще могут нравиться трясущиеся пудинги, покрытые ржавчиной…
Меня даже передернуло от ее слов. Во-первых, Айлин не была похожа на трясущийся пудинг, и ее не портила небольшая полнота, а рыжие волосы делали девушку по-солнечному светлой и милой.
– Ты очень злая, Эви, – обиженно произнесла она дрожащим от обиды голосом. – Христос говорил, что за всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда: ибо от слов своих оправдаешься и от слов своих осудишься! Злословие – это грех!
Эвелинда фыркнула и отвернулась, а я снова не смогла промолчать:
– Айлин, не обижайся на эти грубые слова. У каждого человека, чтобы возвыситься, есть два пути. Некоторые люди очень талантливы, некоторые имеют красивую, незапятнанную душу, и это возвышает их над другими. Но, увы, мало людей могут похвастаться талантами или добротой к окружающим, а казаться выше других очень хочется. Эти люди выбирают второй путь. Не имея за плечами ничего ценного, что смогло бы поднять его над остальными, этот человек унижает тех, кто не может ответить на их грубость грубостью. Так поступают ничтожества.
Я не помнила, кто сказал эти слова и как они звучали в оригинале, но суть мне точно удалось передать. Эвелинда одарила меня злобным взглядом, в котором сквозила почти что ненависть, и, приподняв юбки, быстро пошла к мосту. Нормина и Кристи переглянулись, а потом, пряча глаза, все-таки последовали за ней.
– Это было великолепно, Белла! – возбужденно воскликнула Гвен. – Пора кому-то поставить эту задаваку на место! Никогда не думала, что ты такая…
– Какая? – Я улыбнулась ей.
– Добрая, смелая и справедливая! – выпалила вместо нее Айлин и так крепко обняла меня, что я чуть не задохнулась. – Давай станем подругами?
– Конечно, дорогая, – ответила ей, и девушка засияла, как начищенная монетка.
Ведьма и дочь священника… Кхм… Интересный союз…
– Скрепим нашу дружбу! – Гвен плюнула на ладонь и протянула руку. – Давай, Арабелла!
Очень самобытно… Но не могла же я именно сейчас выказывать свое «фи»? В такой ответственный момент?
Я тоже плюнула на ладонь и хлопнула ею по руке Гвен.
– Как же хорошо! – пискнула Айлин и припечатала свой плевок к моей конечности.
Я вяло улыбнулась им, не разделяя восторгов от этого не очень приятного ритуала, а после незаметно вытерла руку о юбку.
– Давайте возвращаться, иначе нас хватятся, – хихикнула Гвен. – И тогда Айлин точно прилетит от отца!
Мы поднялись на мост и направились к воротам, за которыми все еще кружились танцующие пары.
– Погодите!
Мы с Айлин оглянулись и увидели, что Гвен что-то подняла.
– Что там? – крикнула я, и она быстро подошла к нам.
– Это веточка плюща. Кто-то обронил ее. А вы же помните, что девушка, желающая выйти замуж, в день святого Иоанна прятала у себя на груди лист плюща? Возьми его, Белла! Давай!
Я закатила глаза, но послушно засунула веточку в декольте.
– А теперь говори: «Плющ, плющ, люблю тебя, на груди храню тебя. Первый, кто заговорит со мной – тот и муж будет мой»!
Мне пришлось повторить эти слова, и Гвен с довольным лицом заявила:
– Сейчас мы узнаем, кто женится на Белле!
– Может, никто мне слова не скажет! – засмеялась я, а Айлин шутливо добавила:
– Или это будет глухой лэрд Несбитт! Он подойдет и скажет: «Милочка, у вас слишком яркое платье… Вы случайно не англичанка?»
Девушка сгорбилась, выпятила живот и прошлась мимо нас, тряся головой.
Мы с Гвен расхохотались, глядя на эту пародию – у девушки очень хорошо получалось копировать старика. Я хоть и не знала его, но была уверена, что именно так он говорит и ходит.
Вдоволь насмеявшись, мы пошли к замку, и уже возле ворот случился инцидент, который никак не вписывался в ритуал с плющом…
Немного прибавив шаг, чтобы побыстрее слиться с толпой, наша компания проскочила поднятую решетку, и я вдруг чуть не упала, столкнувшись с выходящими из двора замка мужчинами.
– Леди Арабелла! – Брови графа сошлись на переносице.
– Леди Арабелла? – Кайден Мак-Колкахун удивленно моргнул.
– Черт бы тебя побрал, девица! – рык Рэналфа Ларнаха заставил меня испуганно
