Честное предупреждение - Майкл Коннелли

Меня вдруг кольнуло подозрение.

— Рэйчел, вы ведь не берете его прямо сейчас, а?

— Нет, вовсе нет. Я бы сказала тебе, Джек.

— Тогда что происходит? Я ничего не слышал от тебя весь день, а теперь ты куда-то едешь, но не говоришь куда.

— Я же сказала, я как раз собиралась набрать. Спасибо за доверие, кстати.

— Извини, ты же меня знаешь. Я становлюсь подозрительным, когда чего-то не знаю. О чем ты хотела поговорить?

— Помнишь, я говорила, что они пытаются установить, были ли другие жертвы? У тебя были только те случаи, о которых упоминали люди на сайте судмедэксперта. Бюро копает глубже.

— Окей, это хорошо. Нашли что-нибудь?

— Да. Есть еще случаи, еще женщины со сломанными шеями. Но они не поделятся информацией, если ты опубликуешь статью раньше, чем они будут готовы. Завтра они придут к тебе торговаться. Ты придерживаешь материал, а они дают тебе больше кейсов.

— Черт. О скольких жертвах речь?

— Как минимум еще трое погибших — включая тот случай в Тусоне, о котором ты сегодня упоминал.

Я замер. Что значит эта формулировка?

— Ты хочешь сказать, есть не погибшие жертвы?

— Ну, возможно, одна есть. Я сейчас еду к ней. Они нашли дело о нападении, где женщине сломали шею точно так же, как и остальным. Но она не умерла. Она квадриплегик, полностью парализована.

— О боже. Где она?

— Это случай в Пасадене. Мы подняли дело, и всё сходится. Есть фоторобот, и она встретила парня в баре.

— Что произошло? Как ее нашли?

— Должно быть, он решил, что она мертва. Сбросил её с лестницы на холмах. Слышал когда-нибудь о «Секретных лестницах» в Пасадене?

— Нет.

— Там, похоже, через весь район идут лестничные пролеты вверх-вниз по холмам. Сломав ей шею, он оттащил тело к лестнице и сбросил вниз, чтобы инсценировать несчастный случай. Но какой-то бегун наткнулся на нее на рассвете, и у нее еще прощупывался пульс.

— Значит, он знал Пасадену? Может, локация — это важная зацепка.

— Ну, они хоть и называются «Секретными», на самом деле не такие уж секретные. В интернете полно фото и отзывов на «Yelp». Сорокопуту достаточно было загуглить «Лестницы Пасадены», и он бы их нашел.

— Что насчет ДНК? Она сдавала тест в «GT23»?

— Не знаю. В материалах дела об этом ни слова. Поэтому я и еду сейчас, чтобы попробовать с ней поговорить.

— Одна?

— Да, одна. Агенты доберутся до этого только завтра. У них завал.

Я вспомнил свои первые изыскания по поводу атланто-затылочной дислокации. Это не всегда смертельно.

— Куда ехать? — спросил я. — Я встречу тебя там.

— Не уверена, что это хорошая идея, Джек, — ответила Рэйчел. — Я еду как частный детектив. Она может не захотеть говорить с репортером — если она вообще способна говорить.

— Мне плевать. Можешь вести опрос сама, но я хочу быть там. Куда ты едешь?

Повисла пауза, и я почувствовал, что наши хрупкие отношения снова висят на волоске.

— Реабилитационный центр «Альтадена», — наконец произнесла Рэйчел. — Загугли адрес. Ее зовут Гвинет Райс. Ей всего двадцать девять.

— Я выезжаю, — сказал я. — Дождись меня.

Я отключился и вернулся к столу Эмили, чтобы сообщить: жертв больше, и я еду к той, что осталась жива. Я рассказал ей о плане ФБР предложить сделку: информация о других жертвах в обмен на отсрочку публикации.

— Что думаешь? — спросила она.

— Не знаю, — ответил я. — У нас есть время до завтра, чтобы подумать. Почему бы тебе не обсудить это с Майроном, пока я попробую взять интервью?

— Договорились.

— Кстати. У них есть фоторобот Сорокопута.

— Это часть сделки?

— Мы сделаем это частью сделки.

Я выбежал из офиса, на ходу хватая ключи со стола.

Глава 35

Рэйчел ждала меня в холле реабилитационного центра «Альтадена». Вид у нее был сугубо деловой. Ни объятий, ни приветствия — только сухое: «Долго же ты добирался».

Она развернулась и направилась к лифтам; мне пришлось догонять.

— Ее отец согласился встретиться со мной, — сказала она, когда мы вошли в кабину, и она нажала кнопку третьего этажа. — Он сейчас у нее. Приготовься к худшему.

— К чему именно? — спросил я.

— Зрелище будет не из приятных. Это случилось четыре месяца назад, и состояние жертвы — Гвинет — оставляет желать лучшего, как физически, так и психически. Она на аппарате ИВЛ.

— Ясно.

— И позволь мне самой нас представить. Они о тебе еще не знают. Не лезь на рожон.

— В смысле?

— Не показывай, что ты здесь ради статьи. Может, будет лучше, если я сама буду вести записи.

— Я могу просто записать на диктофон.

— Записывать нечего. Она не может говорить.

Я кивнул. Лифт полз медленно. В здании было всего четыре этажа.

— Я здесь не только ради статьи, — сказал я, чтобы расставить точки над «i».

— Неужели? — отозвалась Рэйчел. — Когда мы говорили сегодня днем, казалось, что тебя волнует только это.

Двери лифта открылись, и она вышла прежде, чем я успел оправдаться.

Мы прошли по коридору, и Рэйчел тихо постучала в дверь палаты 309. Мы подождали, пока дверь не открыл мужчина, вышедший к нам в коридор. Ему было около шестидесяти, лицо его казалось изможденным. Он прикрыл за собой дверь.

— Мистер Райс? — спросила Рэйчел.

— Да, это я, — ответил он. — Вы Рэйчел?

— Да, мы говорили по телефону. Спасибо, что разрешили прийти. Как я уже говорила, я агент ФБР в отставке, но все еще…

— Для пенсионерки вы слишком молодо выглядите.

— Ну, я стараюсь держать руку на пульсе и время от времени сотрудничаю с Бюро. Как в этом случае. А это Джек Макэвой. Он работает в новостном издании «FairWarning». Джек — журналист, который первым связал все эти случаи и передал расследование в Бюро.

Я протянул руку, и мы с мистером Райсом обменялись рукопожатием.

— Рад встрече, Джек, — сказал Райс. — Жаль, что такого человека, как вы, не оказалось рядом четыре месяца назад, чтобы предупредить Гвинни об этом типе. В любом случае, проходите. Я сказал ей, что у нас гости и что наконец-то дело сдвинулось с мертвой точки. Должен предупредить: все будет происходить медленно. У нее есть экран и специальный стилус, который она держит во рту, — так она общается.

— Без проблем, — ответил я.

— Это удивительная штука, — продолжил Райс. — Превращает ее зубы и небо в клавиатуру. И с каждым днем у нее получается все лучше. Впрочем, она быстро устает и в какой-то момент просто отключится. Но давайте попробуем, посмотрим, что удастся узнать.

— Спасибо, — сказала Рэйчел.

— И еще