Новогодний детектив. (Не)выдуманные истории - Виктор Динас
— Надо отвезти деньги к отцу Алины? — быстро спросил Витька.
— Шутишь? Адрес дам, машину берите мою. Оружие не забудьте, мало ли что. Времена сейчас… Ничего, справитесь — с вашим-то опытом. Я бы сам поехал, но человек с валютой согласен на обмен только для отца Алины, понимаете? И ждет, что приедет его без пяти минут зять — только так.
Конечно, поручение шефа надо было выполнить. Витька прицепил дипломат к запястью наручниками, Мишка сел за руль. Ехать пришлось в Нахаловку — типичный частный сектор в городской черте. Когда они подъехали к нужному дому, началась метель.
Обмен занял довольно много времени, причем Мишку дальше порога не пустили, пришлось час топтаться во дворе под неприветливыми взглядами двух амбалов. Но Витька вышел спокойно, подмигнул другу, и они покинули загадочную «крепость».
У ворот Мишка оглянулся, заметил приближающуюся в метели согнутую фигуру, просигнализировал Витьке и достал из кобуры пистолет. Потом Мишка так и не мог вспомнить, как Дед Мороз вынырнул из метели. В память врезалось только то, что двигался он как-то неловко, а его лицо закрывала веселая пластмассовая маска с красным носом. С виду обычный Дед Мороз, который ходит по домам с подарками. Но Мишка помнил новости о Морозах-разбойниках и снял пистолет с предохранителя. В ту же секунду раздался крик Витьки:
— Ложись!
Друг обеими руками толкнул его в сторону. Дипломат больно ударил по лопатке. Мишке удалось не упасть — он налетел на припаркованную машину шефа. В тот же момент раздался выстрел, и Витька рухнул на снег, крича от боли и зажав свободной рукой рану на ноге.
Дед Мороз опустил пистолет и отступил назад. В Мишкиной памяти на долю секунды вспыхнула картинка: когда они были в Афгане, Витька спас ему жизнь — заметил, что друг вышел на линию огня. Получается, сегодня Витька во второй раз закрыл его собой!
Мишка выстрелил в Деда Мороза — их разделяло не более пяти метров, так что шансов у грабителя не было. Дед Мороз рухнул как подкошенный, с его головы упала шапка с приклеенными седыми космами. Убедившись, что Витька, хотя и ранен в бедро, находится в сознании, Мишка подбежал к Деду Морозу. Из-под шапки рассыпались длинные светлые волосы. Почувствовав холодок на спине, Мишка сдернул пластмассовую маску. На него смотрела Оксана. Из уголка ее губ стекала струйка крови, но девушка была еще жива.
— Оксанка, как же так? — прохрипел Мишка. — Ты что натворила, дура?
Девушка вцепилась в него и прошептала:
— Это… ошибка. Не надо было мне… Люблю… его…
Больше она ничего не успела сказать.
Что было потом, Мишка помнил плохо. Он бегал по улице, стучась в чьи-то дома, просил позвонить в милицию и скорую. Его пустили только в пятый или шестой дом, да и то лишь после того, как он догадался убрать в кобуру пистолет.
Первым делом он позвонил Витькиному тестю и получил инструкции — быстрые, четкие. Потом ему пришлось давать показания, сдавать оружие, подписывать какие-то бумаги. Судя по всему, оперативники тоже получили инструкции от кого надо и отпустили Мишку довольно быстро. Он помчался в больницу. Состояние Витьки было неплохим, отец его невесты организовал лучшую палату, а шеф сидел у его постели, словно отец родной.
Мишку шеф тоже встретил тепло. Еще бы — дипломат с валютой перекочевал в его сейф целым и невредимым, а история с обменом вообще не фигурировала в показаниях: два сотрудника кооператива развозили новогодние подарки больным детишкам, заплутали в незнакомом районе, вышли спросить дорогу у какого-то дома, тут-то на них и напали.
Душевное состояние Мишки было паршивым: он не мог забыть лицо застреленной им девушки. У него не было времени подумать, откуда там взялась Оксанка и почему она стреляла в него. Но в тишине Витькиной палаты он наконец смог сосредоточиться.
— Шеф, что произошло? — спросил он, прижимая дрожащие ладони к коленям.
— Если б я знал! Но версия у меня имеется.
— Да, что Оксанка там делала? — тоже оживился Витька.
Шеф помассировал залысины.
— Ну и денек сегодня! Если бы не вы, неизвестно, чем бы все обернулось! Кто бы мог ожидать такого от Оксаны! Вот уж точно, чужая душа — потемки. А я-то хотел ей помочь, устроить ее жизнь!
Мишка не выдержал и прервал причитания шефа:
— Получается, Оксанка решила вам так отомстить? Украсть дипломат с валютой? Но она же знает нас с Витькой! Как она могла подумать, что ей удастся убрать нас обоих и отцепить дипломат от руки? Ключ от наручников был даже не у Витьки, а у меня.
Шеф развел руками:
— Сам не понимаю! Откуда она узнала адрес? Машины у нее нет. Но она как-то вас выследила.
— Мы проверяли — не идиоты же. Никто за нами не ехал. А на улице той вообще было пусто.
Шеф некоторое время молчал, потом махнул рукой:
— Да кое-что я и сам сболтнул. Обещал ей подарочек на Новый год сделать… в долларах. Об обмене она могла догадаться, но и только — никаких подробностей!
Мишка прикинул, какие подробности в этой истории шеф оставил за кадром. Понятно, что утром он распустил хвост, начал подкатывать к девушке — обещал, наверное, валютой одарить. Рассказал больше, чем надо было, но Оксанка взбрыкнула, наговорила неприятных вещей. Шеф в долгу не остался и выгнал ее.
— Значит, это была ее месть? — предположил Мишка.
— Возможно, — печально хмыкнул Витька, откинувшись на подушку. — Она ожидала шефа увидеть — его машина ей хорошо известна. Решила убить двух зайцев сразу: и бывшего начальника застрелить, и валюту забрать.
— Да-да! Она, наверное, как-то подобралась к дому, пока вы были внутри. Увидела машину, убедилась, что я там, и стала ждать. И решила, что все будет просто, — согласился шеф.
Мишка что-то хотел возразить, но посмотрел на начальника и передумал. Директор кооператива еще повздыхал о том, что пригрел змею, а затем оставил друзей одних. Некоторое время они молчали, а потом Витька тихо спросил:
— Ты как?
Мишка пожал плечами. Что он мог сказать? Как описать чувства, когда срабатывает защитная реакция, но ты не предполагаешь, что под маской грабителя может оказаться знакомая девушка? Конечно, Витька отлично понимал, как погано на душе у друга. Он попытался отвлечь Мишку: показывал ему подарки, переданные невестой, сетовал, что родители все еще не пускают ее в больницу, расписывал, какую свадьбу они сыграют. И вдруг Мишка оборвал его на полуслове:
