Алое небо над Гавайями - Сара Акерман

Наступил вечер, Вагнеры не вернулись, и Лана все-таки решила позвонить. Дома у отца откопала номер замшерифа Хоокано. Кто-кто, а он должен быть в курсе всего.

— Честер, это Лана, дочь Джека Сполдинга. Мне нужна ваша помощь, — сказала она, решив не тратить время на любезности.

— Что тебе нужно?

— Я прилетела вчера увидеться с отцом, но не успела. Сейчас я у его соседей, Вагнеров. Утром приезжали агенты ФБР и забрали родителей, а я осталась с детьми. Они еще не вернулись, девочки боятся. Вам что-то известно?

Повисло долгое молчание; она слышала лишь дыхание Хоокано.

— Это не телефонный разговор, Лана. Соболезную тебе, Джек был мне хорошим другом. На острове ведутся аресты. Задерживают всех, кто может представлять угрозу. Японцев, немцев, итальянцев.

— Не думаю, что Вагнеры представляют угрозу.

— Рисковать никто не станет.

Его голос звучал очень сурово.

— А если родителей арестуют, что будет с детьми?

Он откашлялся.

— Их, скорее всего, отправят в приют. Если нет других родственников.

О таком последствии войны она прежде даже не задумывалась, но теперь столкнулась с ним лично. При мысли, что девочки попадут в приют, ей стало нехорошо.

— А что будет с арестованными?

— Лучше не лезь в это, Лана. Тебя это не касается. Дело серьезное. Правила изменились. Еще не хватало, чтобы тебя заподозрили в связях с нацистами.

Она увидела в окне профиль Коко, ее носик-кнопочку и худенькие плечики. Она с тревогой высматривала родителей. Сердце Ланы сжалось. Нет уж, ее это касается, подумала она. Еще как касается!

— А вы можете мне еще что-то сказать? О вторжении?

— Не по телефону. Советую тебе уехать в безопасное место подальше от Хило. Подумай, куда отправился бы отец, — последние слова замшерифа произнес нарочито медленно.

Знал ли Честер про дом на вулкане?

— Но гражданским запретили выезжать на дорогу.

— Напечатай письмо на машинке и подпиши его моим именем.

Лана повесила трубку и почувствовала себя еще хуже, чем до звонка. Как ей все рассказать Мари и Коко? Мари казалась достаточно рассудительной, но Коко… та была совсем из другого теста. Возможно, Честер ошибался, но она в этом сомневалась. Она подошла к крыльцу дома Вагнеров, Коко мрачно взглянула на нее в меркнущем свете заката.

— Ничего не буду есть, пока они не вернутся, — заявила она, сложила руки на груди и заерзала на стуле.

А вот Юнга, кажется, была готова проглотить мясную запеканку целиком. Одно ухо у нее так и не встало, и Лана должна была признать, что это делало ее совершенно очаровательной.

— Дорогая, тебе необходимо поесть. Твои родители бы этого хотели.

Небо почти померкло. На кухне включился свет, и Лана закричала: «Выключи!» Еще полиции им не хватало.

Свет тут же погас.

— Простите, забыла! — крикнула в ответ Мари.

Лана хотела было сесть с Коко и уговорить ее поесть, но тут к дому подъехал черный автомобиль. Накатила волна облегчения. Зря она волновалась, Вагнеры вернулись. Хвала небесам!

— Вы только посмотрите, кто приехал! — сказала она.

Коко оживилась на пару секунд, но увидев человека, вразвалочку идущего им навстречу, снова напряглась. Он был в костюме, который был ему мал на несколько размеров, а на его голове осталась лишь тонкая длинная полоска волос.

— Это мистер Лондон. Терпеть его не могу, — промолвила Коко.

Мистер Лондон остановился в шаге от крыльца и произнес:

— Мистер Вагнер позвонил и рассказал, что здесь происходит. Я сразу приехал. Вы, должно быть, Лана Хичкок? Я Дач Лондон.

Из дома выбежала Мари и застыла, увидев Дача. Тот смерил ее долгим взглядом, задержавшись на груди, потом проделал то же самое с Ланой. В левой руке он почему-то держал желтый цветок плюмерии.

Лана кивнула.

— Очень приятно.

— Зовите меня Дач. Похоже, мы с вами тут надолго, — сказал он.

— Почему?

— Фред сказал, что их задержали на неопределенный срок.

Лана взглянула на Коко; та слушала во все уши.

— Давайте зайдем в дом и там поговорим. Девочки, подождите здесь, пожалуйста.

Лана зашла на кухню и села. Подождала пару минут, но мистер Лондон куда-то запропастился. Она подошла к двери и увидела, как тот прицепил цветок за ухо Мари.

— Тебе идет, — сказал он с одобрительным кивком.

— Мистер Лондон. Может, войдете? — вмешалась Лана.

Тот повернулся и пошел за ней, но прежде коснулся плеча Мари.

На кухне было темно, и виден был лишь его силуэт. От него пахло тухлым сыром, а когда он открыл рот, ее замутило.

— Нам надо заколотить окна досками, — сказал он.

Нам?

— Скажите, что происходит? — сказала Лана.

— Звонил Фредди и сказал, что выписывает на меня доверенность на дом, так как их увозят в какую-то тюрьму. Куда именно, не сказал. Попросил присмотреть за девочками, чтобы с ними ничего не случилось. Япошки высадятся в Хило в любой момент, и тогда всем девушкам не поздоровится.

Лана не верила своим ушам. У агентов, безусловно, имелась причина полагать, что Вагнеры представляют угрозу, но Фред и Ингрид казались такими хорошими людьми.

— А как вы познакомились с Вагнерами?

— Вместе ведем дела. Я занимаюсь недвижимостью, живу рядом. Фредди мне доверяет.

В голове зажглась красная лампочка. По опыту Лана знала, что когда кто-то говорит, что ему можно доверять, это значит как раз обратное.

— Они поддерживают нацистов? — спросила она.

— Насколько я знаю, нет, но за закрытыми дверьми происходит такое, что сам Адольф Гитлер удивился бы. Понимаете, о чем я? — Он подошел ближе.

Лана отшатнулась и ударилась бедром об угол стола.

— Послушайте, я могу присмотреть за девочками. Я обещала Фреду и Ингрид; вам необязательно оставаться.

— Но час назад Фред сам попросил меня прийти. Помочь с лавкой и проследить, чтобы дома все было в порядке. Теперь это мой долг, а я не из тех, кто уклоняется от ответственности. А мужчина в доме нужен — япошки могут высадиться в любой момент.

Лана не могла представить, что ей придется проводить дни напролет с этим человеком, чтобы тот «присматривал» за девочками. Неужели Фред настолько глуп и сам попросил его об этом?

— А за свой собственный дом вы не боитесь?

— Я пока нигде не живу. Недавно продал дом.

— Значит, вы собираетесь жить здесь неопределенное время?

— Девочки меня знают. Мы отлично ладим.

Если бы только можно было позвонить Вагнерам и проверить его историю! Что-то не сходилось.

— Давайте так. Позвольте нам с девочкам сегодня переночевать здесь одним. Я им все расскажу. Коко уже несколько