Опаленные войной - Александр Валентинович Юдин
Отступив от поворота, прямо на дороге поставили сразу четыре противотанковые — чтобы надежно закупорить проезд, исключив хоть какую-то возможность прорыва бронетехники.
Выше, на склонах, Семеныч установил несколько «озимых» — это могло стать крайне неприятным сюрпризом хоть для кого. Ну и просто в кюветы наскоро понабросали обычных ПМН. Почти не маскируя — так… травой забросали, да в паре мест песочком присыпали «Прощай моя нога», при всей своей невысокой мощности, могла запросто отбить охоту ползать и бегать по всяким там канавкам и ямкам. Уж чего-чего, а изобретать всяческие сюрпризы сапер умел!
Осмотрелись.
Ну…
Вроде бы все правильно…
— Я бы еще и вон там, — кивнул Семеныч, — ниже у дороги чего-нибудь присандалил. Ежели мы их тут тормознем, то вот у этого поворота техника и встанет. Площадка там удобная…
— Так противотанковых-то больше нет! — пожал плечами Худой.
— И чо? «Озимые» есть — их и поставь. На этот самый пульт и воткнем — тот еще сюрприз может выйти!
Выпрыгивающая мина ОЗМ-72 и в самом деле могла причинить немалый урон десанту. Да и грузовикам прилетело бы основательно.
— Старый дело говорит! — кивнул Крашенинников. — Давай, показывай, чего там куда подключать…
Нагрузившись минами, Худой и Крашенинников бодро потопали вниз.
— «Горка», тут Скиф!
— Тута мы! — схватил рацию Петр.
— Готовьтесь там… У нас финиш. Командир и Огородник — двухсотые. Вторая группа… там, похоже, тоже абзац. С той стороны никто уже и не стреляет. К РПГ одна граната осталась.
— М-м-мать…
— Две коробки мы все же зажгли! Ну и десанту наваляли — мало не показалось! Прощайте там! Лихом не поминайте!
— Скиф!
Рация молчала.
— М-м-да… — покачал головою Семеныч. — Ладно, я наверх — оттуда обзор получше.
Через пятнадцать минут снизу прибежал Худой.
— Заканчиваем!
— Граник возьми, да вон там себе позицию оборудуй! — указал Петр. — Как кто из-за поворота выйдет — хреначь!
— До мин что, не допускаем? Оттуда же еще метров пятьдесят еще?
— А ты прикинь — сколько их тогда на дороге окажется? С пяток коробочек — так и к бабке не ходи! Башки поднять не дадут!
— Хм… — почесал в затылке собеседник. — Ну… тебе виднее — я ж в армии не служил! Так прямо, как из шахты вылез — сразу и на войну!
Петр в свое время дослужился аж до сержанта. И хотя боевого опыта не имел, но кое-какие преимущества это все же давало. По крайней мере к нему прислушивались. Да, по правде сказать, из всего отделения только командир, Семеныч, да он сам имели хоть какой-то военный опыт. Старый — так еще Афган помнил! Все прочие учились этому уже на ходу. Раз работал ранее на шахте взрывником, то и быть тебе в армии сапером! По ходу дела и наблатыкаешься!
Прихватив парочку «Мух», Худой поскакал обустраивать себе лежку.
— Краш! — заорала рация. — Ходу! Черт ли тебя там держит?! Вали!
Со своей позиции Семеныч мог видеть дальше всех. И судя по тому, как он закричал в передатчик, валить снизу следовало тотчас же!
— Да бегу уже! — ответил Крашенинников. — Присыпать тут надо было кой-чего… в глаза бросалось…
Чух-чух-чух!
Автоматическая пушка с брони.
— Краш!
Чух-чух-чух!
Тишина…
— Амбец Крашу… Не добежал… — каким-то севшим голосом прохрипел старый сапер.
Петр сплюнул, выругался и придвинул к себе пулемет.
Но из-за поворота первыми появились не десантники с брони, как он предполагал, а высунулся хищный нос бронетранспортера.
Тут он теперь и догорал.
Выждав пару минут, в атаку рванулась, наконец, и пехота — и ей крупно не повезло. Во-первых, всякое там ползанье по кюветам и придорожным канавам закончилось очень быстро — после пары подрывов народ смекнул, что над этим тут кто-то поработал. И тогда они поперли уже по дороге.
Вот тут и сказал свое веское слово ПК — потеряв несколько человек, и эти гаврики откатились назад.
Зато снизу ударили минометы — и вот тут поплохело уже защитникам.
Отступавшая пехота успела «срисовать» их позиции — и по ним теперь молотили жестоко и безжалостно. Кинули несколько мин и на верхушку холма, справедливо полагая, что такую удобную в плане обзора позицию, уж кто-нибудь наверняка да займет.
И вот, надо же такому случиться!
Одна из них (наверное, по какой-то досадной случайности) легла аккурат рядышком с ложбинкой, где примостился старый сапер. Он остался жив, но осколками его поранило весьма основательно. Да и глушануло ко всему прочему…
— Худой! — услышав по рации сбивчивую речь товарища, гаркнул во всю мочь луженой глотки Петр. — Укладку схватил — и к Семенычу!
Укладка…
Таким громким обозначением именовалась обыкновенная автомобильная аптечка. Главной ценностью там являлись несколько упаковок противошоковых препаратов — их берегли как зеницу ока! По случаю удалось добыть у гуманитарщиков и обычных перевязочных пакетов. Глядя на так называемую «медукладку», главврач госпиталя только головою покачал. Но ничем особенным помочь не мог и он — не хватало буквально всего! Даже и у них. Однако пару шприц-тюбиков с промедолом все-таки выдал…
И со всем этим добром Худой теперь спешил на холм. Петр достаточно отдавал себе отчет в том, что, лишившись старого спеца, отряд разом утратит свою боевую мощь… ну, больше чем наполовину — это и к бабке не ходи. Нет, нажать на кнопку, разумеется, мог любой… но какой пульт чему соответствовал? И в какой именно момент надо эти самые кнопки нажимать? Когда взрыв будет максимально эффективным?
Семеныч знал! И со своей позиции видел почти все.
А то, что не попадало в поле его зрения — видел уже Петр. И поэтому ему до зарезу был нужен Семеныч на своем месте.
Безо всей этой хитрой машинерии остатки отделения не продержались бы и пяти минут…
Вернулся Худой.
Скатился на заднице с откоса — и прямо в свое гнездо.
— Как там? — поднес рацию ко рту Петр.
— Перевязал, промедол вколол. Жить… ну, я ж не доктор! Будет, наверное…
— Тебя, балабола, еще переживу! — тотчас же откликнулся сапер.
С души прямо-таки изрядный каменюка свалился!
— А никто тебя, старого черта, и не хоронит! Че там у заклятых друзей-то происходит?
— Чего ж там может происходить? Готовятся… скоро попрут… сейчас в колонну выстраиваются…
— И до хрена их там набирается?
— Две коробочки вижу… десант на броне. И еще с полсотни головорезов сзади топают.
— Чего ж не все разом?
— А я знаю? Нам и этих, по большому счету, дофига… — сапер закашлялся. — Блин, в глазах темнеет… спать хочу…
— Это от потери крови так бывает! — авторитетно вклинился в разговор Худой. — Ниче, старый,
