RAF, и особенно Бригитта Монхаупт - Лачин Хуррамитский
Учитывая ярость нападок на РАФ, она имела не только «большие», но и блестящие успехи в работе.
Уроки и достижения РАФ
Наш опыт важен для исхода будущих битв.
Биргит Хогефельд
Конечно, нам хотелось бы большего, но мы и так накопили массу очень полезного опыта.
Карл-Хайнц Дельво, «Они хотят нас сломить»
Право критики нашего опыта принадлежит тем революционерам, кто готовятся его преодолеть и радикально переосмыслить в борьбе.
Жан-Марк Руйян, Жорж Ибрагим Абдалла (данный эпиграф составляет название статьи)
Обвинять РАФ в ошибках несправедливо — её деятельность была экспериментом, дабы выяснить, насколько успешна взятая тактика. «Лучше допустить ошибку в действии, чем не делать ничего из опасения допустить ошибку» (Маригелла, «Краткий учебник городского партизана», глава «Личные качества городского партизана»). «Верно ли в настоящий момент организовывать сопротивление, зависит от того, возможно ли это; а это можно выяснить только на практике» (Майнхоф, «Концепция городской герильи», глава 4).
Ошибки РАФ стали её уроками, её достижениями. «Отрицательный результат, как известно — тоже результат» (Александр Тарасов, «Вьетнам близко…»). Остаётся их усвоить. «Властители всё ещё пытаются вычеркнуть из памяти людей нас и нашу историю» (Кнут Фолькертс, «Они хотят нас сломить»). «Власти всеми силами стремятся не допустить подобного анализа — ни сейчас, ни вообще» (Хогефельд).
РАФ восстала в метрополии, империалистической стране (живущей за счёт стран периферийного капитализма), воззвав к альтруизму и интернационализму сограждан. Этого оказалось мало. «В минуты величайшего возбуждения люди презрительно отметают всякие низменные интересы; но такие минуты быстролётны» («Моби Дик», XLVI, «Догадки»). Павел Ткачёв справедливо пишет о «слишком оптимистических взглядах на перспективы вооружённой борьбы в метрополии и переоценке сил европейских боевых групп. Несомненна также недооценка масштаба изменений классовой структуры в странах метрополии…» («Actioh directe («Аксьон директ»): замалчиваемый опыт полномасштабной городской герильи»).
«В массовом сознании жителей ФРГ укоренилось мнение, что любое улучшение жизненного уровня на Земле в целом ухудшит их собственный жизненный уровень. Этот взгляд правилен, и в этом заложена причина, почему люди стараются избегать любых разговоров о нищете в мире, ведь иначе придётся поддерживать освободительные движения. Так что обыватель начинает думать: долой международную солидарность! …надежды на то, что левые смогут убедить широкие германские массы, что их потребности связаны с освободительным движением в “третьем мире”, полностью утопичны» (Герман Гремлица, нынешний редактор журнала «Конкрет», «Они хотят нас сломить»).
Да, РАФ хотела ослабить метрополии, и Мао был неправ, говоря, что РАФ перепутала ФРГ 1972-го с Китаем 1927-го: РАФ не путала их. Но ослаблять метрополии герильей имеет смысл при более массовом революционном движении в бедных странах, как в ленинский период. Тогда мировая революция не удалась, но могла произойти, в следующий раз это может получиться (раз на раз не приходится). Изменим оценку Мао: РАФ не учла, что международная обстановка (тем более — евразийская) не та, что в 1910–1920-х гг.
Восстание в метрополии может также победить при массовом восстании в соседней крупной стране, став «пятой колонной» и развалив метрополию совместными усилиями. Но РАФ имела только хилую поддержку ГДР, помогавшей лишь бросавшим борьбу. «Пятая колонна» в тысячах километров от очагов революции, в окружении сытых мещан метрополии, мало что может сделать.
«Некоторые считали, что нам следовало скоординировать усилия и вмешаться в события в Никарагуа (стране угрожала военная интервенция), чтобы оказать политическое давление на планы интервентов: так они понимали конкретный интернационализм. Сегодня мне ясно, что подобные действия были бы разумными и гораздо более эффективными» (Биргит Хогефельд).
Кстати, так и поступили француженка-еврейка Мишель Фирк (1937–1968), швейцарка Барбара Кистлер (1955–1993), немки Тамара (Таня) Бунке (1937–1967) и Андреа Вольф (1965–1998), голландка Таня Неймейер (1978 г. р). («Баварского ангела мщения за Че Гевару» Монику Эртль не называю, ибо она переехала в Латинскую Америку в детстве).
Ещё вариант: экспроприированные деньги пересылать революционерам периферии. К тому же там низкие цены — эти деньги «вздорожают».
РАФ изобличала власть в глазах граждан, доказывая, что власть — фашистская. «Атаки небольших вооружённых групп должны заставить аппарат обратиться к сверхжёстким мерам и, таким образом, обнажить свой фашистский оскал», «…надо своевременно заставить государство показать своё истинное лицо: пусть все увидят, что скрывается под маской демократии» (из документов РАФ, процитированных Хогефельд).
Но вышло неожиданное.
«И действительно, благодаря нашей борьбе многое выплыло на поверхность: и убийства заключённых, и чрезвычайные законы, и “расстрельные облавы”, и призывы ведущих политиков в 1977 году — в ответ на похищение Шлейера — публично казнить заключённых. Однако всё это ни в коей мере не способствовало достижению нашей политической цели — развитию широкого сопротивления. Напротив, объявление чрезвычайного положения и открытое провозглашение полицейского государства скорее вызвало у части левого движения чувство беспомощности, чем пробудило волю к сопротивлению. […] Вся проблема уже тогда свелась к противостоянию между РАФ и государством, а всё общество, да и подавляющая часть левых выступали в роли зрителей. […] …все взваливали ответственность за постоянные проверки, наблюдения и т. д. не на государство, а на РАФ (курсив мой — Л.).
Таким образом, даже если заставить власти показать, что скрывается за фасадом правового государства, это вовсе не приводит автоматически к возникновению сопротивления. Так, даже левые, которым после убийства заключённых в Штаммхайме следовало бы изменить отношение к этому государству, предпочитали сомневаться в версии об убийстве, лишь бы не делать соответствующих выводов. Впрочем, то же было и при нацизме» (Хогефельд).
«Стало проявляться нежелание знать, что произошло, поскольку если это («ночь смерти» в Штаммхайме — Л.) было убийство, то нужно было делать выводы, и уже нельзя было продолжать жить, как прежде» (Ирмгард Мёллер, интервью О. Тольмайну).
В «Прелюдии к хронике» говорилось о фотографии 1945-го, где немка, проходя мимо тел 57 погибших красноармейцев, закрывает глаза сыну. Так же немцы — в том числе большинство «мирных» левых — стыдливо прошли мимо убитых в Штаммхайме.
Государство и вправду «обнажает фашистский оскал», но большинство населения не восстаёт, а только трепещет
