Осколок звезды - Лилия Олеговна Горская
– Вы многовато выпили. Отдайте бутылку.
– Не отдам. Ты, значит, не пьешь, и мне нельзя? Жена и так житья не дает, еще и ты тут. А ведь некогда – королевский гвардеец, ха!
Айраэль покачала головой. Если они собирались обсуждать физическую красоту ее матери, то ей лучше уйти. Но что-то заставило ее остаться.
Лорд Ноктвуд длинно выдохнул и, судя по звукам, скинул ботинки.
– Ну что, хочется тебе надо мной смеяться, Арданский? Давай, смейся. Скоро мы с тобой так уже не посидим.
– Не кидайте обувь, пожалуйста, вы пачкаете шкуру.
– Заладил ты со своими манерами. Тебе же все равно, мне тоже, ну так сделай, что ли, рожу попроще. Признайся лучше: приятно тебе, что скоро трон перестанет пустовать?
Айраэль нахмурилась. Речь про трон Ардании?
– Нет.
– Не может такого быть.
– Я предложил новую кандидатуру на трон в самый последний момент, когда принц отказался вовлекать ее в обман. Я до конца не хотел, чтобы все получилось вот так.
– Да? А каково это, быть той самой кандидатурой?
Айраэль замерла: «Что?» Лорд продолжил, усмехаясь:
– Не говори, что сделал услугу, согласившись на власть.
– Скажу. Это была услуга. Но пока императору это удобно, я согласен терпеть.
Айраэль совсем запуталась. Ей показалось, что в горле запершило что-то мягкое, невесомое, каждую секунду растущее, как… как бутон золотой розы. Стало тяжело дышать, закружилась голова. Что все это значит? Пастерце в сговоре с Даррагоном? Он станет новым королем?
А Ригельд… Выходит, Пастерце его искал лишь для того, чтобы… избавиться?
– Эх, все врешь. Ну даже если корона – это одолжение, то что же тебе посулили взамен? Наверняка плата была достойной. Что тебе надо, богатство? Слава?
– Меня это не интересует.
– Нет, смешной ты мальчишка. Не могу тебя понять. Секреты да секреты. И чем ты важнее прочих, что с тобой так носятся…
– Даррагон исполнит наше общее желание. Это все, что я могу сказать.
Айраэль медленно сползла по стенке, хватаясь за голову. Казалось, мир перевернулся с ног на голову, а она осталась стоять, как была, и теперь кровь бухала в голове, мешая мыслить, а все тело коченело, превращаясь в статую.
Что Пастерце имел в виду, когда сказал, что она станет «Ее Величеством»? Кажется, он имел в виду брак, но с кем, если принц Альцион, по официальной версии, мертв? Неужели с…
Айраэль перестала дышать.
«О, нет».
Если Пастерце, подчиненный воле императора, станет королем, а Айраэль – его королевой, то она будет не просто Ее Величеством, а послушной марионеткой в руках империи. Тогда Даррагон легко дотянется до осколка звезды. А чтобы не убивать ее, Хранительницу, вызвав общественный резонанс и подозрения, наложит на нее какое-нибудь заклинание, пока она не догадывается, и загадает то, чего хочет император Веспар.
Пол под ногами Айраэль закружился. Она ухватилась за стенку, соскребая пыль с дубовых панелей.
Послышались громкие глотки: лорд Ноктвуд приложился к бутылке.
– Столько мороки, а все чтобы Совет не догадался… Н-да. Раздражаешь ты меня, парень. Скрытный, совсем как твой отец, с тобой не поговоришь. Каким королем ты станешь, мальчишка? Вторым Эстарье или святошей?
– Я не тиран, но и не спаситель. История рассудит, кто я, а мне к тому моменту будет все равно.
– Историю пишут победители, а нашими усилиями живыми из замка уехали только те, с кем мы милостиво поделились твоей полусотней антимагических камней перед приемом отравы. Континентальный Совет практически весь тоже куплен, так что история, считай, уже написана. Но мне вот что интересно. Что ты будешь делать, если она, например… сбежит? Император не сможет воспользоваться желанием беглянки, и тогда все пойдет коту под хвост.
– Ей незачем сбегать.
– Если только ее «острый ум» не подсобит, – крякнул от приятного вина лорд. – Все равно поймет ведь, рано или поздно. Но лучше, чтоб поближе к ритуалу, чтоб не так грустно было смерти дожидаться. А-а, погляди-ка, как глазенки забегали. Что, не хочешь об этом думать? Я же вижу, что ты к ней неровно дышишь. Но если она догадается, у осколка будет новый хозяин, хочешь ты этого или нет. И, может, им придется стать тебе. Если император перестанет целовать тебя в зад и даст кинжал в руку.
Ответом была тишина. Лорд поставил бутылку на пол.
– Ну ладно. Сначала на очереди второй Глокнентар. Расскажи, как там осада?
Со стороны лестницы послышались громкие шаги. Айраэль быстро выбежала в соседний коридор, спрятавшись за стеной. В зале раздался еще один голос, женский и возмущенный:
– Ах ты, пьянчуга! Опять завтра двух слов связать не сможешь! А ну, отдай это сюда! И вы туда же, господин Арданский!
Кажется, пришла жена лорда Ноктвуда.
Айраэль оторвалась от стены и выбежала через кухню на задний двор. Споткнулась о порожек, упала ладонями на мокрую землю. Подниматься не стала: тяжело дышала, хватаясь за грудь. Воздуха было мало. Она дышала и не могла надышаться.
Вдруг земля под ее ногами пошла мягкой волной. Айраэль испугалась, попробовала зацепиться, погрузив пальцы в грязь, но земля не причинила ей вреда – лишь только помогла встать на ноги. Айраэль дернула головой, вперившись взглядом в Энцелада, спешившего к ней.
Он поспешил подать руку. Внимательно заглянул в лицо, одним взглядом спрашивая, все ли в порядке.
– Вы правы. Вы были правы, – прошептала Айраэль, не узнавая свой голос – хриплый, низкий. Обреченный. – Что мне делать?
Было темно, поэтому магик не стал творить табличек. Вместо этого встревоженно нахмурился и показал на конюшню, а затем – лес.
– Бежать? – распахнула глаза Айраэль. В ее душе билось, забивая гвозди в сердце, смятение.
Верно. Если Даррагону нужно ее желание, единственный способ помешать ему – не дать заполучить звезду. Айраэль огляделась. Новая решимость ломала замки, сковывающие страхом по рукам и ногам. Она должна сбежать и сберечь звезду.
На новую Голубую луну она должна загадать желание сама.
– Храмов Навекки, где можно провести ритуал, всего три, – быстро пробормотала себе под нос. – Один в Варракеме, другой в Ардании, третий в Даррагоне. В будущем они повезли бы меня в Даррагон. Но когда меня выдадут замуж,
