Больше хорошего секса! Как научить мозг получать удовольствие от секса и не только - Нэн Вайз

#2 СТРАХ

Когда эта система в равновесии, мы боимся того, чего должны бояться, и только в той мере, в какой это оправдано. Например, прогулка ночью в темном переулке в одиночестве может быть по-настоящему и оправданно пугающей, как и встреча с громко лающей, разъяренной собакой. С другой стороны, предстоящая рабочая презентация вызывает меньший, но тем не менее мотивирующий страх. Обычный страх усиливает возбуждение настолько, чтобы предупредить и мобилизовать нас.

Когда страх слишком силен, наша система СТРАХА подстраивается под него и начинает чересчур остро реагировать на угрозы. В конечном счете это приводит к истощению из-за хронического стресса. Преувеличенный страх больше не служит нам и становится причиной истощения и частью проблемы.

Когда система недостаточно активна, ей трудно должным образом справиться с угрозами и она, например, может отрицать то, что опасно. Возможно, мы также не сможем извлечь урок из негативной обратной связи или наказания, что может указывать на повреждение миндалины.

#3 ЯРОСТЬ

Из всех семи систем ЯРОСТЬ является самой концептуально сложной. Безусловно, она самая трудная для изучения как у животных, так и у людей, хотя и по разным причинам. У животных стимуляция системы ЯРОСТИ становится причиной оборонительной реакции и может легко поставить под угрозу жизнь испытуемых. Например, крысы кусаются, и большинство животных стараются избежать стимуляции этих цепей.

Изучение человеческой системы ЯРОСТИ гораздо труднее из-за невероятной сложности процессов, происходящих на верхнем уровне мозга, где преобразуется, модифицируется, наполняется и изменяется ядро первичных эмоций, подключенных к нижнему уровню. Психологи не могут изучить систему ЯРОСТИ непосредственно у людей, так как это потребовало бы инвазивного вмешательства, чтобы напрямую стимулировать пути, которые иннервируют систему, что было бы крайне неэтично. Известны случаи, когда эти цепи были случайно простимулированы у пациентов, страдающих неврологическими расстройствами, при проведении процедур для определения функций областей мозга перед нейрохирургической операцией обычно при тяжелой эпилепсии или другой патологии. Что было замечено в ходе процедур, так это то, что люди переносят электрическую стимуляцию этих цепей, определяя ее как неприятную, они могут сжимать челюсти и сообщать о сильном гневе, возникшем без каких-либо видимых причин.

Но как мы ощущаем гнев и ЯРОСТЬ на верхнем уровне мозга при сознательном восприятии? Если подумать, люди — машины для создания смысла. Нам важно иметь причину, почему мы что-либо делаем или чувствуем, и в некоторых случаях, когда не хватает объяснений, мы просто создаем их. Подумайте о водителе, который легко приходит в ярость, когда кто-то подрезает его на дороге. Мозг быстро приходит к выводу, что подрезавший его «дурак, идиот!» — это абсолютно субъективное и, скорее всего, неверное восприятие. Судя по подобной цепи, это должно быть странное переживание для человека, чья схема ЯРОСТИ активируется, по-видимому, ни с того ни с сего.

Как правило, мы вынуждены довольствоваться косвенными свидетельствами ЯРОСТИ, такими как самовыражение гнева (потенциально искаженное желанием людей не восприниматься как сердитые дураки), поведенческими проявлениями «агрессии» в лаборатории (очень сложными по многим причинам) или в социуме при спонтанном выплеске после какого-либо инцидента. У людей экспериментальные манипуляции с целью вызвать сильную ярость или гнев требуют обмана и поэтому считаются потенциально неэтичными. Оглядываясь назад, можно сказать, что печально известный Стэндфордский тюремный эксперимент[13] нанес долговременный психологический ущерб.

ЯРОСТЬ является необработанной основой, на которую накладывается гнев — более сложная когнитивно насыщенная эмоция. Схемы ЯРОСТИ включаются автоматически (без обучения), когда животное (или человек) скованно, ему угрожает физическое насилие или его действия ограничены. Аналогичным образом раздражение кожных покровов вызывает ЯРОСТЬ. Как и ограничение свободы делать то, что хочется. ЯРОСТЬ также ассоциируется с голодом, жаждой или даже похотью — в основном, когда разочаровываешься в процессе ПОИСКА. Один из способов концептуализации ЯРОСТИ — это реакция на то, что вас загнали в угол, поставили под угрозу или ограничили доступ к важным ресурсам. Мы можем стать ЯРОСТНЫМИ, когда разочарованы в погоне за призом или лишены чего-то интересного и полезного, на что рассчитывали. Дети испытывают ЯРОСТЬ, когда появляется новый ребенок в семье и переключает все внимание на себя, — корни детского соперничества. Мы можем стать ЯРОСТНЫМИ, когда нас отвергает близкий человек или мы становимся изгоями в социальной сети. По сути, это стремление убрать то, что стоит на пути — разочарование вызывает ЯРОСТЬ.

У ЯРОСТИ есть положительная функция — это возмущение несправедливостью, неравенством и жестоким обращением с людьми. Обузданный гнев является мощным сдерживающим и стимулирующим фактором. Однако в нашей ангедонической культуре он часто выходит из-под контроля, принося разрушения гораздо большие, чем мы осознаем.

С другой стороны, гнев гораздо более нюансирован и пронизан мыслями и убеждениями более высокого уровня, теми, что мы называем вторичными процессами, включающими в себя предварительное обучение и опыт среднего уровня. Гнев, как правило, очень тяжелый и возникает под влиянием мыслей, мнений, толкований, суждений и убеждений — всех чувств, которых нет у животных, потому что у них отсутствует нейронное оборудование, чтобы производить их.

Когда третичные процессы из высших мозговых источников добавляются в этот коктейль, гнев начинает звучать, как «я сумасшедший, потому что» или «так не должно было случиться, потому что это несправедливо». Как и в момент ярости, мы хотим переложить чувство вины, поэтому склонны приписывать какое-либо значение объекту, человеку или обстоятельствам, когда чувствуем себя злыми.

Я заметила, что многие люди не чувствуют за собой права испытывать злость, если не ощущают себя оскорбленными или пострадавшими. Одна из самых больших проблем при консультировании отношений — научить людей, что им необязательно выставлять поступки партнера «неправильными», чтобы злиться на него, поскольку большая часть того, о чем мы спорим, это не вопрос правильного или неправильного. Исследования показали, что большинство споров в отношениях возникают из-за разногласий и, конечно, мы склонны думать, что наше мнение верное.

Агрессия — это еще одна история, с еще более резкими поворотами. Представьте мужа, который неожиданно возвращается с работы и находит жену в постели с лучшим другом. Он настолько разгневан, что нападает на человека, испытывая муки «эмоционального потрясения». Это иллюстрирует «злую агрессию», когда цель — причинить боль или уничтожить источник гнева. Общим фактором агрессии является то, что мы хотим причинить вред, наказать, отомстить, принудить или контролировать. Помимо «злой агрессии» эксперты по этому вопросу выделяют страх агрессии, материнскую агрессию (мотивированную необходимостью защиты своего ребенка), раздражительную агрессию (обусловленную постоянным дискомфортом), сексуальную агрессию (мотивированную ревностью или неконтролируемой похотью), территориальную агрессию (защита территории) и межсамцовую агрессию (как правило, связанную с борьбой за самку), которая обычно сосредоточена на