Опаленные войной - Александр Валентинович Юдин
Блиндажи находились почти в полукилометре друг от друга — и понятное дело, котята за ночь туда-сюда не бегали. Где задремали — там, обычно, и оставались…
Первые же два дня ночлега пушистых квартирантов на новом месте дали совсем неожиданный эффект! Котята оказались великолепными природными… э-э-э… ну, психоаналитиками их называть было как-то… ну… наверное, неправильно. Но вот прижмется ночью к боку теплый мохнатый комочек, заведет свой муркотальник-воркотальник…
И человек просыпался свежим! (Пусть и спал всего несколько часов.) Уходила усталость, пропадала неведомо куда и раздражительность. Народ слегка приободрился. А тут еще и на подмогу прислали несколько человек. Стало полегче…
Но, по старой памяти, котята еще навещали удаленный блиндаж. Где для них всегда находилось что-то вкусненькое.
Но всему рано или поздно приходит конец.
Первыми начали собираться охранники. Выносили на улицу вещи, укладывали их в автомашины. Собирались быстро, но тщательно и обстоятельно.
Странное дело, но вот парочка инженеров осталась, никаких сборов у них не было.
И когда за поворотом лесной дороги скрылся последний автомобиль, котята подбежали к оставшимся.
— Ну что, Петрович, все? — спросил тот, что был постарше.
— Должно отъехали уже… Но подождем еще! Они по связи скажут.
И верно, не прошло много времени, как зашипела черная коробка на поясе одного из саперов.
Прислушавшись к словам, что оттуда раздавались, тот только кивнул.
— Все, отъехали. Оцепление выставлено, можно начинать.
Однако, сразу они никуда не пошли.
Петрович, не торопясь, докурил сигарету, сунул в ямку окурок и только тогда поднялся.
— Почапали…
Отойдя несколько шагов, он окликнул хвостатых.
— Эй, а вы-то куда намылились? Сидите уж тут! Давай, — повернулся он к напарнику, — в блиндаж их, что ли, запрем?
— Эти вылезут! — безнадежно махнул рукою тот. — Сам знаешь… Да и… ежели что, то кто их оттуда-то вытаскивать станет? Можно подумать, других дел ни у кого не будет?
— И то верно…
Они прошли недалеко по дороге, свернули в чащу и остановились. Здесь в земле имелась дыра, откуда чем-то неприятным попахивало. Нет, не испорченными продуктами. Запах был… какой-то недобрый и настораживающий. Зловещий какой-то…
Сергеич спустился вниз и посветил фонарем.
— Все в норме, можно начинать.
В дыру протиснулся и второй сапер.
А следом спрыгнула и Марфа — ей все было интересно. Куда и зачем полезли эти люди? И почему от них сегодня не пахнет вкусняшками?
— От, ты, чертовка пушистая! — поймал ее за холку Петрович. — Тебя-то куда понесло?!
Кошку бесцеремонно отодвинули в сторону, так, чтобы она не вертелась под ногами в тесном проходе. Мало того, что он и изначально-то был нешироким, так его зачем-то еще и мешками с землей почти загородили…
С одной стороны проход был весь завален тяжелыми чушками снарядов — Марфа столько никогда и не видела сразу. А с другой, если протиснуться мимо мешков, стоял еще один. И вот около него-то сейчас и возились оба сапера.
— Не, — покачал головою один из них. — Нельзя снимать, хрен там его знает, как эта штука срабатывает. Была бы простая механика… а тут, сам посмотри, что-то электронное стоит!
— Да, вижу… Будем рвать? Не должна взрывная волна по коридору пройти, скорее уж, попросту крышу снесет, да вверх и уйдет.
— По логике вещей — да, не должна. А внизу под ним что? Щуп-то не заходит!
— Ну, там и камни вполне лежать могут.
— Могут… а могут — и не только камни. Ладно, давай шашку.
Они еще какое-то время повозились, постоянно отпихивая локтями любопытную кошку.
— Все, хорош… Тянем шнур…
Выбрались в проход и стали закладывать его заранее заготовленными мешками с землей. Поднялись наверх и Петрович, опустившись на поваленное дерево, закурил.
— Передохнем, спешить некуда.
Рыжий, вынырнув из кустов, запрыгнул на колени старшему.
— Кстати, надо будет и Марфу отловить, полезет еще сдуру вниз… — сказал тот.
Они осмотрелись — кошки не было.
— Так, держи этого субчика, а я вниз!
Естественно, она была там — а где же еще? Тут было столько много всего интересного!
В который уже раз ее бесцеремонно сгребли за шкирку и запихали под куртку.
— Тут сиди!
Что-то зашипело — и сапер быстро выбрался наверх.
— Запалил!
— Ну, минут пять у нас точно есть… Почапали…
Самым близким к этому месту был блиндаж охраны — туда все и направились. Спустившись по лестнице вниз, притворили дверь, кто-то включил фонарь. И только тогда выпустили котов. Впрочем, оказавшись в знакомой обстановке, никто из них и не подумал куда-то там убегать. Котята свернулись в клубок на ближайших нарах и собрались было уже задремать.
— Сколько там осталось?
— Минута где-то…
Что-то бухнуло, по земле прошла дрожь…
— Все?
— Похоже. А не взорвался снаряд-то! Сталбыть — точно все рассчитали!
— Хм! Ну, кабы неточно — мы б это не только услышали, но и на своем горбу ощутили в полный рост! Полтора десятка тонн снарядов — тот еще фейерверк получиться мог!
Захрипела радиостанция — народ интересовался обстановкой.
— Сейчас ножками туда сходим и все на месте выясним. Сидите там пока… — Петрович поднялся на ноги. — Пошли уж…
Услышав, что люди поднялись со своих мест, оживились и котята. Так что у двери они оказались первыми. Стоило ли упоминать о том, что и к месту взрыва они прибежали гораздо раньше саперов?
Взрыв сорвал маскировку на схроне и разбросал во все стороны доски, которыми была накрыта яма. Оттуда остро воняло кисловатым запахом взрывчатки. Вокруг валялись щепки, какие-то тряпки и обрывки полиэтилена — им была накрыта вся яма. Это уж потом ее засыпали еще и землей.
— Глянь — снаряд не сдетонировал! А все машинерию — сдуло к чертям свинячьим! — присел на корточки Сергеич.
— Ну, так! Не зря кумекали…
Петрович поднес ко рту радиостанцию.
— Порядок тут… можно возвращаться! Готовьтесь таскать…
Это был последний схрон. Больше в лесу таких тайников не оказалось. И через пару дней, погрузив оставшиеся снаряды в грузовики, народ стал сворачиваться уже окончательно. Собирали и укладывали вещи, остатки продовольствия. Это уже была не срочная эвакуация, а планомерное перемещение куда-то в другое место.
— Слышь, Петрович… А котов-то куда? Смотрю я, народ за них как-то даже и не озаботился вовсе. Неужто здесь оставим? Лиса так и шастает около лагеря! Они малыши еще, куда им с ней бодаться! Это сейчас она людей боится…
— Так они погрузкой заняты — дофига чего собрать-разобрать надобно. Потом, глядишь, и до хвостатых руки дойдут…
