Жизнь между строк. Книги, письма, дневники и судьбы женщин - Барбара Зихерман

Фотография Джейн Аддамс, 1914 г. Public domain

Иллюстрация из книги «Двадцать лет в Халл-хаусе», 1911 г. Public domain

Фотография Иды Уэллс-Барнетт, ок. 1893 г. Public domain

Новый роман. Уинслоу Гомер, акварель, 1877 г. Public domain

Девушка за чтением. Уинслоу Гомер, акварель, ок. 1879 г. Public domain

Портрет Флоренс Келли, 1925 г. Фотограф неизвестен. Public domain

Элис Стоун Блэкуэлл за чтением Woman’s Journal. Public domain

Часть II

Привилегированные читательницы

Глава 4

(Чтение как) дело семейное

Гамильтоны из Форт-Уэйна

«Хотелось бы, чтобы люди не считали нас такими уж ужасными книжными червями», – воскликнула Эдит Гамильтон, обращаясь к своей двоюродной сестре Джесси[283]. Это замечание будущего автора бестселлеров, которой тогда было чуть больше 20 лет, не имело особого смысла. Личности по меньшей мере трех поколений Гамильтонов были тесно связаны с книгами. Старшие члены этой большой и осознающей свою литературную значимость семьи берегли книги, собирали их, жертвовали их для общественного пользования и следили за тем, чтобы дети их ценили. В этом они преуспели: жизнь и счастье третьего поколения семьи, в основном женского пола – Эдит и Джесси – зависели от книг. Как выразилась младшая сестра Джесси, Агнес: «Что бы я делала, если бы у меня не было книг?»[284]

Способность Гамильтонов создавать мир, в котором книги занимали центральное место, – и даже само это желание – было результатом классовых привилегий. Будучи дочерьми одной из самых элитных семей Форт-Уэйна, молодые женщины пользовались свободным доступом к книгам и располагали свободным временем, чтобы наслаждаться ими. Стремясь приобрести культурные знания, которые соответствовали бы репутации семьи, они много читали – исторические книги, биографии, эссе, художественную литературу и многое другое – и при этом тщательно подходили к собственному литературному творчеству. За исключением более формального обучения латинскому, греческому и современным языкам, значительная часть их раннего образования была самостоятельной.

Хотя классовое положение давало Гамильтонам доступ к книгам, которого не было у других людей, и возможность пользоваться ими, оно не объясняло всего того, что значило чтение для этих читательниц. Молодые женщины находили в книгах романтику, хотя и не традиционную. Чтение одновременно было учебой и игрой, дисциплиной и освобождением, оно предоставляло интеллектуальное и духовное питание, вдохновение для жизни и образцы литературного стиля, а также доставляло глубокое удовольствие от погружения в книгу или совместного чтения с любимыми членами семьи. Для Гамильтонов чтение было культурным образом жизни, сложной системой ритуалов и обмена информацией, которая занимала центральное место в их структуре повседневной жизни.

Их взаимодействие с книгами в значительной степени помогало формировать как семейную идентичность, так и индивидуальное самосознание. Психологи считают, что рассказывание историй необходимо детям для того, чтобы понять свое место в мире[285]. В этом отношении, как и во многих других, Гамильтоны имели исключительные привилегии. С помощью прочитанных и воссозданных ими повествований они творили собственные истории о себе в этом мире. Гамильтоны представляли собой интерпретирующее сообщество – группу единомышленников-читателей, которые отдавали предпочтение определенным текстам и понимали их в соответствии со своими культурными кодами. В этих общих рамках отдельные люди выделяли книги, которым придавали особое значение.

Создавая рамки, вокруг которых молодые люди могли строить свои мечты, и общий язык для их обсуждения, чтение стимулировало взаимосвязь между книгами и жизнью. Гамильтоны взаимодействовали с книгами, персонажами и авторами, которые их писали, через игру, что подстегивало юношеское воображение и служило катализатором для создания собственной личности. Чтение предоставляло возможности для творчества и обмена опытом в форме резонансных личных или семейных историй. В сочетании с сильным настроем женщин семьи против замужества культура чтения поощряла мечты о личной независимости, а не о домашнем счастье. Гордясь своими интеллектуальными достижениями, женщины из семьи Гамильтон свысока смотрели на других женщин своего класса, чьи амбиции сводились к социальному успеху и выгодным бракам. Они надеялись добиться успеха на более публичном поприще – как ученые, художники и врачи. А для этого женщинам, возможно, в первую очередь представительницам высшего сословия, требовалась особая решимость.

Одним из самых ярких аспектов чтения Гамильтонов была его коллективность. Их увлечение книгами было делом семейным. Когда Гамильтоны думали о своих родных, то представляли себе, как они читают. Эдит, находясь в школе, мечтала перенестись в комнату Джесси и посмотреть, как ее кузина читает (воскресные книги по воскресеньям), а Джесси вспоминала, как 13-летняя Эдит читает книгу на греческом языке, расчесывая волосы[286]. Несмотря на заявление Эдит об обратном, эта общая страсть была одной из характеристик, которые выделяли Гамильтонов в отдельный «клан» – как для них самих, так и для окружающих[287].

Эдит и Джесси Гамильтон были внучками Аллена Гамильтона, шотландско-ирландского иммигранта из графства Тирон в Ирландии, который переехал в деревню Форт-Уэйн на границе штата Индиана в 1823 году, после того как состояние семьи пришло в упадок. Благодаря проницательности в бизнесе и удачным связям он добился успеха в торговле мехом, торговле с индейцами, розничной торговле, банковском деле и особенно в земельных спекуляциях. Его богатство в сочетании с необходимой гражданской активностью возвысило его до уровня городской элиты и позволило пятерым его детям, дожившим до взрослого возраста, и 18 внукам наслаждаться атрибутами хорошей жизни: элегантными домами, путешествиями, образованием и широким доступом к книгам. После его смерти оба сына жили в семейном поместье, как и его вдова и незамужняя дочь, а две замужние дочери жили неподалеку[288].

Его старшие внуки – семь женщин и один мужчина, которые родились в период между 1862 и 1873 годами, – принадлежали к трем нуклеарным семьям. В детстве кузены были друг для друга единственными товарищами по играм. Двое из них достигли международной известности: Эдит Гамильтон, старшая дочь второго сына, которая после ухода с поста директрисы школы Брин-Мор в Балтиморе написала очень популярные пересказы событий древней истории, и ее сестра Элис Гамильтон, пионерка промышленной медицины и постоянная резидентка Халл-хауса, которая стала первой женщиной-профессором Гарварда. Маргарет сначала последовала за Эдит в колледж Брин-Мор, а затем в школу Брин-Мор[289] (The Bryn Mawr School), где она преподавала естественные науки и возглавляла начальное отделение. Нора, младшая сестра, была художницей и создавала смелые гравюры, литографии