Мария, королева Франции - Виктория Холт
— Клод… выдать замуж за этого… мужлана!
— Она наша дочь, и мы по крайней мере можем быть уверены, что она станет королевой Франции.
— Я полна решимости родить сына.
— Дорожайшая моя жена, я не могу позволить тебе подвергать свою жизнь опасности.
— Мой долг — родить сына.
— Нет, нет. Не тогда, когда у нас есть наследник в лице Франциска. Он достаточно здоров, чтобы угодить кому угодно. Народ уже им интересуется. У него есть все дарования, которые так нравятся людям. Такова наша судьба, и мы должны ее принять.
— Он не получит мою нежную Клод.
— Если ему суждено стать королем, лучшей партии ей не найти.
— Неужели? Я решила, что она выйдет за внука Максимилиана. Маленький Карл Кастильский будет для нашей Клод. Хотела бы я видеть лицо Луизы, когда она об этом услышит. Клод замужем за эрцгерцогом Карлом, а у меня родится сын. Где тогда окажется месье Франциск… со всеми честолюбивыми замыслами его матери?
— Так ты решила? — с грустью спросил он.
— Я решила. Франциск не получит Клод.
Луиза громко рассмеялась, когда услышала об этом.
«Неужели она думает, я буду скорбеть! Неужели она думает, что мне нужна эта жалкая букашка для моего Цезаря? Это все равно что спарить осла с арабским скакуном. Пусть эрцгерцог ее забирает. Пусть его с ней обручат. Ему не впервой быть обещанным в мужья».
И все же она была раздосадована, потому что народу этот брак пришелся бы по душе. А когда король — не сын короля, ему лучше жениться на дочери короля.
Предложи Людовик этот брак, она была бы довольна. Она бы сказала Франциску: «Женись на этом бедном создании. Такова твоя судьба».
А Франциск женился бы на ней и, будучи Франциском, обеспечил бы Францию наследниками. Она улыбнулась, представив, сколько прекрасных женщин сочли бы за честь стать его любовницами.
Но она щелкнула пальцами.
— У моего Цезаря будет принцесса — невеста, в которой соединятся и красота, и знатность.
Король был болен, и по всей стране разнеслась весть, что он умирает.
Луиза ликовала. Между Франциском и троном больше никого не останется. Ему не было еще и двенадцати, так что потребуется регентство. В ее голове уже роились планы. Она внушит сыну, как важно держать мать подле себя.
Она едва сдерживалась и мерила шагами свою комнату. Жанна де Полиньяк снова умоляла ее скрыть свое ликование: если до двора дойдет весть, что она радовалась смерти короля, ее могут обвинить в колдовстве или, по меньшей мере, в измене. Подумала ли она о последствиях? Нельзя забывать, что Анна Бретонская — королева и ее враг.
— Они не посмеют тронуть мать короля. Франциск любит меня, как никого другого. Он этого не допустит.
— Франциск еще мальчик.
— Франциск будет королем. Возможно, в этот самый миг он уже король. Они прокричат: «Король умер, да здравствует король!», и будут иметь в виду: «Да здравствует король Франциск Первый!»
— Слишком рано торжествовать.
Луиза обняла свою верную подругу.
— Как ты мудра, что предостерегаешь меня. Но я так счастлива, что не могу сдержать своего счастья.
Когда король поправился, Луиза пала духом.
На улицах Парижа люди радовались, что «Отец своего народа» все еще с ними. Но он был очень слаб, и казалось, что ему недолго осталось.
Дух Луизы вскоре снова воспрянул. Король — немощен. Королева — немощна. Казалось маловероятным, что они смогут произвести на свет здорового наследника, и все же Анна будет настаивать, чтобы они пытались, пока в них обоих теплится жизнь.
Анна, в отчаянном страхе потерять мужа, решила отправиться в паломничество в родную Бретань и оставила короля на попечение лекарей.
Людовик безвольно лежал в постели и, когда его королевы не было уже несколько дней, послал за своим старым другом, Жоржем д'Амбуазом.
— Жорж, — сказал он, — боюсь, мой конец не за горами.
Жорж был слишком мудр, чтобы отрицать это, ибо знал, что король не потерпит лжи.
— В Амбуазе Луиза Савойская будет ждать того мига, когда ее мальчишка взойдет на трон. Этот миг близится, Жорж, и мы с королевой не сможем этому помешать. Франциск Первый наследует мне.
— Сир, вам немного лучше. Я слышал это от ваших лекарей. Возможно, у вас еще есть время.
— Я могу встать с этого смертного одра, да. Но, думается мне, скоро я в него вернусь. Я беспокоюсь о своей дочери. Я хотел бы видеть ее королевой Франции.
— Брак с Франциском был бы уместен, сир.
— Королева против.
Жорж проницательно посмотрел на своего господина. Он увидел приказ в его глазах. Это был все тот же старый клич: «Пусть Жорж этим займется». Жорж д'Амбуаз должен был найти способ без промедления устроить брак между предполагаемым наследником французского престола и дочерью короля.
Жорж удалился и обдумал дело. Королева в Бретани. Дело нужно завершить в ее отсутствие. Людовику придется отвечать перед ней по ее возвращении, а поскольку он ненавидел пренебрегать ее желаниями, для этого должна была найтись очень веская причина, если не хочешь навлечь на себя гнев короля.
Жорж вернулся к своему господину.
— Такова воля народа, — сказал он, — чтобы принцесса Клод была обручена с Франциском.
И снова Жорж все устроил.
Две враждующие женщины наблюдали за церемонией. Анна была мрачна, но знала, что ничего не может поделать, ибо парижане отправили к королю делегацию с мольбой выдать их принцессу замуж за их дофина.
Луиза, по правде говоря, не была огорчена, хотя и твердо решила скрыть это от Анны. Но она не могла сдержать довольного блеска в глазах, когда ее взгляд останавливался на двенадцатилетнем Франциске — таком высоком, таком красивом, с такими ясными глазами, всем своим славным видом являвшем дофина, — а затем обращался к бедной, болезненной семилетней Клод, которая, казалось, и не доживет до брачной ночи.
Людовик был весьма доволен. Он не страдал от той же зависти, что и Анна, и не мог не смотреть на мальчика с удовлетворением. Хорошо, что одна из ветвей королевской семьи смогла произвести на свет мальчика, столь во всех отношениях достойного своей судьбы.
Король несколько поправился, но лекари предупредили его, что он должен беречь себя. Ему следовало есть умеренно, всегда только вареное мясо, и рано ложиться спать, следя за тем, чтобы ни в коем случае не перенапрягаться.
Он посоветовался
