Звезданутый Технарь - Гизум Герко
Моя печень попыталась познакомиться с позвоночником.
— Роджер, детка, не хочу тебя расстраивать, но твои показатели давления сейчас напоминают график акций компании, которая только что объявила о банкротстве, — голос Мири в наушниках дребезжал от статики, но ирония в нем никуда не делась. — Перегрузка составляет семь «же», и это только начало. Такое ощущение, что мы на американских горках, которые падают прямиком в черную дыру, а оператор аттракциона уснул на пульте управления. Твоя синяя изолента на сенсорах начинает соскальзывать, и это, честно говоря, выглядит как метафора всей нашей жизни. Видимо, капитан мусоровоза сидит далеко не в обычном кресле и не испытывает подобного тебе дискомфорта от перегрузок. А то и уже второй видит сон видит в криокапсуле.
— Мири… меньше… поэзии… больше… дела! — прохрипел я, пытаясь не прикусить язык, который стал тяжелым, как слиток свинца.
— Хорошо, капитан Очевидность, — Мири материализовалась на краешке визора, ее голограмма мерцала из-за перегрузок процессора. — Я пытаюсь компенсировать вектор тяги через маневровые движки катера, но «Пожиратель» разгоняется слишком резво для этой груды металлолома. Если я дам больше мощности на компенсаторы, мы рискуем спалить первичный обмоточный контур. Тебе нужно вручную подкрутить лимитатор подачи топлива, иначе нас просто размажет по креслу, и следующему владельцу «Лишнего Процента» придется отскребать тебя шпателем для обоев.
Я протянул стопудовую руку к панели, чувствуя, как каждый сантиметр движения дается с боем против невидимого пресса. Пальцы в перчатках скафандра казались сосисками, которыми нужно было выполнить нейрохирургическую операцию. Я нащупал тумблер байпаса топливной магистрали и с силой повернул его, игнорируя предупреждающий вой зуммера. В этот момент катер снова содрогнулся — это «Пожиратель» вышел на расчетную мощность маршевых двигателей, готовясь к прыжку через систему. Звезды за лобовым стеклом начали превращаться в длинные, размытые макаронины, и я понял, что если мы сейчас сорвемся, то станем самым быстрым мусором в этой части галактики.
Внезапно грохот двигателей сменился странным, методичным гулом. Разгон завершился, перегрузка пришла в норму и я наконец то смог свободно вздохнуть.
— Роджер, у нас проблема уровня «Хьюстон, у нас проблема», — Мири вывела на экран тревожное уведомление от внешней системы безопасности. — Похоже, центральный ИИ утилизатора, тот еще параноик. Он только что провел диагностику корпуса перед прыжком и обнаружил несанкционированную выпуклость на своем идеально ржавом брюхе, а так же препятствующие разгону импульсы. В его логах мы значимся как «мусорная форма металлической жизни» или, проще говоря, паразиты, которые портят аэродинамику в гиперпространстве. Активирован протокол санитарной очистки четвертого уровня.
— Санитарной очистки? — я нервно хихикнул. — Нас что, собираются помыть шампунем?
— Если под шампунем ты понимаешь плазменные горелки и дезинтеграторы, то да, Роджер, нас ждет очень тщательная гигиена. Этот корабль не любит безбилетников, особенно тех, кто весит почти тысячу тонн. Система считает, что нас нужно переработать, то есть превратить в аккуратные кубики спрессованного хлама для последующей утилизации. Посмотри наверх, там сейчас начнется световое шоу, за которое в приличных мирах берут деньги.
Я задрал голову к экрану и почувствовал, как сердце уходит в пятки, хотя в условиях такой перегрузки оно и так стремилось куда-то в район коленей. Прямо над нами, в массивном брюхе «Пожирателя Миров», пришло в движение нечто циклопическое. Скрежет металла о металл перекрыл даже гул двигателей — это открывался технический люк шлюза, который до этого казался просто частью бронеплиты. Огромные створки, покрытые слоем космической копоти и следами от столкновений с астероидами, медленно расходились в стороны, обнажая нутро гиганта. Внутри отсека зловеще замигали оранжевые проблесковые маячки, отражаясь от нашего лобового стекла.
Это выглядело так, будто огромный механический кит решил зевнуть перед обедом.
— Он открыл рот, Мири! — заорал я, лихорадочно дергая за рычаги, хотя понимал, что мы привязаны тросами и деться нам некуда. — Он нас сейчас сожрет! Я не хочу заканчивать карьеру пилота в качестве запчасти для какой-нибудь ржавой кофеварки на окраине обитаемых миров!
— Не драматизируй, Роджер, технически он нас не ест, он нас «дезинфицирует», — Мири сохраняла пугающее спокойствие, хотя ее голограмма теперь светилась тревожным алым цветом. — Из шлюза вылетает сервисная команда. И судя по их спецификациям, они не собираются проверять у нас билеты. Это дроиды-сварщики серии «Резчик-9». В народе их называют «мясниками», потому что они могут разобрать крейсер на запчасти быстрее, чем ты успеешь пропеть «имперский марш». Вон они, посмотри, какие милашки.
Из темного зева люка один за другим начали выпархивать тени, подсвеченные оранжевым светом маяков. Это были угловатые, многорукие механизмы, напоминающие помесь паука с бензопилой. Каждый дроид был оснащен парой мощных плазменных горелок, которые в вакууме светились тонкими, ослепительно-белыми иглами, и циркулярными пилами из мономолекулярного сплава. Они двигались с пугающей точностью, корректируя свой полет короткими импульсами маневровых сопел. Их было пять штук, и все они имели одну четкую цель — наш катер, который так некстати присосался к их «материнскому» кораблю.
Я понял, что пришло время для серьезной инженерной магии.
— Мири, быстро, переключи подачу топлива на форсированный режим и дай импульс на магнитные подушки! — я нырнул под панель, нащупывая тяжелый гаечный ключ, который стал моим единственным союзником. — Если они начнут резать тросы, нас просто сдует ионным ветром! Мне нужно заблокировать их сенсоры или хотя бы сделать нашу обшивку слишком горячей для их захватов! Где там наш гребаный регулятор давления?
— Роджер, ты сейчас предлагаешь подогреть наш корабль до состояния микроволновки, в которой забыли фольгу? — Мири лихорадочно пересчитывала потоки энергии. — Ладно, я попробую создать резонансный скачок в магнитных катушках. Но учти, если вибрация станет слишком сильной, твои пломбы в зубах могут вылететь. Дроиды уже на подходе. Первый «Резчик» готовится к контакту. Он целится прямо в левое крыло, там, где у нас находится основной узел гидравлики.
Я видел через камеру заднего вида, как первый паукообразный робот
