Среди людей - Ислам Иманалиевич Ханипаев
– И потом уже риторика пошла вниз? В смысле в истории, – спрашивает кто-то из зала.
– Нет, она еще какое-то время просуществовала, – отвечает отец. – Риторика укатила в Древний Рим, а там были такие глыбы, как Цицерон, Квинтилиан и другие. Ее подхватили индийцы, китайцы. Начали вводить свои какие-то штуки. И да, если в целом, риторика больше не была в таком положении, но критическая масса была набрана, и поэтому она быстро перекочевала в науку, которую преподавали в Европе в составе великой семерки. Кто знает, какие еще там были науки?
Зал молчит.
– Ну ладно, само собой, ответ знает Рябцева. Карина?
– Арифметика, геометрия, астрономия, музыка, грамматика, логика и риторика, – отвечает она, как искусственный интеллект.
– Спасибо, – отец разводит руками. – Такие дела. Ну ладно, лекция завершена, и мы переходим к батлам! Сегодня у нас три пары по классическим правилам и одна дуэль.
Он вновь объясняет всем правила:
– И начнем мы сегодня с дуэли. С участниками вы незнакомы, но их проблема знакома каждому. Между ними возник спор, а, как часто такое бывает, камень преткновения мужчины – женщина. Я приглашаю сюда Марселя и Андрея!
По зрителям пробегает нервный ропот. Такие конфликты все любят. За эти почти два месяца присутствия на «Темной стороне» я и сам полюбил неожиданные конфликты. Эти дуэлянты ничего не понимают в правилах, не имеют понятия, что значит слово «риторика», да и на дебаты они плевать хотели. Они знают лишь, что каждому из них отведено время и за это время они объяснят, что собой представляет оппонент, пользуясь всеми доступными им возможностями великого и могучего.
– Тьфу, опять будет какой-то «Дом–2», – бубнит надо мной бабуля лет семидесяти. Не совсем понимаю, зачем ей эти «ораторские курсы». Хотя отец сказал бы так: «У каждого из нас есть темная сторона» – и у ворчливых бабушек тем более. Каждый это знает.
– Орел, решка? – Отец выставляет руку с монеткой.
– Орел, – говорит Марсель, смазливый парень лет двадцати пяти, зачем-то нацепивший на лицо усы щеткой. Непризнанный поэт.
– Решка, – кивает Андрей, и это уже другое дело – густая борода, широкие плечи, рыжая копна кудрявых волос с седым островком слева от уха. Футболка обтягивающая. Мужицкий мужик с соответствующим голосом.
Думаю, бугаю не стоило идти на этот батл. Он бы мог просто съесть поэта на завтрак. Успеваем с Джамиком обсудить, кто победил бы в кулачном бою. Друг со знанием дела заявляет, что обычно эти накачанные собой ничего не представляют. Ткнешь пальцем в живот – сдуются, как шарик на день рождения.
Отец подбрасывает монету и приглашает Андрюху выступить первым.
– Понеслась, – радостно произносит Джамал, и действительно «понеслась» – лучшее слово.
Начинается все с оскорблений внешности. Что поэт этот никакой не мужик и что ему срочно надо пройти тесты, определяющие, к какому виду беспозвоночных существ он относится. Затем чисто визуально Андрюха определяет в нем «телочку», которой место на дороге где-нибудь в Таиланде. Комментирует его одежду, трижды называет бомжом и ставит себя в пример как человека почти состоявшегося, недавно открывшего фитнес-зал, в котором найдется место и для этого дрыща, если очень сильно попросит. Называет себя начинающим бизнесменом, человеком надежным, как гора, слов на ветер не бросающим, и утверждает, что каждое им сказанное слово подтвердят уважаемые товарищи по залу и дела, которые он делает. Затем еще пара оскорблений в виде сомнений в сексуальной ориентации. Что-то про прическу, про то, что в армии ему уж точно вернут мозги на место. Кажется, мужика совсем не заботит то, что батл предполагает, что победителя определит зал. Он пришел на разборки. Понятное дело, что не нам решать, кому достанется роковая дама, но и до нас он, наверное, что-то должен донести. Бабуля надо мной покачивает головой и иногда орошает мою макушку своими «тьфу» на его сомнительные доводы. А между тем штрафы за оскорбление личности бьют на воображаемом счетчике рекорд, что удивительно, совсем без мата.
Слово переходит к поэту, и тот, действительно оправдывая звание, которым я его нарек, выдает оскорбительное четверостишие, выставляя Андрюху тупой обезьяной. Тот, сжав кулаки, отвечает, что обезьяна тупая бизнес бы не создала. Отец просит его не нарушать регламента и, видимо заметив кувалды вместо рук, напоминает, что на батлах и рукоприкладство запрещено. Слово возвращается к Марселю. Тот, вылезая из-за широких отцовских плеч, продолжает сомневаться в умственных способностях соперника, переходит на внешность и среди прочих высмеиваний предлагает меньше колоться стероидами, так как это приводит к проблемам с архиважным для мужчин оборудованием. Бугай делает шаг в его сторону, а тот опять прячется за отцом, ну и отец шутками пытается разрядить обстановку. Поэт завершает первый раунд словами, что читал, будто мужчины отращивают большую бороду, чтобы скрыть комплексы.
Отец отправляет их по углам.
Начинается второй раунд, и тут парни наконец переходят к сути конфликта. Некая Анастасия. «Это для тебя она Анастасия, а для меня Ася! Видишь, ты даже не знал, что ее бесит имя Анастасия!» – вставляет сразу поэт. Андрей, вместо того чтобы опротестовать нарушение регламента, задается вопросом, что любимая нашла в этом дрыще. Отец уточняет: раз это дуэль, то парни могут сойтись на том, что у них не будет по пять минут и они могут все десять минут спорить, но на всякий случай предупреждает, что от таких споров, как правило, конструктива никакого не жди. Парни выбирают спор без правил. И вот теперь-то понеслась по-настоящему: Марсель принимается перечислять, почему Ася бросила Андрюху при его-то габаритах, мужественности и успешности. И почему предпочла ему скромного начинающего барда. Андрюха на это отвечает тем, что нрав у него горячий и, бывало, вскрикивал на любимую Анастасию, но сугубо от большой любви и руку на нее никогда не поднимал, а этот начинающий бард, живущий в доме напротив, просто ждал, пока девушка выбежит из подъезда в слезах, и сталкерил ее. Марсель отвечает, что это все тут ни при чем, а поразил он ее своим талантом музыку делать из воздуха. Андрюха сей талант демонстрирует, включив запись с телефона. Зал хоть в целом за Марселя, но вынужден признать, что поет он отвратно и, возможно, эта причина станет препятствием для серьезных отношений с Асей. Он оправдывается перед залом, что это экспериментальная музыка, да и вообще прямо сейчас он находится в поисках своего музыкального голоса. На что бугай предлагает направление поисков из трех букв. Зал неожиданно смеется.
