Жиль - Пьер Дрие ла Рошель

Все с тем же ангельским видом Галан вдруг очень ласково сказал:

— Поль Морель, нужно, чтобы вы изъяли у вашего отца письма Шанто. С какого-то момента Поль ждал этой фразы, но все-таки вздрогнул.

— Не вижу никакого смысла в том, чтобы поддерживать Шанто в противовес моему отцу. Оба друг друга стоят.

Он чувствовал страшную неловкость под ласковым и настойчивым взглядом Галана и все же пробормотал себе под нос какое-то невнятное возражение. Тогда Ребекка воскликнула:

— Поль, ты не должен ни секунды колебаться! В конце концов, это отвратительно — использовать в своих целях личные письма человека, да еще письма его юности!

— Да, — нехотя сказал Поль.

Он ненавидел Галана, но боялся трусливо отступить перед трудным заданием. Всего два месяца тому назад он поклялся посвятить себя душою и телом Каэлю и Галану.

После недолгой паузы он продолжил с непринужденным видом человека, который наконец принял решение:

—  Но сначала скажите, как, по вашему, я могу отыскать эти письма? Галан начал давать ему информацию, и она своей точностью ошеломила не

только его, но и Ребекку. Поль с ужасом вспомнил тот взгляд, которым Галан обменялся в банях с полицейским начальником. Свои сведения Галан мог получить только от полиции. Значит, полиция, была против его отца — это крайне удивило Поля. Выходило, что и мадам Флоримон, и Жильбер де Клеранс были тоже посвящены в это дело. От всего этого разило полицейской провокацией и семейным скандалом. Мадам Флоримон ненавидела его мать, это он знал. Однако Галан не спускал с него своего спокойного взгляда. Этот взгляд ввергал Поля в бездну слабоволия и бессилия, и Поль говорил себе: "Я трусливо отступаю пе­ред единственным поступком, на который я способен и которого от меня можно потребовать. От меня они требуют совершить поступок подлеца и предателя. Они правы, требуя его от меня, хотя и он чересчур труден для моих слабых сил".

И тут он неожиданно сказал, что сделает это; он вернется в Елисейский дворец. При этом он глядел на Ребекку, и в его глазах читались упрек и угроза.

Когда Галан ушел, Поль разразился яростной тирадой на тему о том, что все, решительно все плетут вокруг него козни с целью его погубить.

XX

После эпизода в кабинете врача перед их отъездом из швейцарской лечебницы Поль перестал доверять своей подруге. Со времени их приезда в Париж он придирчиво за нею следил и вскоре, еще до визита Галана, заметил, что она каждый день ищет предлога, чтобы на какое-то время отлучиться. Он пошел за ней следом и увидал, что она ведет долгие телефонные разговоры из соседних кафе или из кабинки на почте. Он не сомневался, что она говорит с молодым швейцарским врачом. В нем нарастало болезненное возбуждение, которое он всеми силами старался скрыть от своей любовницы, но с ужасом ощущал, что эти силы подходят к концу. После кокетливых переглядываний Ребекки с Галаном ему стало уже совсем невмоготу себя сдерживать.

На следующий день после визита Галана он должен был вернуться в Елисейский дворец, но утром он заявил, что весь день будет оставаться в постели. Ребекка посоветовала ему по крайней мере предупредить об этом родителей; со злобной иронией он отказался. Он много пил после приезда в Париж и, скверно перенося алкоголь, всякий раз просыпался в тяжелом состоянии. Его слова, казалось, привели в замешательство Ребекку, которая, вероятно, рассчитывала, что вечером будет свободна. Поль вздрогнул, уловив гримасу досады на ее лице. Он тут же устроил ей ловушку.

— Я собираюсь сегодня вечером зайти к Каэлю, чтобы побеседовать с ним наедине. Я хочу знать, что он думает обо всем этом.

Не попросив позволения его сопровождать, Ребекка с притворным равнодушием сказала:

— Я пойду в кино.

— Вот и прекрасно.

Поль дрожал от нетерпения и тревога весь день. Валяясь на кровати, он курил одну сигарету за другой и мусолил страницы полицейского романа. Впрочем, выйдя их гостиницы, он тотчас занял наблюдательную позицию в табачном магазине и увидел, что Ребекка, которая только что еще была в халате, теперь вся расфуфыренная и напомаженная, выскользнула из отеля. Идя за ней следом и глядя на ее уродливые ноги и отвислый зад, он только сильнее ее обожал. Она вошла в пивной бар "Дом", села за столик и принялась ждать. С поистине дьявольской ловкостью отыскав укрытие, Поль подстерегал каждое ее движение. Сердце бешено колотилось, он всем телом дрожал и еле сдерживал рвущийся из груди крик. Чтобы немного успокоиться, ему пришлось пройти еще несколько шагов по улице. Потом, испугавшись, что она исчезнет, он резко рванулся назад. Она была там же, с ней рядом сидел мужчина, молодой врач из Швейцарии. Как загипнотизированный, Поль двинулся к ним.

Когда Ребекка его увидела, на ее лице застыл страх, потому что у Поля был поистине ужасающий вид. У него были расширены глаза, он брызгал слюной, и все его тело сотрясалось словно в пляске святого Витта.

За соседними столиками люди застыли, думая, что сейчас произойдет убийство из ревности.

— Сволочи, — с трудом ворочая языком, хрипел Поль, — вот как вы лечите своих пациентов! Сволочи, вы хорошо надо мной посмеялись, вы оба! А ты, грязная потаскуха, вот как ты думаешь о своей революции! Устроилась в Париже на мой счет да на мои денежки еще и альфонса себе завела!

— Успокойтесь, успокойтесь, — говорил молодой врач с сильным швейцарским акцентом.

Его испуганный вид не вязался с внушительной шириной плеч.

— Мой малыш, мой малыш, — говорила Ребекка.

Они выволокли Поля из кафе на улицу. За врачом увязался официант, боясь, что тот забудет заплатить за заказ. На тротуаре люди взволнованно толпились вокруг Поля, которого сотрясали сухие рыдания; маленький, сутулый, он сжимал руками голову.

Неожиданно он убрал кудри и взглянул на Ребекку. Его физиономия неузнаваемо изменилась. Нечто вроде застывшей судороги придавало лицу выражение энергии и решительности, которого Ребекка до сих пор у него не видала.

— Из всех вас лишь я один подлинный революционер. Я всегда так считал. Я знаю, что остается мне делать. Прощайте.

И он шагнул от них прочь, будто собираясь удалиться. Люди вокруг посмеивались, одни с сочувствием, другие сердито..

— Куда ты идешь? — спросила Ребекка. — Я тебя не отпущу.

— Шлюха ты, тебе нужен десяток любовников для твоей грязной задницы. Но и у меня есть десяток любовниц, они меня ждут. Пусти.

— Я тебя не отпущу.

Тем временем молодой врач вступил в перебранку с двумя подозрительного