Криндж и ржавый демон - Харитон Байконурович Мамбурин
— Нет, ты не мьют, — отвлек меня от мыслей голос жующего Орго, — Точно не мьют.
— Переживу, — пожал я плечами, подхватывая слегка поджарившийся кусок крокодилятины и впиваясь в него зубами. Почему-то думал, что будет похоже на курятину, а на деле — на переваренную резиновую свинину. Но зубы справлялись на «ура».
— Хотел предложить, чтоб мы походили вместе, — помолчав, выдал явно уставший за день мьют, — Кроков бы побили. Ты бы побил. За них платят хорошо. Только остаться тебе у нас не позволят, в Иголе только мьюты живут. Слишком чистенький ты, здоровяк…
— В смысле? — я демонстративно оглядел себя, заляпанного грязью и подсохшей кровью.
— Ни шрамов, ни чего-то еще, — с завистью уставился на меня коротышка, макушкой доходящий мне до пояса, — Ровный, гладкий, здоровый. Даже хумы рядом с тобой будут мелкотней. Доходили до меня слухи, что бывают такие как ты, огромные… но там, говорили, кожа всегда золотистая, волосы яркие, и лицо прямо всем на зависть, даже этим, с неба. А у тебя и кожа, и рожа, ну…
— Этим с неба? — решив не реагировать очередной раз на критику своей внешности, спросил я.
— Ну да, вон же, — ткнул мьют пальцем в вечернее небо, — Если присмотреться, то увидишь их города. Хумы там живут. Смотря на нас как на пустое место, развлекаются. На местных хумов тоже. Суки. Мрази. Ненавижу.
— Чего это ты?
— Ты, верзила, как из-под камня выполз, — качнул головой мьют, — Вот представь себе, живут-поживают два поселения наших, торгуют, бабами меняются, всё такое. Какой-нибудь твари с орбиты приспичило, и она запускает сюда ящик с каким-нибудь барахлом. Прямо между двумя поселениями, сечешь? Барахло там всегда крутое, Криндж. Всегда, это правило. Припасы, лечево, пушки. То, что может круто изменить жизнь. Догадаешься, что дальше происходит?
— Бойня, — дёрнул щекой я.
— Бойня… — со вздохом согласился Орго, — Суки. Они всегда хотят бойню. Всегда её устраивают. И записывают.
— Записывают?
Коротышка рассказал мне о десятках, а то и сотнях воздушных дронов, слетающихся на любой масштабный махач. Поведал о том, что иногда с неба со страшной скоростью прилетают малые контейнеры с добром прямо в центр конфликта, если тот начинает затухать. Поделился, мешая слова с матюгами, историями, когда такие подарки с неба содержат приманку, собирающую целую стаю разной дряни, нападающей потом на поселения.
— Выходит, что безопасно жить только в крупных городах? — хмыкнул я, — Ты про них рассказывал.
— В омниполисах местные сами друг друга режут, — скривился Орго, — Я только слышал, но говорят, есть силы, способные напасть и на такой городище. Если их приманить. Тогда, говорят, драка стоит дикая, кровь течет ручьями, а небо темно от дронов…
Удивительно дерьмовый мир. Неудивительно, что я спать решил вполглаза, не упуская разложившего вокруг нашего лагеря какую-то дрянь мьюта из виду. У него, так-то, не было ни единого повода меня мочить, но береженого бог бережет. У меня такой повод вроде был, учитывая немалый рюкзак спутника, но это были его проблемы. Накрывшись развернутым огрызком чехла, я даже немного подремал до утра. Затем мы, без завтрака, кофе, душа и утренней газеты, отправились дальше.
Теперь уже Орго шел впереди, указывая мне путь через начавшуюся местами зелень невысоких кустов и кривых деревьев, а я получил возможность узнать, как такой невысокий и слабосильный субъект выживает в настолько опасных вояжах. Как оказалось — за счет чистого опыта. Мьют слету подмечал лежки крокодилов-хамелеонов, знал время, в которое крупные и средние хищники приходят на водопой, а его рюкзак, когда я сосредоточил на нем внимание, оказался с нашитыми на ткань острыми железяками, гвоздями и прочим неаппетитным добром. Кажется, карлик умел им накрываться как черепаха панцирем…
Тем не менее, за полдня нашего путешествия мы не нарвались ни на одну крупную плотоядную гадину. Травоядных тоже не встретили, чему я совершенно не удивился, потому как островок зелени, окружающий городище мьютов, был не тех размеров, где могло завестись что-нибудь мирное и дающее молоко. Такую бы скотину тут сожрали быстрее, чем она успела бы помумукать. Кто? Хотя бы те насекомые, напоминающие комаров, что периодически садились на меня (но не на моего спутника). Неприятно крупных размеров, они тыкались своими жалами в мою кожу так, что я чувствовал эти продавливания, как будто натуральный человек тыкал бы в меня пальцем!
Натурального эти летающие твари скорее всего бы просто выпили. В воздухе их кружились сотни.
Городище мьютов оказалось именно тем, что я уже нарисовал в своем воображении. Скопище хижин, сделанных из обломков и ветоши, расположенное кругом и соединенное по периметру затычками баррикад, с торчащими из них кольями. Внутри первого «круга» были второй и третий, центром же служил намек на городскую площадь, где возились и играли дети младшего детсадовского возраста. Там же, по словам Орго, был единственный источник энергии поселения, подключенный к единственному колодцу, снабжающему местных чистой водой. Ну и радиостанция, заодно.
— Внешний круг для всех, он торговый, средний для друзей города, во внутреннем сразу получаешь пулю, — предупредил меня зеленокожий коротышка, — Но не парься, подождешь меня… эй! Ты чего⁈
— Даже и не думай выйти из моего поля зрения, — ласково улыбнулся я напрягшемуся мьюту во все свои многочисленные зубы, — Вот я. Вот шкура. Либо ты её толкаешь при мне, либо я её толкну одному из твоих корешей, вон тех, которые на нас уже пялятся и щупают свои пушки. А бабки оставлю себе.
В моей тыкве не хватало деталей и наполненности, но здравый смысл того, кто почти сутки наблюдал за мьютом, твердил, что оставаться в логове этих существ будет отвратительной идеей, которая кончится тем, что меня либо обратят в рабы, либо пустят на мясо. Подтверждение я получил, бросив лишь один взгляд на ту парочку, которая с ружьями охраняла вход в это городище на пару тысяч душ. Один из стражников был повыше и похудее, почти похож на человека, но настолько костляв, что лохмотья на нем болтались под ветром вместе с хозяином. Второй же ничем не отличался от Орго по конституции.
Выносливость и сила вовсе не равны хорошей выживаемости. Последняя куда сильнее зависит от мобильности, а мой зеленокожий приятель явно бегал хуже обычного хума, тут к гадалке не ходи. Двужильный, да, но Орго не
