RAF, и особенно Бригитта Монхаупт - Лачин Хуррамитский
«Интеллигенция 90-х по отношению к культурным гетто оказалась в положении германского населения при Гитлере по отношению к концлагерям и еврейским гетто. Это тот счёт, который дети (внуки) этой «интеллигенции» — будущие РАФовцы предъявят в ХХI веке своим предкам» (Александр Тарасов, «Десятилетие позора»).
Этот счёт предъявят всей постсоветии — и предъявят его не только интеллигенты.
И. Л. Морозов пишет во «Введении» к «Политическому экстремизму…»: «Несмотря на постепенное продвижение России по пути построения демократического общества, сохраняется серьёзная социально-политическая база для развития политических экстремистских движений самого разного толка — религиозных фанатиков, националистов, леворадикалов. […] К настоящему моменту в России трудности социального, политического и экономического развития породили потенциальную угрозу развёртывания широкомасштабного левоэкстремистского движения в недалёком будущем. […] С учётом исторических, национальных и социально-политических особенностей нашей страны, можно прогнозировать гораздо больший размах и более глубинные последствия по разрушению государственной системы и гражданского общества, которые проявит левый экстремизм (особенно его левотеррористическая форма) в нашей стране, по сравнению с аналогичными движениями на Западе».
Касаемо «постепенного продвижения России по пути построения демократического общества» — это писано в 2002-м, и насколько власти РФ продвинулись в этом направлении, объяснять нет нужды. Но в остальном-то автор разумен…
«Ульрика Майнхоф первая бы высмеяла тезис, что в XXI веке борьба на городских улицах потеряла смысл. Нет никаких оснований утверждать, что история герильи заключена в 60-х — 80-х, после чего движение пережило стремительный закат, и феномен ситуационистского интернационала, РАФ, “Красных бригад” и “Прямого действия” — атрибут безвозвратно ушедшего прошлого. Вполне возможно, наоборот, это были первые лучи, лишь рассвет борьбы ангажированных интеллектуалов с властью и публичными институтами — и скоро мы будем свидетелями её продолжения» (Станислав Наранович, «Философия прямого действия…»).
«Перемены в России — это всегда надолго. За это время успеет вырасти ещё одно поколение “бульдозеров”. Прогрессивное или регрессивное — не знаю. Но знаю точно: сегодняшних молодых конформистов оно раздавит в лепёшку. Как каток» (Александр Тарасов, «Молодёжь как социальный бульдозер»). До этого надо успеть провести подготовительную работу. Чтобы новые «бульдозеры», ультра, были левыми, не правыми. «До этого времени у нас ещё должно хватить дыхания. За это время нам должно что-нибудь прийти на ум» (Майнхоф, «Чрезвычайное положение», 1964 г.). Изучить опыт партизан-антифашистов, популяризировать их и их тексты, опровергать клевету, указывать на их идентичность героям Второй мировой, разъяснять их ошибки, развивать их теории, усовершенствовать их тактику. Дать фундамент подрастающим Кастро и Майнхоф. Они отрекутся от постсоветских мещан, «и плюнут им в морды» (Наталья Магнат), «внесут разрыв с Системой в повседневную жизнь».
«…дорогая Ульрика (а я всё равно идиотски верю в твоё появление), когда тебе вконец надоест смотреть на колышущиеся занавески, сообщи, пожалуйста, мне — а то тут у всех столько универмагов в головах, годами жечь можно» (Александр Павлов, омский журналист и кинокритик, «Комплекс неполноценности Баадера — Майнхоф», 2012 г.).
А касаемо «чудовища на свободе» (как называли Монхаупт российские СМИ) вспоминается Маркс. Пиша, что коммунистам придётся прибегнуть к насилию, он добавлял с юмором: кое-кто «будут за это называть нас чудовищами, но нам на это решительно наплевать».
Постcкриптум
Просматривая кадры, запечатлевшие рафовцев, в частности Гудрун Энслин, поразился следующему обстоятельству. Я её узнал. Что Яна К?ндова (1978–2009) также была невысокой, стройной блондинкой, филологом, леворадикалом, я знал. Но, наблюдая за Энслин, поразился полной идентичности их мимики, взглядов и жестикуляции. Дважды — когда Гудрун входит в зал суда и жестом предостерегает полицейского от приближения, и когда, улыбаясь кому-то, вдруг резко меняется, сверкнув глазами на стоящего рядом (за кадром) — я испытал потрясение, ибо просто видел Яну. (О подражании речи нет — из РАФ Яна знала только о Майнхоф.) Тогда уже осознал остальное — Яна в том же возрасте стала жить в браке, также выросла в семье со строгими правилами в духе христианства (но по-советски, без идеи бога) и также порвала с ним, перейдя к чистому атеизму, также одобрила нудизм (правда, сама нудистом не стала), также забросила диссертацию, презрев академический мир, также ненавидела любые компромиссы в вопросах морали, также ставила во главу угла неприятие нацизма и всего с ним схожего, в том же возрасте сделала вывод о фашизоидности любой буржуазной власти («ТанецГитлера»), и только ушла из жизни в том возрасте, когда Гудрун пошла в партизаны (собирая материал для романа о партизанах, именно антинацистских).
Буржуазные авторы пишут о вспышках ярости у Энслин, подводя к тому, что партизанкой её сделала агрессивность. Я уже возразил им как человек, 9 лет бывший студентом и столько же — преподавателем. Добавлю ещё на правах прожившего 8,5 лет с реинкарнацией Энслин — физиологической, психологической и идеологической. Вспыльчивость, нервозность Энслин вызывалась обострённым чувством справедливости. В ней жили два человека — маленькая улыбчивая девочка из советского мультфильма («Энслин наивна», оценка писателя-анонима) и фурия, валькирия, призывающая к казням и бескомпромиссности. «Если такой человек, как Гудрун, в которой нет ничего плохого, мог совершить столь антисистемный акт, значит, плоха ваша система» (Бернвард Веспер). Подтверждаю как очевидец.
Ничего плохого. Система — подлежит уничтожению.
Примечания
1
https://revolution.allbest.ru/culture/00613846_0.html.
2
https://kathleenpequeno.com/edward-pimental-and-the-raf/.
3
http://colonelcassad.livejournal.com/1248300.html
