По ту сторону стены - Эйа Риверголд
Илис произнесла стоимость вслух и подумала: «Мама говорила, что я бесценна. Неужели она была не права, и все всегда имеет цену?» Стук по стеклу отвлек ее от мыслей. Однако перед ней никого не было, только прохожие шли мимо. Стук послышался еще раз. Илис обернулась в сторону звука и вздрогнула: рядом с ней стояла витрина, за которой виднелась маленькая девочка. Она смотрела на Илис, прислонившись к стеклу. Лицо ее было опухшим, с синеватым оттенком, тело оказалось очень тонким, прикрытым холщовым мешком вместо платья. Она явно не ела несколько дней. Чуть шершавые губы, кое-где продырявившиеся и окровавленные, нуждались в воде.
– Два с половиной… Тебя могут не купить за такую цену. Слишком дорого. – Ее голос звучал как колокольчик: нежно и плавно. Илис, если бы не видела саму девочку, никогда бы не подумала, что она выглядит столь измученно, ведь голос был таким свежим и оживленным. – Я сто́ю сотню монет. С каждым днем цена падает. Наверное, меня купят уже сегодня… Ты хочешь, чтобы тебя купили?
Слезы покатились по щекам. Илис сглатывала их, но они ощущались как острые осколки разбитого стекла, которые вонзались в легкие и перекрывали путь воздуху. Она покраснела, стала вялой, и детская красота вмиг исчезла.
– Да… тогда я буду хорошим товаром. Может, меня купит добрый человек и будет заботиться обо мне… Я устала сидеть здесь.
– А как долго ты тут сидишь?
Глаза Илис покраснели и стали дико зудеть. Захотелось их закрыть и больше не открывать. Ведь каждый скажет, что безопаснее ничего не видеть, чем наблюдать за миром, который бесцельно катится в пропасть. И ведь в конце концов глаза закрываешь или ты сам, или их тебе закрывают другие.
– Почти две недели. – Маленькое облачко печали накрыло лицо Илис. – Не плачь. Плаксивых не берут.
– Как тебя поймали? – с запинкой спросила Илис. Застрявшие в глазах слезы казались бессмысленными.
– Меня нашли на улице. Сюда, к Кларку, приводят всех бездомных и продают. Нас стараются ловить почти все, ведь продажа приносит прибыль. Люди богатеют благодаря людям, и из-за них же они беднеют в душе. Здесь намного лучше, чем в болоте. Мистер Кларк заботится о том, чтобы мы выглядели хорошо, он называет это «презентабельно», поэтому старается кормить и поить. Вот только последний месяц выдался неприбыльным, и Кларк сам голодал. Он приносил еду из дома, но и этого не на всех хватало… Поэтому мы сейчас не выглядим «презентабельно». А ведь его заботит мнение людей. Он старается угодить им, потому что клиент всегда прав.
– А после? Что делают после того, как продают?
Илис с ужасом представила картину: дети голодают из-за того, что еды Кларка хватает не всем. Быть может, она и не доходит до этой витрины. Девочка как будто не услышала вопроса и тихо продолжила:
– Кларк хочет стать очень богатым. Он продаст много детей и женщин и станет счастливым.
– Его делают счастливым деньги?
Илис видела блеск в глазах маленькой собеседницы, которая, как и все, была зависима от этого слова.
– Конечно! – радостно воскликнула она, словно это была самая очевидная вещь во всем мире. Словно все стремятся только к деньгам, а остальное просто не имеет значения. – Деньги дают столько возможностей! Благодаря им человек может стать кем угодно, делать что угодно… есть и пить все что захочет, носить разную одежду, жить в замке из шоколада. За деньги ты можешь купить счастье, любовь, совесть, добро, уверенность…
– А что потом?
– Потом?
Девочку будто выключили, как лампочку по щелчку кнопки. Ее отвлекли от мечтаний, и она вернулась в реальность.
– После того, как он станет очень богатым? Что тогда?
Девочка помедлила, долго думая о том, что, оказывается, бывает жизнь после воплощения мечты. Многие люди ошибаются, считая, что все остановится после того, как они достигнут желаемого, но жизнь и тогда продолжит течь, капать, струиться – и даже уже исполненные мечты могут разрушиться. Так что же делать после исполнения мечты?
– Он накопит деньги и станет еще богаче, – наивно промямлила девочка.
– И что же, он хочет стать очень богатым, чтобы потом стать очень-очень богатым?
Маленькие ладони скользнули по стеклу. Девочка уселась на пол и стала вдумываться в эти слова.
– Мой папа хотел стать богатым. И он заработал кучу денег, потом еще столько же. И еще. Однажды он стал самым богатым на нашей улице, после – во всем районе, а потом накопил очень много золотых слитков, и его прозвали самым богатым богачом среди наших родных: папа полностью покрыл себя золотом. Но внезапно умер, и его деньги для нашей семьи превратились в бумажки с цифрами. В первые дни после его кончины мы продолжали жить как в золоте, но постепенно деньги тлели, и вскоре все его накопленное состояние сгорело… Мой папа всегда хотел чего-то большего: он желал заполучить недостижимое.
Но я не знала, что он хочет купить. Мама говорила – безопасность. Она объяснила, что, когда у человека много денег, он как будто в теплой шубе с острым кинжалом в кармане: ему тепло и безопасно. Он был как Кларк. Все люди в Дигене схожи с ним. Здесь всем и всегда нужна безопасность. Все всегда хотят больше, а это возможно, лишь когда ты полностью чувствуешь себя защищенным. – Щенячьи глаза опустились. – Иногда я скучаю по папе…
– Я тоже…
Илис даже не заметила, как эти слова сорвались с ее уст. За нее их прошептала душа.
– А где же твой папа?
– Его больше нет. Он прикован к стене очень-очень далеко отсюда.
В молчании обе разделили общую скорбь.
– Стена! – вдруг воскликнул тонкий голосок. – В Дигене тоже есть стена. Ее строят каждый день! Она такая большая! – Девочка раскинула руки, показывая ее обширность.
Стены. Они преследовали Илис. В Сихрате, в Аточисте и даже в Дигене. Стены есть везде, словно они бредут за ней даже в ее голове.
– Мой папа тоже часть стены, – продолжала тонкая девочка. – И мама. И старший брат с младшей сестрой. – Она прислонила ладонь к витрине. – Но они все еще здесь… Просто не могут сказать мне об этом.
Она указала на безграничные просторы Дигеня, которые уже наполовину закрылись высокой стеной из золотых статуэток.
– И что же будет, если перейти ее?
– Ты станешь еще одним кирпичиком. – На крохотном лице появилась улыбка.
– Так же, как и в Сихрате… – В голове Илис начала складываться целая картинка.
– Где находится этот Сихрат?
– Он далеко отсюда. Мы уже несколько дней в пути.
– Там тоже люди стремятся к деньгам?
Лицо девочки было худым и бледным, обтянутым какой-то шершавой пленкой, которая исчезала каждый раз, когда ее одолевало любопытство.
– Скорее там тоже стремятся к безопасности. Сихрат – место, где люди хотят убежать от своих страхов. Там вечно темно, и ты не знаешь, прошел ли день или же это все еще ночь, потому что на небе всегда висит одна луна. Хотя даже она уже почти загорожена стеной. Мы каждую неделю идем к Счетоводу и отдаем сны, за которые нам дают еду. Ее можно достать только так: только внутри замка выращивают рожь, пекут хлеб, доят коров… Моя мама работала там, внутри… Она тайком приносила мне книги и карандаши, чернила и перья птиц. В замке есть свет. Там много лампочек. Там работают едва ли не десятки людей, кормящие все королевство. На них держится весь Сихрат. Эти люди действительно везучие.
Однако в мире каждый второй по-своему невезуч. В Сихрате это люди, которые не видят снов, и те, кто видит ворцов. Всех их ждет один и тот же
