Смерть на церковном дворе - Колин Кэмбридж
Филлида знала об одном из этих случаев не понаслышке: они путешествовали вместе с Агатой и стояли на палубе небольшого парохода, когда Агата вдруг схватила ее за руку и указала на мужчину, который действительно как две капли воды походил на гениального сыщика.
– А что ты думаешь о рассказе доктора? – прямо спросила Филлида, надеясь выведать информацию о том, кому же достанется заветный приз.
– Мне он понравился, – уклончиво сказала Агата. – Рассказы нескольких авторов действительно выделяются в лучшую сторону, но большинство – увы – по уровню недотягивают. Однако подсчетом голосов поручено заниматься отцу Тули, а не мне. Этот приз действительно очень престижен, Филли. Подумай только: ведь счастливчика издадут не только в Англии, но и за океаном! Когда я только начинала писать, убила бы за такую возможность, ей-богу!
Филлида усмехнулась.
– Я всегда подозревала писателей в кровожадности, так что меня это вовсе не удивляет.
Подруги засмеялись, а затем Агата вздохнула.
– Нет, ты только посмотри! К нам направляется предатель Макс и ведет с собой Аластера Уитлсби, и это после того, как я успешно скрывалась от него целых два часа! Но с другой стороны, что мой Макс мог поделать? Аластер Уитлсби, что твой танк, везде пробьет себе дорогу.
Известный археолог мистер Макс Маллоуэн был на десять лет младше своей знаменитой супруги и предан ей с той же силой, что и своей профессии. Супруги познакомились, когда Агата с друзьями путешествовала по Месопотамии. Сейчас Макс издалека виновато улыбнулся жене и незаметно развел руками, кивнув в сторону Аластера Уитлсби, высокого мужчины с длинным носом, густыми седыми волосами и тонкими губами, хранившими выражение крайнего неудовольствия. Он был одет в дорогой, явно пошитый на заказ костюм, который тем не менее как-то криво свисал с его худых плеч. Мистер Уитлсби приблизился к Агате, с важным видом поджимая губы и на ходу небрежным жестом отмахиваясь от дыма зажатой в губах сигареты.
Его жена Летиция, хорошенькая, но рано увядшая женщина, по крайней мере на десять лет моложе своего пятидесятилетнего мужа, шла рядом, одной рукой ухватившись за рукав его пиджака – не поэтому ли он так странно выглядел? – а в другой сжимая бокал с шампанским. С ее локтя свисала элегантная сумочка, шляпка съехала на один глаз, а розовая помада слегка размазалась в уголке рта. Филлида едва удержалась от искушения вытащить носовой платок и стереть розовый след.
Она много слышала об Аластере Уитлсби от доктора Бхатта, отзывы в основном весьма нелестного свойства. Но поскольку мистер Уитлсби был единственным стряпчим в Листли, все, кто хотел продать облигации, написать завещание или заключить договор, не выезжая в соседний город, так или иначе имели дело с ним. Единственный раз, когда это пришлось делать Филлиде, ее поразил напыщенный вид стряпчего и его высокомерное отношение, вызвавшее у нее явное ощущение, что он терпеть не может образованных красивых и знающих себе цену женщин. Однако – какая жалость! – по мнению все того же доктора Бхатта, мистер Уитлсби обладал недюжинным писательским талантом и отменным чувством юмора, если судить по его рассказам о Теодоре Белфасте, блестящем сыщике из Скотленд-Ярда. Кстати, этот сыщик на поверку оказался не таким уж блестящим, поскольку тайны следствия ему помогала раскрывать его сестра Милли, известная сплетница, жившая с ним под одной крышей.
– А, миссис Маллоуэн! – воскликнул мистер Уитлсби, нависая над Агатой, как коршун над полевой мышью. Его жена, все еще держась за рукав мужа, семенила сзади, как забытая мысль. – Я вас весь вечер ищу!
– Приятно повидаться с вами, мистер Уитлсби, – учтиво ответила Агата, подавая ему руку. Филлида поразилась тому, как искренне прозвучали эти слова в устах подруги. Видимо, несмотря на застенчивость и нелюбовь к шумным мероприятиям, в глубине души Агата продолжала оставаться светской женщиной.
– Мне тоже. Трагично, что мы живем так близко друг от друга, но встречались с вами лишь однажды. А вот Роллингброки приглашали нас к себе уже несколько раз, – продолжая приятно улыбаться Агате, мистер Уитлсби потряс рукой, пытаясь освободиться от хватки жены. – Летиция, ты отпустишь меня, наконец? Что ты прилипла ко мне как банный лист? – злобно выпалил он, даже не глядя на жену. – Миссис Маллоуэн, хочу сказать, что мне очень понравился ваш роман «Убийство Роджера Акройда», но признайтесь, вы сжульничали, верно? Некрасиво, когда писатель водит читателя за нос! – Он усмехнулся и глубоко затянулся сигаретой.
– Все улики были расставлены по местам, оставалось их только найти, – с улыбкой ответила Агата. Со времени публикации романа ей уже не раз приходилось давать такой ответ на критические замечания читателей.
Летиция Уитлсби, стоя рядом с супругом, с тоской посмотрела на свой бокал, потом одним глотком осушила его и оглянулась, видимо в поиске официанта, готового налить ей еще.
Филлида вполне понимала желание женщины напиться, однако, если бы кто-нибудь посмел одернуть ее так грубо, как Аластер сейчас одернул свою жену, остатки шампанского были бы тотчас выплеснуты прямо на его длинный высокомерный нос.
Но тут Филлида заметила, что один из японских фонариков погас, а также что в прямой видимости нет ни одного лакея, готового налить шампанского миссис Уитлсби, и, извинившись, отошла, чтобы навести порядок. Ей давно пора исчезнуть со сцены, а то вдруг мистеру Уитлсби придет в голову высказать свое мнение об экономке, разгуливающей среди гостей с бокалом шампанского в руке? Уж лучше не подвергать себя искушению выплеснуть шипучий напиток в его противное, костлявое лицо! Филлида неторопливо направилась к незаметной боковой двери, ведшей на кухню дома священника, где горничные и лакеи ждали ее распоряжений.
– Миссис Брайт, что это у вас?!
Филлида чуть не подпрыгнула от неожиданности, когда перед ней внезапно возник мистер Доббл. Он загородил ей проход, подобно скелетообразному часовому, глядя на бокал с таким ужасом, будто он был наполнен ядом. Доббл, напоминавший какое-то насекомое, с длинным телом и длинными руками, обладал парой несоразмерно коротких ног, бледной кожей и лысой как колено головой, за что в свое время получил прозвище Лысый Череп. Одетый в темную ливрею, он действительно производил впечатление скелета. Он держал в руках бутылку с чем-то крепким – конечно, не для себя, а чтобы вынести ее гостям.
– Добрый вечер и вам, мистер Доббл, – отозвалась Филлида, намеренно не отвечая на его вопрос, и, изящно изогнувшись, обошла его фигуру, загородившую ей проход. Интересно,
